Загрузка...


Глава IV. Танк столетия

Советский танк Т-34-85


«На рассвете 6 октября 1941 года 100 фашистских танков и бронемашин с пехотой начали наступление на оборону 4-й танковой бригады у села Первый Воин южнее Мценска. Танки бригады скрытно расположились в засадах в роще и кустах, примыкавших к шоссе.

По атакующим немецким машинам сначала открыли огонь 45-мм пушки. Артиллеристы били прямой наводкой. Но силы были слишком неравными. Десятки танков массированным огнем подавили одно за другим наши орудия. До полусотни танков первого эшелона ворвались на позиции мотострелкового батальона, окружили минометную роту. Создалось крайне опасное положение.

Я приказал лейтенанту Кукарину помочь пехоте и минометчикам. Его тридцатьчетверка вышла из засады на опушке рощи и устремилась вперед по открытому полю. Уже тогда фронтовики успели полюбить ее мощный огонь, надежную броню, хорошую маневренность и высокую скорость. Она намного превосходила немецкие T-III и T-IV проходимостью, толщиной брони и бронебойностью пушки. Красивая это была машина, мощная, верткая, настоящая «стальная ласточка». Недаром даже Гудериан в своих воспоминаниях расточает ей, и, видимо, искренне, немало лестных слов.

Тридцатьчетверка лейтенанта Кукарина, приблизившись на дистанцию 600 – 800 м, открыла огонь. Первыми же тремя выстрелами башенный стрелок сержант Иван Любушкин поджег три фашистских танка, четвертым подбил еще одну машину.

Немецкие танки, буквально все, били по тридцатьчетверке. Один из снарядов достиг цели – прошил борт. Танк окутался дымом. Но Любушкин продолжал стрелять. Меткий выстрел – еще один танк подбит. Кукарин приказал механику-водителю Федорову подать машину назад-на большей дистанции снаряды немецких танков для тридцатьчетверки неопасны.

Механик-водитель, как оказалось, был ранен осколком, но, превозмогая боль, повел машину задним ходом к лесу. Когда танк остановился, Любушкин снова открыл огонь. Загорелись еще четыре танка. На наших глазах фашистские танкисты начали трусливо покидать поле боя. Один танк Кукарина уничтожил в этом бою 16 фашистских машин. Сержант И.Т. Любушкин первым в бригаде был удостоен высокого звания Героя Советского Союза.

Умело действовали и другие наши экипажи. Группа четырех Т-34 лейтенанта Лавриненко смело атаковала колонну фашистских машин, втянувшуюся в лощину. Избегая подхода на излишне близкую дистанцию, Т-34 пушечным огнем поджигали вражеские танки. Наши машины удачно маневрировали, появляясь то тут, то там. Это создавало впечатление действий большой танковой группы. В результате противник понес ощутимые потери, группа Лавриненко уничтожила 15 вражеских танков, два противотанковых орудия и четыре мотоцикла.

Всего же гудериановские дивизии, не продвинувшись в этом бою ни на шаг, потеряли 43 танка и много другого оружия и техники».

Так вспоминал о боях под Орлом и Мценском осенью 1941 года дважды Герой Советского Союза маршал бронетанковых войск М.Е. Катуков. За успешные действия 4-я танковая бригада, которой командовал тогда полковник М.Е. Катуков, была преобразована в 1 – ю гвардейскую.

А вот из воспоминаний немецкого генерала Гудериана: «…южнее Мценска 4-я танковая дивизия была атакована русскими танками, и ей пришлось пережить тяжелый момент. Впервые проявилось в резкой форме превосходство русских танков Т-34. Дивизия понесла значительные потери. Намеченное быстрое наступление на Тулу пришлось пока отложить».

Коллеги Гудериана, испытав на себе мощь тридцатьчетверки, высказывались на редкость единодушно.

«Т-34 показал нашим, привыкшим к победам танкистам превосходство в вооружении, броне и маневренности» (генерал Шнайдер).

«Наиболее замечательный образец наступательного оружия второй мировой войны» (генерал Меллентин).

«Их Т-34 был лучшим в мире» (генерал-фельдмаршал Кляйст).

Генералам полагается высказываться сухо, без эмоций. Те же, кто непосредственно лицом к лицу встречался с Т-34, еще и через много лет говорили о «преисподней» или «кровавой бане».

Вот что вспоминает бывший летчик люфтваффе о разгроме танками 54-й и 130-й танковых бригад аэродрома в районе Тацинской 24 декабря 1942 года:

«Утро. На востоке брезжит слабый рассвет, освещающий серый горизонт. В этот момент советские танки, ведя огонь, внезапно врываются в деревню и на аэродром. Самолеты сразу вспыхивают, как факелы. Всюду бушует пламя, рвутся снаряды, взлетают в воздух боеприпасы. Мечугся грузовики, а между ними бегают отчаянно кричащие люди. Все, что может бежать, двигаться, летать, пытается разбежаться во все стороны. Начинается безумие… Рев танков и авиационных моторов смешивается,со взрывами, орудийным огнем и с шумом. Все это напоминает картину настоящей преисподней…»


Советский танк Т-34-85


И западные специалисты до сих пор с восторгом отзываются о Т-34.

«Т-34 был бесспорно подлинным шедевром военной техники, – писали в одном журнале ФРГ. – В нем удачно сочетались элементы быстроходного крейсерского танка с неуязвимостью танка непосредственной поддержки пехоты».

«Т-34 превосходил все другие типы танков» (генерал Зенгер-унд-Эттерлин).

Т-34, по общему признанию как друзей, так и врагов, – лучший танк второй мировой войны, был основным и, по существу, единственным средним танком Красной Армии на протяжении Великой Отечественной войны.

Его предшественниками можно считать экспериментальный колесно-гусеничный Т-29 (тактические характеристики) и БТ (общая компоновка, ходовая часть, подвеска).

В 30-е годы советские конструкторы занимались разработкой средних танков для танковых и механизированных соединений, предназначенных для действий в оперативной глубине противника. Средний Т-28 отвечал требованиям, предъявляемым к такой машине по вооружению и защите, но его скорость и проходимость были уже недостаточными.

В то время считался перспективным колесно-гусеничный движитель, поэтому в 1934- 1936 годах у нас занимались Т-29, в сущности колесно-гусеничным вариантом Т-28. От него Т-29 отличался только ходовой частью: четыре пары опорных катков, причем все ведущие. Скорость на колесах достигала 57 км/ч и 55 км/ч на гусеницах.

Т-29 оказался очень сложным и не пошел в серийное производство, но его разработка явилась важным этапом создания нового среднего танка. Добавим, что и опыт разработки других колесно- гусеничных танков, а именно, плавающих средних ПТ-1 и ПТ-1А (1932 – 1936 гг.) и легких Т-43 (плавающих), Т-46-1 и Т-25, успехом не увенчался. И все из-за сложности конструкции, ненадежности движителя и трансмиссии, плохой проходимости на колесах и т.п. Стало ясно, что этот движитель не годился для машин тяжелее БТ.

Какие же требования предъявлялись к технике нового поколения? Советские танки середины 30-х годов превосходили зарубежные и по скорости, и по вооружению. Требования к бронированию по существу не изменились с первой мировой войны – защита экипажа и агрегатов от пуль и осколков снарядов, другой опасности еще не видели. А она уже появилась. Мы имеем в виду уже упоминавшийся опыт гражданской войны в Испании, где «тонкокожие» танки несли неоправданно большие потери от огня малокалиберной противотанковой артиллерии.

Вывод был ясен: танкам нужна противоснарядная броня. И менее опасный в пожарном отношении двигатель; колесно-гусеничный движитель себя не оправдал. Вернувшиеся на Родину танкисты Д.Г. Павлов (1897 -1941), П.М. Арманд (1903- 1943), А.А. Ветров (род. в 1907 г.) отстаивали идею танка, который должен был прийти на смену Т-26 и БТ. Впрочем, единой точки зрения не было и у них – кое-кто стоял за привычный колесно-гусеничный движитель.

Танковое КБ Харьковского паровозостроительного завода (ХПЗ) еще при его прежнем руководителе А.О. Фирсове прорабатывало проект нового колесно-гусеничного танка. И когда в январе 1937 года вместо арестованного А.О. Фирсова КБ возглавил М.И. Кошкин, эти работы заметно ускорились, а в октябре КБ получило задание на него Наркомата обороны. Немедленно создали конструкторское бюро в отличие от основного, трудившегося над модернизацией старого БТ. Корпусом новой машины занялся М.И. Таршинов, башней и вооружением – А.А. Молоштанов и М.А. Набутовский.


Советский танк Т-40 1940 г.


Трансмиссию поручили Я.И. Барану, ходовую часть В.Г. Матюхину, систему управления П.П. Васильеву… Это имена руководителей групп, с которыми трудились талантливые инженеры и техники A.С. Бондаренко, В.К. Байдаков, А.В. Колесников, B.Я. Курасов, А.Я. Митник, Г.П. Фоменко, Б.А. Черняк, А.И. Шпайхлер и др. Общее руководство осуществлял А.А. Морозов. Готовил будущую машину к производству Н.А. Кучеренко, главным же конструктором нового бюро стал Кошкин, а Морозов его заместителем.

Михаил Ильич Кошкин родился 21 ноября ст.ст. 1898 года и в 1918 году вступил в ряды Красной Армии, а в 1919 году стал членом РКП(б). В 1921 – 1924 годах учился в Коммунистическом университете имени Я.М. Свердлова, по окончании которого был направлен на партийную работу в Вятку. В 1929 году поступил в Ленинградский политехнический институт, который окончил в 1934 году. Затем работал конструктором на заводе №185 опытного машиностроения имени С.М. Кирова в Ленинграде, участвовал в разработках Т-29 и Т-46-5. С 1937 года и до конца жизни – на ХПЗ.

Александр Александрович Морозов (1904- 1979) пришел на ХПЗ чертежником в 1923 году. Окончив в 1930 году машиностроительный техникум, стал конструктором танкового КБ завода. Участвовал в создании Т-24 и БТ в должности руководителя группы, а с 1938 года – заместителя начальника КБ. После смерти Кошкина – начальник КБ, затем главный конструктор завода №183. Под его руководством изготовили Т-44 и Т-54. Генерал-майор-инженер, доктор технических наук, дважды Герой Социалистического Труда, лауреат Ленинской премии 1967 года и трижды лауреат Государственной премии СССР.

Итак, Наркомат обороны определил техническое задание на колесно-гусеничный танк. Оно предусматривало защиту только от пуль крупнокалиберных пулеметов и хорошо освоенную 45-мм пушку, чтобы сохранить относительно небольшой вес танка, а это являлось следствием выбора движителя.

Сотрудники КБ, как и сам Кошкин, не одобрили такое решение, хотя открыто выступать против не стали. Времена были тяжелые…

При заданном весе танка 18 т пришлось предусмотреть три пары ведущих колес, а это, как все понимали, усложняло конструкцию. Устаревшей была и противопульная броня, но как ее усилить на такой машине? И тогда в инициативном порядке, параллельно с заказанным танком А-20, начали разрабатывать чисто гусеничный А-32 (иногда в литературе можно встретить упоминание о машине А-30, которая «существовала» только на словах). По сравнению с БТ-7 танк А-20 имел более толстую броню и, что особенно важно, лучшую конструкцию корпуса, разработанную М.И. Таршиновым. Броневые листы устанавливались с большими углами наклона, что значительно повысило их снарядостойкость. На А-32 задумали применить 76,2-мм пушку и предусмотреть возможность усиления бронирования, хотя в начальном проекте этого не было – обе машины хотели представить на государственные испытания в одинаковом весе и оснастить дизелем.

4 мая 1938 года на заседание Комитета обороны под председательством В.М. Молотова, при участии И.В. Сталина, К.Е. Ворошилова и др. были приглашены и танкисты, вернувшиеся из Испании.

А.А. Ветров высказался за усиление бронирования и вооружения, а главное – за повышение надежности. Тут вмешался Сталин, попросив рассказать, как показала себя в Испании ходовая часть танков, и в первую очередь колесно-гусеничных. Ветров высказал свое личное мнение в пользу чисто гусеничных, ибо сложный колесно-гусеничный часто выходит из строя.

В перерыве Сталин неожиданно подошел к Ветрову и спросил: «Так вы стоите за гусеничный движитель?» Тот подтвердил свое мнение. Хотя выступавшие всячески восхваляли достоинства колесно- гусеничного, Сталин, закрывая дискуссию, предложил параллельное колесно-гусеничным сделать аналогичный по характеристикам, но уже чисто гусеничный танк.


Советский танк Т-29


Советский танк А-20


Советский танк Т-34-76 выпуска 1940 г.


Через три месяца КБ Харьковского завода подготовило технические проекты А-20 и А-32, в августе 1938 года их рассмотрели на заседании созданного в марте Главного военного совета РККА при Наркомате обороны. Опять общее мнение было в пользу А-20, и вновь Сталин предложил строить и испытывать оба варианта. На ХПЗ пришлось объединить танковые КБ и опытные цеха. Единое КБ возглавил М.И. Кошкин, его заместителями стали А.А. Морозов, Н.А. Кучеренко, А.В. Колесников и В.М. Дорошенко.

В мае 1939 года опытные А-20 и А-32 были собраны и к августу завершили государственные испытания. Но комиссия (председатель В.Н. Черняев) не высказалась, какой лучше и может быть предложен на вооружение Красной Армии. Создалась весьма странная ситуация. Руководство КБ обратилось в Главное автобронетанковое управление (ГАБТУ), но и оно не прояснило ситуации. Так потеряли несколько месяцев, пока правительство не приказало провести испытания на самом высоком уровне. И вот в сентябре на полигон под Москвой прибыли шесть новых танков -тяжелые КВ и СМ К, средние -А-20 и Т-32 (так стал именоваться А-32), БТ-7М и Т-26. До сих пор для того, чтобы облегчить членам комиссии сравнение А-20 и А-32, оба представляли 19-тонными, с 45-мм пушкой. Теперь же ХПЗ представил А-32 (т.е. уже Т-32) с боевой массой 24 т, с 76,2-мм пушкой А-10 в новой башне.

Комиссию возглавлял нарком обороны К. Е. Ворошилов. С наибольшим успехом прошли испытания Т-32. «Запомните сегодняшний день -день рождения уникального танка», – это сказал Н. В. Барыков, директор опытного завода №185. Правда, некоторое беспокойство вызывали недоработки дизеля В-2, и Кошкин ответил, что рассматривает Т-32 как прототип более мощного танка. Ворошилов заявил, что именно такая машина нужна Красной Армии, и предложил усилить бронирование Т- 32, благо имелся значительный резерв мощности, что позволяло увеличить вес на несколько тонн, которые можно было обратить на увеличение толщины брони.

По результатам испытаний ГАБТУ уточнило тактико-технические характеристики будущего Т-34. По его представлению 19 декабря 1939 года совместным постановлением Политбюро ЦК ВКП(б) и правительства было решено изготовить два образца, вооруженных 76,2-мм пушкой и защищенных 45-мм броней. Тем же постановлением были приняты в производство тяжелый КВ и легкий Т-40. Выпуск Т-34 в 1940 году предусматривалось развернуть на ХПЗ и на Сталинградском тракторном заводе, первому поручили оказать помощь СТЗ.

КБ ХПЗ выпускало чертежи, разрабатывало технологию, при этом большое внимание уделялось разумному упрощению конструкции и технологичности, что должно облегчить массовое производство. В этой работе харьковчанам немало помогли и инженеры из Сталинграда.

И вот готовы две первые опытные машины. Поскольку их следовало показать в Москве, было решено, что они пойдут туда своим ходом без вооружения. Сформировали небольшой отряд, куда ввели ремонтную летучку, тягач и автобус для участников пробега, взяли запасные агрегаты, в частности, еще ненадежный главный фрикцион. Танки поручили вести заводским испытателям Н.Ф. Носику и В.Дюканову, в экипажи зачислили помощников водителей и инженеров.

В ночь с 5 на 6 марта 1940 года обе машины покинули территорию завода. Условия пробега были тяжелые: сильные морозы, снежные заносы, случались поломки, неисправности. Кошкин в пути простудился. В Серпухове отряд встретил заместитель наркома Средмаша А.А. Горегляд. С ним харьковчане 12 марта прибыли в Москву, на машиностроительный завод № 37, осваивавший выпуск плавающих танков Т-40. Там танки привели в порядок.

В ночь на 17 марта их поставили на Ивановской площади Кремля. С утра около них выстроились экипажи и инженеры КБ, пришли руководители Наркомата среднего машиностроения во главе с В.М. Мальцевым, командования ГАБТУ и ответственные работники Наркомата обороны. Начальник ГАБТУ Д.Г. Павлов отдал рапорт Сталину. Затем Кошкин и только вернувшийся с советско-финского фронта испытатель И.Г. Панов и военный инженер 3-го ранга П. К. Ворошилов дали разъяснения, и танки были показаны в действии.


Советский танк Т-34- 76 выпуска 1940 г.


Судя по всему, они очень понравились, хотя недоработки не скрывали, и 31 марта было принято постановление о серийном производстве Т-34 на ХПЗ, не дожидаясь конструктивной доводки и устранения недоработок, Потом танки вновь подвергли тщательным ходовым и другим испытаниям, обстрелу из 45-мм противотанковой пушки образца 1937 года – причем почти в упор. Ни один снаряд брони не пробил, но один заклинил башню, попав между нею и корпусом. Конструкторы учли это и изменили башню.

В июне Т-34 вместе с машинами других образцов отправили на Карельский перешеек, где проверили на финских противотанковых препятствиях.

Тогда же на ХПЗ началась сборка первых серийных Т-34. С завода они стали уходить в сентябре, а до конца года выпустили 115 танков. Но намеченный ЦК ВКП(б) и СНК СССР выпуск 600 машин не выполнили.

В течение нескольких лет Т-34 превосходил по боевым и маневренным качествам все средние и даже тяжелые танки других армий. Это объяснялось рациональной формой броневого корпуса, сильным вооружением (76,2-мм длинноствольная пушка – новшество для средних танков того времени), применением дизель-мотора. Последнее обстоятельство снизило опасность пожара и увеличило запас хода. Независимая подвеска способствовала высокой скорости по пересеченной местности, а широкие гусеницы и малое удельное давление на грунт обеспечивали хорошую проходимость. Простая конструкция облегчала массовое производство и ремонт в полевых условиях.

Уместно напомнить историю танкового дизеля В-2, без которого вряд ли смогла возникнуть столь выдающаяся машина.

ХПЗ выпускал такие моторы еще с начала 20-х годов. А в 1931-м дизельный отдел ХПЗ начал работу над быстроходным дизелем. Возглавил отдел К.Ф. Челпан, с ним работали А.К. Башкин, И.С. Бер, Я.Е. Вихман и др.

Несмотря на отсутствие опыта, они взялись за сложное и чрезвычайно важное дело. Начиная проектировать двигатель, способный развивать до 2000 оборотов коленчатого вала в минуту, конструкторы планировали его универсальным, пригодным для установки на танки, самолеты и гусеничные тягачи.


Советский танк Т-34-76 обр. 1940 г.


Танк Т-34-85 с пушкой Д-5


В результате к опытному производству приняли 12-цилиндровый, четырехтактный, прямоструйный, двухрядный, V-образный дизель, мощностью 400 л.с, при 1700 об/мин. По компоновочной схеме он был близок к хорошо известным отечественным авиационным двигателям той же мощности, рядности и количеству цилиндров.

Получив первые реальные итоги на одноцилиндровой модели, в 1931 году изготовили двухцилиндровый БД-14 и летом 1932 года перешли к испытаниям «полублочного» образца. К началу 1933 года была закончена сборка полноразмерного 12-цилиндрового БД-2 (быстроходный дизель второй). Тогда к работе над ним подключился вернувшийся со стажировки в США инженер И.Я. Трашутин.

К осени дизель довели до требуемых норм, он выдержал проверки на стенде. Проведение в 1934 году ходовых испытаний опытных танков БТ-5 с дизелями БД-2 завершились успешно, а в декабре 1936 года их испытали и на БТ-7, одновременно совершенствуя, повышая мощность, надежность и долговечность.

В марте 1935 года члены ЦК ВКП(б) и правительства ознакомились с доставленными в Кремль двумя дизельными БТ-5, которые прошли полигонные испытания. За достигнутые успехи ХПЗ наградили орденом Ленина, как и его директора И.П. Бондаренко, начальника отдела двигателей КФ. Челпана и его помощника Я.Е. Вихмана.


Советский танк Т-34-76 выпуска 1941 г.


Тем временем стало ясно, что получить универсальный дизель не удастся. Для самолета он тяжел, для танка не обладает требуемым ресурсом. Оставалось одно – делать его только для танков. В начале 1937 года на помощь харьковчанам из Москвы приехали инженеры-дизелисты Центрального института авиационных моторов (ЦИАМ) М.П. Поддубный, Т.П. Чупахин и др.

Но тут возникли трудности отнюдь не производственного характера. Арестовали К.Ф. Челпана, И.П. Бондаренко. Ненадолго подвергался аресту И.Я. Трашутин.

Именно он и Чупахин приняли на себя руководство подготовкой танкового дизеля к серийному производству.

К концу 1937 года на стенд установили новый В-2. Результаты проведенных в апреле – мае 1938 года государственных испытаний позволили наладить на заводе мелкосерийное производство дизелей под руководством С.Н. Махонина.

Летом 1939 года первые В-2, смонтированные на танках, артиллерийских тягачах «Ворошиловец» и стендах, подвергли самому строгому экзамену. И они его выдержали, проработав в отдельных случаях вдвое больше установленного срока.

Последние государственные и стендовые испытания четырех В-2 в мае – июне 1939 года тоже прошли успешно, и с декабря началось крупносерийное производство первых в мире 500-сильных быстроходных танковых дизелей.

До войны В-2 производил только завод №75 в кооперации с ХТЗ и Кировским. С началом же войны их выпуск освоили на Сталинградском тракторном заводе и в Свердловске, а потом и на новом заводе в Барнауле.

За разработку В-2 Т.П. Чупахину присвоили Государственную премию, а в октябре 1941 года моторостроительный завод №75 (выделенный в январе 1939 г. из дизельных цехов ХПЗ) наградили орденом Ленина. К тому времени его эвакуировали, и он слился с Челябинским Кировским заводом, главным конструктором по дизель-моторам стал И.Я. Трашутин.

Вот характеристики дизеля В-2-34, стоявшего на танках Т-34 (на тяжелых танках КВ стояла его 600- сильная разновидность В-2 К): 4-тактный, 12-цилиндровый, V-образный, быстроходный, бескомпрессорный, водяного охлаждения со струйным распылением топлива. Цилиндры расположены под углом 60° друг к другу, диаметр цилиндров 150 мм, литраж 38,8 л, степень сжатия 14- 15. Номинальная мощность 450 л.с. при 1650 об/мин. Эксплуатационная мощность при 1600об/мин-400 л.с.; максимальная при 1800 об/мин – 500 л.с. Число оборотов коленчатого вала на холостом ходу – 600 в минуту. Удельный расход топлива 160-170 г/л.с. в час. Сухой вес двигателя – 874 кг. Добавим, что Т-34-85 с 5-скоростной коробкой передач на пятой скорости при 1700 об/мин двигателя развивал 48,3 км/ч; с «перекруткой» она возрастала пропорционально числу оборотов и при 1700 об/мин достигала 51 км/ч.


Танк Т-34-76 выпуска 1942/1943 гг.


Танк Т-34-76 выпуска 1942г.


Какими же преимуществами обладал дизель перед карбюраторным двигателем? Это – высокая эксплуатационная экономичность, возможность работать на дешевых и менее, чем бензин, пожароопасных тяжелых сортах топлива (марки ДТ или газойль Э). Высокие тяговые характеристики дизеля допускали значительные перегрузки. Воспламенение топлива от сжатия исключало помехи радиоаппаратуры.

План выпуска Т-34 на 1940 год был сорван, точнее, выполнен на 19%. СТЗ было приказано выпустить до конца года 100 машин, но не сдали ни одной, хотя в цехах стояло 23 танка с множеством недоделок и неисправностей.

Конечно, Т-34 требовал новой оснастки. Расширялись производственные площади, строились новые цехи, а ввод их в строй задерживался, смежники медленно осваивали комплектующие. Так, Мариупольский завод задерживал освоение броневого литья, поставляемая броня требовала доработки на месте, поскольку не была выдержана геометрия броневых деталей. Недопоставлялись подшипники: даже в четвертом квартале 1-й ГПЗ из 99 необходимых типоразмеров сдал только 78. Медленно налаживался выпуск В-2 на заводе №75. Ненадежными оказывались детали трансмиссии, ходовой части. А ХПЗ продолжал производить свой БТ-7М до июля 1940 года. Что же касалось СТЗ, то чертежи из Харькова пришли только в конце мая. Гусеничные траки СТЗ не получил с ХТЗ до конца года, а потому и не мог сдать военной приемке те вышеупомянутые 23 машины. Кстати, первый Т-34 сталинградцы для приобретения опыта собрали в Харькове еще в июле, но его, естественно, засчитали ХПЗ.

В самое трудное время, 26 сентября 1940 года, в санатории скончался М.И. Кошкин. Главным конструктором стал А.А. Морозов. Государственной премии за создание Т-34 М.И. Кошкин (вместе с Морозовым и Кучеренко) удостоился посмертно в 1942 году.

В сентябре 1940 года первые серийные Т-34 стали передавать в армию. Одни танкисты хвалили его, другие же указывали на недоделки, отмечали ненадежность работы агрегатов, дефекты двигателя, коробки передач, главного фрикциона и т.д. Поток рекламаций поступал и в ГАБТУ. И у ответственных сотрудников управления, в том числе и у его начальника Я.Н. Федоренко, сменившего на этом посту в маеД.Г. Павлова, сложилось отрицательное мнение о Т-34. Более того, ГАБТУ обратилось в Наркомат обороны с предложением временно прекратить производство Т-34 и продолжить выпуск хорошо отработанного БТ-7М. Д. Г. Павлов и зам.наркома обороны по вооружению Г.И. Кулик также высказались против Т-34 и предложили вместо него делать легкий Т-50. До этого, впрочем, не дошло. Заводчане упорно работали над устранением дефектов, и от месяца к месяцу качество машин росло. Тем временем ЦК партии и правительство решили увеличить выпуск броневого листа даже за счет заказов военно-морского флота.

Но руководители Наркомата обороны теперь захотели получить танк еще более сильный (иногда называемый Т-34-М), разработку которого КБ ХПЗ поручили еще летом 1940 года. «Детские болезни» Т-34 дали им новый повод отказаться от него, и ГАБТУ НКО велело прекратить приемку. Дело дошло почти до остановки сборки танков. К счастью, директору ХПЗ Ю.Е. Максареву (1903- 1982), первому секретарю Харьковского обкома партии А. А. Епишеву и работникам ХПЗ удалось увеличить надежность и устранить ряд недостатков машины, и новый нарком обороны С.К. Тимошенко приказал возобновить выпуск Т-34.

В апреле 1941 года КБ закончило документацию на Т-34М. На завод прибыла комиссия ГАБТУ и предложила вместо Т-34 производить Т-34М. А до начала войны оставалось три месяца…

Максарев и его команда преодолели и это. И в свете сказанного, наверно, легче оценить героические усилия заводчан, давших армии за первое полугодие 1941 года 1110 танков.

С первого часа войны в боях приняли участие и новые Т-34 и КВ. Их появление оказалось полной неожиданностью для немцев. Правда, в верхах военного командования Германии кое о чем догадывались. В марте – апреле 1941 года в Германии побывали советские военные специалисты, в том числе танкисты. Им показали новейшие образцы боевой техники, в том числе T-III и T-IV. Однако же не могли поверить, что эти весьма слабые машины являются основой немецких танковых войск. Руководители делегации обратились к хозяевам с просьбой ознакомить их с действительно новой техникой и делали это так настойчиво, что, как писал Г.Гудериан, «мы поняли, что русские имеют уже у себя танки значительно более мощные, чем имела Германия».

В первые месяцы войны механизированные войска РККА несли большие потери. Но это было еще не самое худшее, пока на фронт поступали новые танки. 24 – 25 июня 1941 года Политбюро ЦК ВКП(б) рассмотрело вопрос о создании на востоке новых танко- и моторостроительных предприятий. Постановлением ГКО от 1 июля резко увеличили производственные задания Кировскому заводу, Харьковскому паровозостроительному и Сталинградскому тракторному заводам. Выпуск Т-34 предстояло начать заводу N9112 («Красное Сормово») в Горьком (сормовские танки пошли на фронт в октябре 1941 года). Больше того, 11 сентября 1941 года был образован Наркомат танкостроения, которому передали ряд тракторных, дизельных, бронекорпусных и т.д. предприятий. Его возглавил заместитель председателя СНК СССР В.А. Малышев. Летом 1941 года танки производили пять заводов, но четыре вскоре оказались в пределах воздействия как вражеской авиации, так и наземных войск. До войны много говорилось о перебазировании военной промышленности на Урал, в Сибирь, Среднюю Азию, но сделано в этом отношении было мало. Это был большой просчет, приведший к тяжелым последствиям.

В середине августа начались налеты вражеской авиации на Харьков. 15 сентября дирекция ХПЗ получила приказ приступить к эвакуации в Нижний Тагил, на вагоностроительный завод. Туда же прибыли сотрудники Института электросварки АН УССР во главе с директором Е.О. Патоном. Сначала на Урал отправили конструкторов и технологов, а также наиболее ценные и сложные станки. Приехавшие готовили помещения к расстановке оборудования. Затем двинулись эшелоны с рабочими, их семьями, станками, материалами и корпусами еще не собранных танков. Но харьковские цеха не прекращали работы. Вот данные о выпуске машин по месяцам: июль -225, август-250, сентябрь -220, октябрь -30. Только 19 октября 1941 года завод встал и город покинул последний, 41-й эшелон. А последние 120 человек уехали уже на автомобилях. Саперы взорвали мартены, портальные краны, электростанцию.

В Нижнем Тагиле завод получил название Уральский танковый №83 имени Коминтерна, директором его стал Ю.Е. Максарев. Вскоре предприятие объединили с Московским станкостроительным заводом имени С.Орджоникидзе и предоставили часть оборудования и сотрудников заводов «Красный пролетарий» и «Станколит». Прибыли и специалисты Мариупольского броневого завода.

Героизм, инициатива, самоотверженность рабочих и инженеров позволили уже в конце декабря, то есть всего через два месяца после прекращения работы в Харькове, собрать (частично из привезенного задела) и отправить на фронт 25 боевых машин. Всего же завод выпустил с начала войны 750 танков.

Сперва не хватало бронекорпусов и башен. Их получали из Свердловска, с Уральского завода тяжелого машиностроения (УЗТМ), но вскоре стали сами обеспечивать себя всем необходимым. И вот результат: за 1942 год завод выпустил 5684 танка.

СТЗ (директор Б. Я. Дулькин, позднее – К.А. Задорожный, главный инженер А. Н. Демьянович) во второй половине 1941 года дал 962 танка, «Красное Сормово» (директор Д.В. Михалев, главный инженер Г.И. Кузьмин) – 173. А все три завода – 1885 машин.

В 1942 году свой вклад внес ЧКЗ (директор И.М. Зальцман, главный конструктор Ж.Я. Котин), построив с августа по декабрь 1055 тридцатьчетверок. С октября подключился УЗТМ (директор Б. Г. Музруков), выпустив до конца года 267 машин. СТЗ вынужден был прекратить производство в августе, когда бои уже шли на его территории. В том месяце, под бомбами и снарядами, сталинградцы выпустили 240 машин. Их эстафету принял завод N9174. Общий итог 1942 года – 12 520 Т-34 из общего числа 24 504 танков и СУ.

Какими же были тридцатьчетверки, сходившие с конвейеров в 1940 – 1943 годах?

Те, что выпускались в 1940 году, были вооружены 76,2-мм пушкой Л -11 образца 1939 года со стволом длиной 30,5 калибра. Противооткатные приспособления были защищены оригинальной и только этому образцу свойственной бронировкой. Башня – сварная из катаных броневых листов, причем боковые и задние стенки имели угол наклона к вертикали 30°. В боковых стенках монтировались смотровые приборы, а в кормовой находилась съемная, на болтах, броневая накладка, закрывавшая прямоугольное отверстие, через которое происходила смена ствола пушки. Опыт боев показал, что это было уязвимым местом, и заднюю стенку башни делали сплошной, Замена ствола пушки в этом случае осуществлялась при поднятии кормы башни. Танки этих выпусков имели обтекаемую носовую часть корпуса характерной формы. Верхний и нижний 45-мм броневые листы крепились гужонами (с головками впотай) к поперечной стальной балке, Оригинальным и более не повторяющимся был люк с откидной крышкой с перископическим прибором для механика-водителя. Слева и справа от крышки размещались дополнительные смотровые приборы, обеспечившие обзор влево и вправо в определенных пределах. Траки гусеницы остались, как и на БТ и Т-32 , но большей ширины – 55 см – то есть гладкие, без развития. Кормовой лист корпуса съемный, на болтах. На крыше был один трапециевидный большой люк.

В конструкцию сразу стали вносить изменения, чтобы упростить и ускорить производство. Так, удалось в три раза снизить трудоемкость обработки броневых деталей, Впрочем, изменения вносил каждый завод. В нашей литературе различают танки образцов 1940, 1941, 1942, 1943 годов. Машины выпуска 1941 года получили новую пушку Ф-32 со стволом длиной 41,5 калибра, изменилась форма бронировки ее откатных приспособлений, появилась литая башня, сохранившая форму предыдущей. Толщина ее лобовой части 45 до 52 мм. Изготовление ее облегчило производство и позволило увеличить выпуск танков. Изменилась форма люка в ее крыше. Люк механика-водителя стал прямоугольным, с двумя перископическими смотровыми приборами, прикрытыми броневыми заслонками. Ширину траков гусеницы уменьшили до 50 см, и они получили развитую поверхность, благодаря чему повысились маневренные свойства за счет лучшего зацепления с грунтом. Для экономии резины часть машин оснастили опорными катками без обрезинки, с так называемой внутренней амортизацией. В результате боевая масса танка возросла.



Танк Т-34-76 выпуска 1943 гг.


В 1942 году на танке ставились пушки Ф-32 либо Ф-34, не отличавшиеся по баллистическим характеристкам. Боекомплект первой составлял 97 выстрелов. Для увеличения свободного объема в башне опоры цапф пушки вынесли вперед, за лобовую часть литой башни, которая стала шестигранной, с двумя люками на крыше -для командира и заряжающего. Пятискоростная коробка передач (вместо четырехскоростной) улучшила тяговые характеристики двигателя. Катки были с обрезинкой или с внутренней амортизацией, как сплошные, так и облегченные, с ребрами жесткости, к тому же в разных сочетаниях. Появилась более мощная радиостанция 9-P вместо старой 71 -ТК-3, причем на всех машинах, а не только на командирских.

В конце 1942 года на ЧКЗ предложили оснастить Т-34 неповорачивающейся командирской башенкой, разработанной для экспериментального среднего танка КВ-13. Ее устанавливали на танках выпуска 1943 года. В ее основание встроили 5 смотровых щелей со стеклоблоками, а в крышу – перископический прибор наблюдения МК-4. Башня имела люк с крышкой для наводчика (его тогда называли командиром башни) и командира. У заряжающего был свой круглый, справа от командирской башенки с МК-4 в крыше. На части танков ставили новую более округлую литую башню.

В 1943 году выпустили несколько сот огнеметных танков ОТ-34, На них лобовой пулемет заменили огнеметом АТО-41. Выброс зажигательной смеси (60% мазута и 40% керосина) осуществлялся под давлением пороховых газов при сгорании обычного заряда к патрону 45-мм пушки, толкавших поршень в рабочем цилиндре огнемета. Дальность огнеметания достигала 60 – 65 м (для специальной смеси – до 90 м) по 10 л жидкости в выстреле.


Танк Т-34-76 выпуска 1943 г. с литой башней


Емкость резервуара с огнесмесью – 100 л.

Когда КБ выполнило обязательства по отношению к другим заводам, передав техническую документацию, и справилось с текущей модернизацией Т-34, нашлось время и на новые разработки, например, среднего танка с усиленной защитой Т-43. В марте 1943 года его опытный образец прошел испытания. Т-43 в основном сохранил форму корпуса, двигатель, трансмиссию, ходовую часть и пушку предшественника. С Т-34 было унифицировано 78,5% деталей. Основное отличие было в усилении бронирования до 75-мм в лобовых, бортовых и кормовых деталях корпуса, до 90 мм на башне. Место механика-водителя и его люк разместили теперь справа, лобовой пулемет убрали. Экипаж состоял из четырех человек, из них трое в башне. Самое главное – танк получил торсионную подвеску. Однако его масса возросла, что привело к снижению проходимости, запаса хода и максимальной скорости. Поэтому Т-43, не имевший преимуществ в вооружении перед Т-34, к производству не был принят, тем более что освоение его неизбежно привело бы к резкому сокращению выпуска средних танков.

А необходимость вооружить наши танки более мощным орудием появилась уже на втором году войны. Тогда основные немецкие танки T-IV были модернизированы и получили длинноствольную 75-мм

пушку, а толщина брони в лобовой части корпуса была доведена до 80 мм. В январе 1943 года удалось захватить T-VIH «Тигр», с 88-мм пушкой и 100-мм броней. В битве на Курском выступе (июль – август 1943 г.) все те же тридцатьчетверки встретились с грозной троицей-«Тигр» – «Пантера»-«Элефант», Пробивать их броню нашим Ф-34 и ЗИС-5 стало очень нелегко. Дальше наше отставание в вооружении танков терпимо быть не могло.

В конце августа на танковый завод №112 прибыли нарком В.А. Малышев, начальник ГАБТУ маршал бронетанковых войск Я.Н. Федоренко и ответственные сотрудники Наркомата вооружения. Малышев сказал, что победа в Курской битве досталась слишком дорогой ценой, наши потери в обеих фазах Курской битвы составили около 6 тыс. танков и СУ, а противника – 1,5 тыс. Неприятельские танки могли вести огонь по нашим с расстояния 1500 м, наши же 76,2-мм танковые пушки могли поразить «Тигров» и «Пантер» на дистанции не более 500 – 600 м.


Советский танк Т-34-76 выпуска 1943 г.


Советский танк Т-34-76 выпуска 1943 г. с командирской башенкой


Танк Т-34-85


«Образно выражаясь, – сказал нарком, – противник имеет руки в полтора километра, а мы всего в полкилометра. Нужно немедленно установить в Т-34 более мощную пушку».

Аналогичная задача в отношении тяжелых танков КВ была поставлена перед конструкторами ЧКЗ.

Разработка танковых пушек более крупного калибра началась еще в 1940 году в конструкторских бюро В. Г. Грабина и Ф.Ф. Петрова. Летом 1943 года они представили на испытания 85-мм пушки Д-5 и С-53. У Д-5 были преимущества, но ее установка в танке требовала больших переделок. И ее было решено установить под маркой Д-5С в новую самоходную установку СУ-85, разработанную на базе Т-34-76 Уральским заводом тяжелого машиностроения, к выпуску которой приступили в августе 1943 года. Осенью оба конструкторских бюро изготовили улучшенную ЗИС-С-53, она показала отличные результаты на испытаниях, а группа В.В. Крылова на заводе №112 сконструировала для нее литую башню с умеренным погоном 1600 мм.

В декабре сормовичи послали два танка с новыми башнями на Московский артиллерийский завод где в них установили ЗИС-С-53, и 15 декабря КО принял на вооружение модернизированный танк Т-34-85. Однако дальнейшие испытания выявили ряд недоработок в конструкции пушки. Было решено пока ставить на танки пушку Д-5Т. В конце 1943 – начале 1944 года танков с ней было выпущено до 500, и одновременно улучшили ЗИС-С-53.

Первые танки с 85-мм пушкой еще до конца года стал выпускать завод №112, а на №183 серийный выпуск Т-34-85 начался в марте 1944 года. Затем их стал производить и завод №174 (в 1944 г, тридцатьчетверку выпускали только эти три завода, так как ОТЗ после освобождения Сталинграда не вернулся к производству танков, УЗТМ выпускал только СУ на базе Т-34, а ЧКЗ сосредоточил усилия на выпуске ИС-2 и СУ, ИСУ-152 и ИСУ-122 на их базе). На некоторых машинах одни заводы применяли штампованные катки, другие – литые с развитым оребрением, но с обрезинкой («напряженка» с резиной после поставок из США уменьшилась). Башни несколько внешне отличались числом и местом размещения на их крышах бронеколпаков вентиляторов, поручнями и т.п.

Маска пушки Д-5Т были уже, чем у ЗИС-С-53. Вместо прицела ТШ-16 (телескопический шарнирный) на Т-34 с пушкой Д-5Т стоял ТШ-15. Танки с ЗИС-С-53 имели электропривод поворота башни с управлением как от командира, так и от наводчика.

Получив 85-мм пушку, Т-34 смог успешнее бороться с новыми немецкими танками. К ней помимо осколочно-фугасного и бронебойного был и подкалиберный снаряд. Но, как отмечал Ю.Е. Максарев, «в дальнейшем Т-34 уже не мог напрямую, дуэльно поражать новые немецкие танки». Это прежде всего и вызвало появление СУ-100 и ИСУ-122. А тридцатьчетверкам в бою помогали маневренность и скорость, превосходство в которых они сохранили. Несмотря на то, что по сравнению с первым образцом, масса Т-34-85 выросла почти на 6 т – эти характеристики почти не изменились.

В 1944 году на базе Т-34-85 выпустили несколько сотен огнеметных ОТ-34-85. Вместо пулемета в лобовой части корпуса помещался поршневой автоматический танковый огнемет АТО-42 образца 1942 года. Дальность огнеметания смесью из 60% мазута и 40% керосина достигала 60 – 70 м, а специальной огнесмесью до 100 – 130 м. Повысилась и скорострельность – 24 – 30 огневыстрелов в минуту. Сохранение на нем основного вооружения (85-мм пушки) было немалым достижением. ОТ-34-85 внешне был неотличим от линейных машин, что очень важно: ведь для применения огнемета он должен был подойти близко к цели «неузнанным» противником.

В 1945 году предприняли попытку вооружить Т-34 100-мм пушкой. Были построены и испытаны несколько образцов Т-34-100. В новой башне поставили пушку Д-ЮТ. Лобового пулемета не было, что позволило ограничиться четырьмя членами экипажа. Стремясь не увеличивать массу танка (она уже достигла 33 т), конструкторы пошли на некоторое уменьшение толщины брони днища и крыши корпуса и башни. Скорость составила 48 км/ч. Однако работа над Т-34-100 уже не имела смысла, ввиду окончания разработки Т-54.

Производство Т-34 прекратилось в 1946 году. В последние годы оно выглядело так: 1944 г. – 14 648, 1945г. -12551 и 1946г. – 2701 машин. Всего же в СССР построили более 61 тыс. Т-34.

В процессе производства танк постоянно улучшался, в его конструкцию внесли множество изменений. Однако основное – корпус, двигатель, трансмиссия (за исключением коробки передач), подвеска – осталось почти без изменений. Зато поочередно устанавливались пушки Л-И, Ф-32, Ф-34, Д-5Т, ЗИС-С-53. Насчитывают до 7 различных типов башен: сварных из катаных листов, литых или даже штампованных толщиной 45 мм, созданных на ЧКЗ. Они разнились не только видом и числом люков на крыше, количеством и расположением «грибов» вентиляторов, пистолетными амбразурами, смотровыми приборами в бортах, но своей формой. Насчитывается четыре типа катков: с обре- зинкой, с внутренней амортизацией, со сплошным или развитым оребрением. Было по крайней мере три типа траков. Отличались формой, количеством и местом размещения дополнительные баки для горючего, антенны, поручни, кожухи выхлопных труб, люки меха ни ка-водителя и т.д. Да и на фронте часто машина после ремонта получала разные катки, благо типоразмеры их были одинаковые.


«Возило А» – югославская тридцатьчетверка


И после окончания второй мировой тридцатьчетверка долго оставалась на вооружении Советской Армии и армий дружественных стран. Она состоит еще в вооруженных силах Румынии, Кипрской Республики и некоторых африканских стран. Воюют в бывшей Югославии.

Остававшиеся на службе были модернизированы и назывались Т-34-85 образца 1960 года. При этом были внесены изменения в устройство двигателя, получившего обозначение В-34-М11, установлены два воздухоочистителя с эжекционным отсосом пыли, введен подогреватель в систему охлаждения и смазки двигателя, поставлен более мощный электрогенератор. Механик-водитель для вождения машины ночью получил инфракрасный прибор наблюдения БВН. Радиостанцию 9P заменили на 10-РТ26Э. И, наконец, на корме установили две дымовые шашки БДШ. Скорость танка достигла 60 км/ч, остальные характеристики остались прежними.

В 1969 году танки были еще раз модернизированы: они получили более современные приборы ночного видения и новую радиостанцию P-123.

В конце 40-х годов в Польше, а затем и в Чехословакии решили наладить производство Т-34. Советский Союз предоставил техническую документацию, технологию и помощь специалистов. Первые серийные танки польского производства поступили в войска в 1951 году, Конструкция их была улучшена в соответствии с требованиями времени, через 2 года их модернизировали, назвав первую и вторую модификации Т-34-851 иТ-34-85М2. Выпускали их 5 лет.

Танки польского производства получили другую башню. Двигатель, приспособленный для работы на разных сортах топлива, имел подогреватель для облегчения запуска зимой, механизмы, облегчающие управление. Дополнительные баки позволили увеличить запас хода до 650 км. Поляки внедрили новую радиостанцию 10 РТ-26Э, переговорное устройство, приборы наблюдения командира и ночного видения механика-водителя, увеличили скорость вращения башни до 25° – 30° в секунду. Боекомплект – 55 выстрелов – размещен по-другому. Экипаж благодаря новой системе наводки и заряжания лобового пулемета сократился до четырех человек. Танк получил оборудование для преодоления водных преград по дну.

Некоторые отличия, например, в форме башни, дополнительных баках, имели чехословацкие Т-34. Лицензию на их строительство (а также СУ-100 на их базе) в 1949 году получил завод ЧКД в Праге. Выпуск танков начался в 1951 году и продолжался до перехода на Т-54 в 1956 году.

А теперь кратко рассмотрим устройство танка Т-34-85.

«Средний танк Т-34-85 – боевая гусеничная машина с вращающейся башней, обеспечивающей круговой обстрел из пушки и спаренного с ней пулемета («Руководство по материальной части и эксплуатации танка Т-34»), он сконструирован в соответствии с так называемой классической компоновкой, то есть боевым отделением и башней впереди, моторно-трансмиссионное с ведущим колесом – сзади. Т-34 в определенной степени унаследовал от БТ общую компоновку, ходовую часть и детали подвески.


Корпус танка Т-34-76


Основные части – корпус и башня, вооружение, силовая установка и передача, электрооборудование и средства связи. Корпус сварен из катаных броневых плит, только верхний кормовой лист крепился болтами к угольникам бортовых и нижнего кормового листов брони. В верхнем лобовом листе, установленном под углом 30° к горизонту, слева имеется люк механика-водителя, а справа шаровая установка пулемета. Верхние бортовые листы корпуса установлены с наклоном 49°, нижние – вертикально; в каждом 4 отверстия для осей балансиров опорных катков, одно – для кронштейна оси балансира переднего опорного катка и 4 выреза для цапф балансиров 2 – 5-го катков.

Днище состояло из 2 или 4 (в зависимости от изготовителя) листов, сваренных встык с накладками. Впереди справа перед сиденьем пулеметчика люк для аварийного выхода.

Внутри корпус имеет 4 отделения: спереди управления, в котором помещаются механик-водитель и стрелок-пулеметчик, рычаги и -педали приводов управления, контрольно-измерительные приборы и пр. За ним находится боевое, с башней, в которой размещаются остальные части экипажа – командир, наводчик и заряжающий. Съемная броневая перегородка отделяла боевое от отделения силовой установки (СУ). В корме за перегородкой находится отделение силовой передачи, в котором размещены главный фрикцион, бортовые фрикционы с тормозами и бортовые передачи, электростартер, два топливных бака и два воздухоочистителя.

Основным вооружением танка является 85-мм полуавтоматическая пушка ЗИС-С-53 образца 1944 года с вертикальным клиновым затвором, установленным во вращающейся на 360° башне со спаренным пулеметом. В вертикальной плоскости углы их обстрела составляли от -5° до +22°, непоражаемое (мертвое) пространство для пушки и спаренного пулемета составляет 23 м. Высота линии огня пушки 202 см. Лобовой пулемет имел горизонтальный угол обстрела по 12° влево и вправо, угол снижения 6° (мертвое пространство – 13 м) и возвышения 16°. Опытный экипаж делал из пушки'7- 8 прицельных выстрелов в минуту. С помощью телескопического прицела ТШ-16 можно было вести огонь прямой наводкой на расстояние 3800 м, а при помощи бокового уровня и угломерного круга непрямой наводкой (с закрытых позиций) -на дальность 13 600 м. Дальность прямого выстрела при высоте цели 2 м бронебойным снарядом составляет 900 м, Вращение башни осуществляется механизмом поворота с ручным и электрическим приводами с максимальным временем поворота – 25 – 30 с, В боекомплекте из 60 выстрелов 39 были с осколочно-фугасной гранатой, 15 – с бронебойно-трассирующим и 6 – с подкалиберным бронебойно-трассирующим снарядами. К пулеметам имелся 31 магазин по 63 патрона, Вооружение танкистов дополняли пистолеты, ППШ и 20 гранат Ф-1.

На крыше башни установлены 3 зеркальных перископических прибора наблюдения МК-4: у командира (на неоткидывающейся части крыши командирской башенки), наводчика и заряжающего. Командирская башенка литая, с вращающейся на шарикоподшипниках крышкой с откидным люком. В' ее стенках прорезаны 5 горизонтальных смотровых щелей, прикрытых стеклоблоками.


Разрез танка Т-34-85


Силовая передача – это набор агрегатов, предназначенных для передачи крутящего момента от коленчатого вала двигателя к ведущим колесам. Главный фрикцион (ГФ) осуществляет главную передачу нагрузки на двигатель при трогании танка с места, при резком изменении числа оборотов коленчатого вала двигателя, при резком изменении скорости. Он же отключает двигатель от КП при переключении скоростей. ГФ представлял собой многодисковую (по 11 ведущих и ведомых дисков), включающуюся муфту сухого трения стали по стали. Зубчатой муфтой соединяется с механической трехходовой пятискоростной коробкой передач с пятью передачами вперед и одной – назад. Для отключения ведущего колеса гусеницы от главного вала коробки передач (при повороте машины) служили бортовые фрикционы сухого трения, установленные на концах главного вала. И, наконец, между бортовыми фрикционами и ведущими колесами располагаются бортовые передачи, состоящие из пары цилиндрических шестерен. Они увеличивают тяговое усилие на ведущем колесе, позволяя снизить число его оборотов и тем самым повысить на нем крутящий момент.

Гусеничная цепь – мелкозвенчатая, состоит из 72 траков, половина с направляющими гребнями, весом 1070 кг. Ведущие колеса (литые или со штампованными дисками) установлены на ведомых валах бортового фрикциона и служат для перематывания гусеницы. Литые направляющие колеса переднего расположения не только направляют гусеницу, но и натягивают ее, что осуществляется перемещением направляющего колеса на кривошипе. Дело в том, что по мере эксплуатации длина гусеницы увеличивается. Для обеспечения ее постоянного натяжения это устройство и служит.

Подвеска независимая, с цилиндрическими винтовыми пружинами. Двойная пружина переднего катка помещена вертикально внутри носовой части корпуса и ограждена щитками. Подвески остальных катков расположены наклонно внутри корпуса танка в шахтах. Опорные катки устанавливаются на подшипниках на осях, запрессованных в балансиры. Каток двойной с резиновой шиной, между его дисками проходят гребни траков.


Башня танка Т-34-85


Танк Т-34-85 с минным тралом


Электрооборудование включает источники и потребители электроэнергии: электростартер, электродвигатель поворота башни, вентиляторы, электроспуск пушки и спаренного пулемета, радиостанцию, танковое переговорное устройство и т.п. Электроэнергию вырабатывают генератор постоянного тока, установленный справа от двигателя, и четыре аккумуляторных батареи. Радиостанция 9РС предназначена для двухсторонней радиосвязи между танками или другими объектами, дальность ее действия зависит от времени суток и года – наибольшая в режиме телефона на 4-метровую штырьевую антенну днем зимой: до 15 км на ходу и до 20 км на стоянке. 9РС работает на передачу только телефоном, а на прием телефоном и телеграфом. Приемопередатчик с блоком питания крепится кронштейнами к левому и заднему листам башни слева и сзади от сиденья командира. С 1952 года при капитальном ремонте заменили на 10РТ-26Э.

Танковое переговорное устройство ТПУ-З-БИС-Ф (с 1952 года ТПУ-47) состоит из аппаратов для наводчика, командира танка и механика-водителя, а командир и наводчик через радиостанцию устанавливали контакт и с внешними корреспондентами.

Внутри танка есть два ручных кислотных огнетушителя. Комплект запасных частей, инструментов и принадлежностей размещается как внутри, так и снаружи. Это брезент, буксирный трос, ящик с орудийным ЗИП, по два запасных трака (с гребнем и без него), пальцы для траков, шанцевый инструмент и т.д. После войны на корме помещали две дымовые шашки БДШ.

Механик-водитель размещается на регулируемом по высоте сиденье. Перед ним в верхнем лобовом броневом листе имеется люк с броневой крышкой, в ней установлены два неподвижных перископа. Перед механиком-водителем находятся левый и правый рычаги управления, кулиса коробки передач, а внизу – рукоятка ручной подачи топлива, педаль тормозов и ее фиксирующий механизм. Под левой ногой – педаль главного фрикциона. С внутренней части лобового броневого листа ниже люка – щиток с контрольными приборами. Справа от него сидел пулеметчик, который вел огонь из лобового пулемета.

В башне слева от пушки находится регулируемое по высоте сиденье наводчика. Получив целеуказание от командира, он наводил пушку и спаренный пулемет и вел огонь с помощью спускового механизма или электроспуска. В его распоряжении был перископический прицел ТШ-16 с 4-кратным увеличением и полем зрения 16° , который служил для определения расстояния до цели и наблюдения за полем боя. Пушку и спаренный пулемет наводили механизмом поворота башни и подъемным механизмом пушки. Маховик последнего находится перед наводчиком, который работал на нем левой рукой. На его рукоятке есть рычаг электроспуска пушки и спаренного пулемета (ручной спуск крепится на щите ограждения пушки).

Командир размещается за наводчиком, слева от пушки. Он наблюдает за полем боя, дает целеуказания наводчику, работает на радиостанции и руководит действиями экипажа.

Справа от пушки располагается заряжающий.

Он заряжает пушку, выбирает по указанию командира тип выстрела, перезаряжает спаренный пулемет, наблюдает за полем боя. Его сиденье, которым он пользуется вне боевой обстановки, подвешено на трех ремнях, а в бою он работает, стоя на крышках ящиков боеукладки. При поворотах пушки он должен ловко следовать за казенником, переступая через валяющиеся на дне стреляные гильзы. Отсутствие вращающегося по- лика у башни (хотя бы как был на Т-28) было существенным недостатком Т-34.

Т-34 прошли всю войну от первого до последнего дня. Участвовали в разгроме армии милитаристской Японии. И воевали не только в составе Красной Армии. Войско Польское с июля 1943-го по июнь 1945 года получило от СССР 578 танков, из них 446 тридцатьчетверок.

Армиям Румынии, Чехословакии, Югославии и Болгарии, воевавшим плечом к плечу с Красной Армией, передали немало Т-34.

После войны они попали в вооруженные силы КНДР и Народно-освободительной армии Китая. В их составе они успешно сражались в Корее (1950- 1953 гг.), где продемонстрировали превосходство над американскими «Шерманами».

В последующие годы Т-34 (в основном польского и чехословацкого производства) поставлялись в страны – участницы Варшавского Договора, Анголу, Кубу, ДРВ, Китай, КНДР, Монголию, Египет, Ирак, Ливию, Сомали, Судан, Сирию, Финляндию, Югославию, участвовали в многочисленных военных конфликтах 50-, 60- и даже 70-х годов: на Ближнем Востоке в 1956 и 1967 годах, в индо-пакистанских войнах 1965 и 1971 годов, во Вьетнаме в 1965 – 1975 годах и пр.

Тридцатьчетверка по сей день состоит в вооруженных силах Румынии, Кипрской Республики, некоторых африканских стран. Она воюет в междуусобном конфликте в бывшей Югославии.

Советские специалисты создали одну из самых замечательных боевых машин, ставшую классическим образцом среднего танка и указавшую путь развития послевоенного танкостроения. Т-34 превосходил современные ему зарубежные средние танки по комплексу основных боевых свойств. Он оставался эффективным рекордно много лет, претерпев лишь модернизацию по вооружению. Простота его конструкции способствовала массовому производству.

На его базе изготовили ряд боевых и вспомогательных бронированных машин. Прежде всего – это самоходные артустановки СУ-122, СУ-85, СУ-100, мостоукладчик (1943 г.) с мостом длиной 7,7 м и тягач Т-34-Т (1944 г.). В 1955 году появился самоходный кран СПК-55, а чуть позже модернизированный СПК-5/10М, в 1958 году бронетягач Т-34-Т. На шасси Т-34 выпускался небронированный артиллерийский тягач АТ-45. В 1942 году для танка разработали катковый колейный противоминный трал ПТ-3.

Т-34 стал историей, легендой. В качестве памятников мужеству советских танкистов и труда конструкторов и рабочих тридцатьчетверки установлены на пьедестале Славы. А вот 35-тысячный танк, сошедший 26 мая 1945 года, с конвейера завода № 183, так и не покинул его территорию – он стал самым первым мемориалом.


КОЛЕСНО-ГУСЕНИЧНЫЕ ТАНКИ
  ПТ-1 ПТ-1 А Т-43-2 Т-46-1 Т-29 БТ-СВ БТ-ИС Т-25 1QTP*
Год выпуска 1932 1932 1935 1935 1936 1936 1937 1939 1938
Боевая масса, т 14,2 15,35 3,8 15 28,3 13,11 13,74 11,7 12,8
Экипаж, чел. 4 3 2 3 5 4 3 3 4
Длина корпуса, см 710 766 371 540 737 562 580 485 540
Ширина корпуса, см 299 291 215 265 322 280 265 268 255
Высота, см 269 269 167 226 282 217 236 237 220
Бронирование, мм
Лоб корпуса 10 13-15 9 15 30 25 13 24 20
Борт корпуса 10 13 6 15 20 20 15 20 20
Корма 10 13 6 15 30 10 13 16 20
Башня 10 13 9 15 30 25 15 16 16
Днище и крыша корпуса 6 и 5 5-4 6 и 6 8-6 6 и 8 6 и 10 6 и 10 10 и 10 8
Вооружение:
Калибр пушки, мм 45 45 - 45 76,2 45 45 45 37
Боекомплект, выстрелов 93 96 - 101 67 140 115 108 80
Пулеметы: число, калибр, мм 4-7,62 4-7,62 1-7,62 3-7,62 4-7,62 1-7,62 зенитн. 1-7,62 1-7,62 1-7,62 2-7,62
Боекомплект, патронов 3402 4871 3000 или 2500 2309 6615 или 6930 1386 2016 1953 4500
Двигатель, тип, марка карб. М17 карб. М17 карб. ГАЗ-ЛА карб. МТ-5 карб. М-17 карб. МТ-17Т карб. М-5 карб. Т-26 карб. Ла Франс
Мощность двигателя, л.с. 500 500 45 330 500 500 400 90 210
Максимальная скорость на колесах, км/час 81 70 65,5 82 57 86 75 28 75
Максимальная скорость на гусеницах, км/час 60 66 41,5 56 55 62 52 28 50
Максимальная скорость на плаву, км/час 8 10 6-7 - - - - - -
Запас горючего, л 400 414 120 428 600 380 570 292 160
Запас хода по шоссе (на гусеницах / на колесах), км 183/230 150/215 210/- 200/400 230/330 - 250/450 200/400 210/-
Среднее давление на грунт, кг/см 0,7 0,75 0,28 0,46 0,76 725 0,72 0,73 0,47

* Танк польский.


ТАБЛИЦА ТАКТИКО-ТЕХНИЧЕСКИХ ХАРАКТЕРИСТИК ТАНКОВ Т-34.
  А-20 Т-32 Т -34Т6 Т-34-76 Т-34-76 Т-34-85
Год выпуска 1939 1939 1940-41 1942 1943 1944
Боевая масса, т 18,0 19 26,8* 28,5 30,9 32
Экипаж, чел. 4 4 4 4 5 5
Длина корпуса, см 576 576 595 610 610 610
Длина с пушкой, см 576 576 595 662 662 810
Ширина корпуса, см 265 273 300 300 300 300
Высота, см 243 243 240 240 240 270
Клиренс, см 40 40 39 40 40 40
Бронирование, мм
Лоб корпуса 25 20 45 45 45 45
Борт корпуса 20 20-30 45 45 45 45
Корма 16 16 40 45 45 45
Башня 25 25 45 52 45 90
Дно и крыша 10 и 6 10 и 10 15 и 20 20 20 20
Вооружение:
Калибр пушки, мм 45 76,2 76,2 76,2 76,2 85/54,6
Марка пушки обр.1932-38гг. Л-10 Л—11 или Ф-32 Ф-34 Ф-34 ЗИС-С-53
Боекомплект, выстрелов 152 72 77 100 100 56
Пулеметы: калибр в мм, марка 2-7,62 ДТ 2-7.62ДТ 2-7,62 ДТ 2-7,62 ДТ 2-7,62 ДТ 2-7,62ДТМ
Боекомплект, патронов 2709 1638 2998 3600 3150 1953
Двигатель, марка В-2 В-2 В-2В В-2-34 В-2-34 В-2-34
Мощность двигателя, л.с. 500 500 500 500 500 500
Максимальная скорость по шоссе, км/ч 65 на гусеницах и колесах 65 51,2 51,2 51,2 51,2
Запас горючего в основных баках, л 505 460 455 540 540 545
Запас хода (по горю­чему) по шоссе , км 400 на гусеницах; 900 на колесах 425 300-370 365-465 300-430 350
Среднее удельное давление на грунт, кг/см2 0,61 0,59 0,62 0,67 0,72 0,83









Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Добавить материал | Нашёл ошибку | Наверх