Загрузка...


Глава II. Между войнами

Из 21 года, прошедшего между окончанием первой (11 ноября 1918 года) и началом второй (1 сентября 1939 года) мировых войн, практически не было ни одного, чтобы где-нибудь не было бы войны, вооруженного конфликта, карательной операции. И почти везде применялись танки.

На русской земле они впервые появились с войсками интервентов – англичан, французов, а потом и в белогвардейских армиях, у которых было захвачено около 80 машин. Вот, как это бывало.

Мы уже рассказывали, как французские «рено» попали в Россию. Вторая партия из шести британских Мк V и такого же числа «уиппетов» 13 апреля 1919 года прибыла на английских пароходах в Батум для Добровольческой армии А. И. Деникина. Затем он получил и другие танки (всего 57), которые принимали участие в боях под Харьковом, Таганрогом, Екатеринославом и в других местах. Уцелевшие перевезли в Крым, и генерал П.И.Врангель 14 октября 1920 года послал в бой под Каховкой 12 машин, потерял 10, но поставленной цели не достиг.

Генерал Н.Н. Юденич осенью 1919 года имел четыре Мк V, по два «Уиппета» и «Рено». Последние ему передали финны. Эти танки участвовали в боях под Гдовом (11 ноября, 2 машины), Ямбургом (12 октября, 3 танка) и под Царским Селом (15 октября). Вместе с отступавшими белогвардейцами ушли и танки. Позже Юденич передал эстонцам Мк V, а «рено» вернул финнам, судьба «уиппетов» осталась неизвестной.

На севере англичане предоставили генералу Е.К. Миллеру шесть Мк V и несколько Мк В.

Известно, что в вооруженных силах Дальневосточной республики было, по крайней мере, два «рено».

Вообще, в Красной Армии танки появились в 1919 году. Это были захваченные Мк V и «Рено». Так, в конце 1919 – начале 1920 года взяли несколько деникинских танков при освобождении Ростова-на- Дону. Это позволило в начале года организовать несколько автотанковых отрядов – по 3 танка. Первый бой советские танкисты приняли 4 июля 1920 года против поляков у станции Зябки под Полоцком. Автотанковый отряд №2 (Мк V) и бронепоезд №8 поддержали атаку 33-й стрелковой дивизии – оборонительная полоса противника, состоявшая из 3 линий окопов и проволочных заграждений, была прорвана.


Советский танк БТ-7


…Во время боевых действий в 1931 – 1933 годах в Маньчжурии и Китае японцы применили немногочисленные «Рено»FT, «Рено» NC1 и средние танки собственной конструкции «89», которым китайцы ничего не могли противопоставить. Тактических выводов из этой кампании никто не сделал.

В итало-эфиопской войне 1935 – 1936 годов действовало 350 итальянских танкеток CV3/33 и CV3/35, в том числе и огнеметные. Выбор такой техники объяснялся тем, что эти машины приходилось перевозить морем и им предстояло оперировать в горах, а они были специально созданы для этого и могли преодолевать подъемы до 45°. Кроме того, у эфиопов отсутствовала противотанковая артиллерия.

В 1932 – 1935 годах Боливия воевала с Парагваем из-за богатого полезными ископаемыми района Гран-Чако. У боливийцев было несколько «Вик- керсов-6 тонн» и танкеток «Виккерс-Карден- Лойд» Мк VI, которыми командовал немецкий майор В. Брандт. В 1933 году броневые машины трижды побывали в бою, причем практически поодиночке, продемонстрировав уязвимость даже от стрелкового оружия в стесненных условиях лесистой местности.

В гражданских войнах 1924 – 1927 и 1927 – 1936 годов в Китае гоминдановцы ограниченно использовали (причем весьма неумело) танкетки «Карден- Лойд» Мк VI, танки «Рено»П", «Виккерс-6 тонн» и амфибии «Виккерс-Карден-Лойд».

Более широко бронетанковая техника применялась в 1936 – 1939 годах в Испании. Поначалу немногочисленные испанские «Рено» FT и несколько построенных по их образцу в 1926 году легких танков «Трубиа» (масса 8 т, 37-мм пушка и пулемет, броня до 20 мм, скорость 30 км/ч) находились в распоряжении мятежников. Позже нацистская Германия и фашистская Италия направили им на помощь до 200 танков Pz-I и более 300 танкеток CV3/35. В ответ по просьбе республиканского правительства Советский Союз прислал танки Т-26 и БТ-5, а также танкистов. Всего республиканцы получили 347 советских машин.

Опыт, полученный в Испании, сыграл важную роль в истории советского танкостроения. Было установлено, что появившаяся малокалиберная противотанковая артиллерия представляет немалую опасность для техники с противопульной броней, и в СССР приступили к созданию танков с противоснарядным бронированием. Как ни странно, но ни немцы, ни итальянцы подобных выводов не сделали, зато не воевавшие в Испании англичане обратили самое серьезное внимание на усиление защиты пехотных танков.

В 1937 году Япония напала на Китай. В начале войны китайская армия располагала всего 75 «Виккерс-6 тонн», старыми «Рено»П" и амфибиями «Виккерс-Карден-Лойд», но применяла их по-прежнему неумело и вскоре осталась без танков. Тогда китайское правительство обратилось за помощью к Советскому Союзу, который весной 1938 года послал среди прочего вооружения 82 танка Т-26. Советские инструкторы, по существу, создали китайские бронетанковые части.

Японцу имели около 1 тыс. танков, сначала легких «Те-ке» и «Ха-го», потом стали все больше применять средние «Чи-ха», главным образом, для сопровождения пехоты, разведки и охранения, причем небольшими группами. Если они и имели успех, то только там, где не встречали должного отпора. Иначе обстояло дело при схватках с машинами советского производства в ходе вооруженного конфликта 28 мая – 16 сентября 1939 года у реки Халхин-Гол. На заключительном этапе японцы подтянули подкрепления, в том числе 182 танка, у советско-монгольских войск было 498 танков и 350 бронеавтомобилей. Бои, начавшиеся 20 августа, завершились полным разгромом агрессора, причем основную роль сыграли танки.

Опыт боев у реки Халхин-Гол подтвердил необходимость тесного взаимодействия их с пехотой и артиллерией. Советская бронетанковая техника оказалась надежной как в боях, так и на длительных переходах, кроме того, Т-26 и БТ-7 впервые применили массированно. Японские танки не выдержали противоборства с ними. Таким образом, существенное влияние на танкостроение и тактику применения бронетанковых подразделений оказали именно события в Испании и на Халхин-Голе.

…В первую мировую войну только Англия, Франция и Германия строили и применяли танки собственной конструкции. Италия и США тоже делали подобные машины, но опробовать их в деле не успели.

С 1921 года в число танкостроящих государств вошла Швеция, с 1925 года – Чехословакия, с 1927 года – Япония, с 1930 года – Польша и спустя еще 8 лет – Венгрия. Германия вновь приступила к выпуску танков в 1934 году. Таким образом, в 30-е годы танки производили 11 стран, включая СССР.


Советская танкетка Т-17


Английский танк «Карден-Лойд» 1929 г.


Какими же путями шли тогда конструкторы? Начнем с некоторых тенденций, характерных для той эпохи. В сражениях первой мировой войны нашли применение легкие, средние и тяжелые танки. И все-таки некоторым специалистам казалось, что и этого недостаточно. Полковник Ж, Этьен и английский майор Дж. Мартел еще в 1915 году мечтали о «роях бронированных застрельщиков», их идею после войны подхватил и развил известный военный теоретик, англичанин Дж. Фуллер, считавший, что необходимо иметь множество легких и дешевых в производстве бронированных машин, рассчитанных на 1-2 человек.

Первым подобный проект разработал в 1919 году советский инженер Максимов. В его простой и дешевой «Щитоноске» единственный член экипажа размещался лежа, что позволяло получить предельно малую высоту корпуса. Однако в таком крайне неудобном положении водитель не мог одновременно управлять танкеткой, наблюдать за обстановкой и стрелять из пулемета. Чуть позже в британское военное ведомство обратился Мартел с проектом сверхлегкого одноместного танка и, получив отказ, в 1924 году приступил к его строительству в своем гараже.

Конструированием мини-танков также занимались капитаны В. Лойд и Дж. Карден в мастерской, принадлежавшей последнему.


Английская танкетка Мартеля.


Английский колесно- гусеничный танк «Виккерс» 1926 г.


Шведский колесно- гусеничный танк La 30.


Усилия Мартела увенчались успехом – в 1925 году он продемонстрировал представителям военного ведомства своеобразный гибрид автомобиля и танка. Машина понравилась, и автомобильные фирмы «Моррис» и «Кроссли» взялись претворить идею Мартела. Военное министерство заинтересовалось также проектом Кардена и Лойда и поручило компании «Виккерс-Армстронг» предоставить им техническую базу. Так была построена серия одно- и двухместных танкеток, как их стали называть («танкетка» – французское уменьшительное от «танк»). В ходе испытаний выяснилось, что один человек не в состоянии справиться с обязанностями водителя, наблюдателя и стрелка, и от разработок одноместной техники отказались. Последняя модель – двухместная танкетка « Карден-Ллойд» MkVI образца 1928 года – стала одновременно и самой критикуемой за всю историю танкостроения.

В конце 20-х годов в разгар экономического кризиса английское правительство уже не могло выделять средства на содержание большой армии и на ее перевооружение. С другой стороны, британская промышленность остро нуждалась в рынках сбыта, а танкетка могла удовлетворить запросы сторонников механизированной войны, для колониальных же войск она оказалась просто находкой. Тогда страницы газет и журналов обошла фотография стоявших рядом лошади и танкетки – мол, смотрите, сколь компактен бронированный «боевой конь», да еще дешев, надежен в любых условиях и требует минимального ухода. Реклама сыграла свою роль: танкетки MkVI закупили 16 стран, а Италия, Польша, Франция, Чехословакия и Япония приобрели лицензии на их производство. Однако первые же боевые столкновения показали их уязвимость даже от стрелкового оружия. Концепция «механизированной пехоты» оказалась несостоятельной, хотя этим увлечением в начале 30-х годов «переболели» почти все армии мира. Так, в конце 20-х годов и советские конструкторы, уже имевшие некоторый опыт строительства танков, создали несколько образцов танкеток. Тогда считали, что Красная Армия нуждается в подобной многоцелевой бронированной машине для разведки, охранения, связи и сопровождения танковых частей.

Главное конструкторское бюро Орудийно-арсенального треста разработало танкетку Т-17 «Лилипут». В сентябре 1927 года ее выпуск поручили заводу в Ленинграде. «Лилипут» задумали в пушечном и пулеметном вариантах. Создали специальный двигатель воздушного охлаждения, трансмиссию и резино-металлическую гусеницу.

Боевая масса Т-17 составляла 2,4 т, экипаж – 1 человек, вооружение – пулемет. Двигатель мощностью 18 л.с. позволял развивать скорость 16 км/ч.

Несколько позже на базе танка МС-1 разработали двухместную танкетку Т-23, представлявшую собой его облегченный вариант без постоянного вооружения,- ее планировалось применять как пуле- метовоз или легкий бронетранспортер. Боевая масса Т-23 – 3,5 т, 60-сильный карбюраторный двигатель сообщал скорость 35 км/ч. Предусматривался и вариант с пулеметом в башне кругового вращения. В 1929 – 1931 годах выпустили несколько Т-17 и Т-23, но в массовое производство они не пошли.

Не отставали от других и специалисты Франции и США. С 1921 по 1928 год фирма «Сен-Шамон» создала 4 экспериментальных образца 1 -2-местных колесно-гусеничных танкеток. На одного танкиста была рассчитана и американская Т-1 фирмы «Каннингем» (1928 год). Но все они не вышли из стадии опытов.

В Англии танкетки не получили широкого распространения, их использовали лишь в качестве пулеметовозов и тягачей. Значительно большее развитие они получили в странах, закупивших лицензии на их производство. Безбашенные танкетки серийно производили во Франции, Италии, Польше, Чехословакии, в 1931 – 1933 годах их делали в СССР, но еще больше стран попросту приобрели их в Англии.

Таким образом, подобная техника, предназначенная для разведки, охранения и сопровождения кавалерии, была весьма распространена, несмотря на существенный недостаток – слабость вооружения. И дело заключалось не в отсутствии пушки – в определенных обстоятельствах живую силу противника достаточно эффективно поражали и пулеметы, однако в танкетке они были размещены далеко не лучшим образом – в лобовом листе корпуса и поэтому имели ограниченные углы обстрела. Если же цель появлялась сбоку, то приходилось разворачивать всю машину. Но и говорить о «закате» танкетки было бы преждевременно – военным и конструкторам хотелось сохранить свойственные ей простоту устройства и малые размеры, что могло бы облегчить и удешевить производство и ускорить подготовку экипажей. Кстати, положительным качеством танкетки была хорошая маневренность, позволявшая таким машинам действовать в лесах и горах, а также высокая скорость.

В то же время короткая танкетка не могла преодолевать воронки и окопы, а тонкая броня не позволяла идти в атаку даже на вражеские пулеметы. Попытки действовать подобным образом дорого обошлись итальянидм в Испании, но усиление бронезащиты неизбежно влекло увеличение массы и, как следствие, утрату вышеперечисленных достоинств. Вывод напрашивался сам собой-сферу применения такой техники придется ограничивать.

Зато на основе танкетки был создан разведывательный танк. Для того чтобы получить его полноценный образец следовало повысить эффективность вооружения, улучшить маневренность и, в частности, научить такую машину плавать. Первую проблему решили, разместив пулеметы во вращающейся башне. По этому пути пошли в начале 30- х годов англичане и японцы. Еще в 1929 году инженеры фирмы «Виккерс-Армстронг», не мудрствуя лукаво, установили башню на танкетку «Кар- ден-Лойд» Мк VIB. Машина выглядела непрезентабельно – относительно большая башня на довольно легком шасси. Гибрид назвали разведывательным танком «Карден-Лойд» Мк VII образца 1929 года. Его масса по сравнению с прототипом выросла на 0,6 т и достигла 2 т, новый 40-сильный двигатель обеспечивал скорость 48 км/ч. Два танкиста, защищенные 11-мм броней управляли машиной и вели огонь из пулемета.

Примерно в те же годы на основе той же танкетки создали тягач с радикально измененной ходовой частью. Тогда инженеры фирмы спорили, какими должны быть опорные катки легких машин – большого или малого диаметра? Благодаря первым уменьшается сопротивление движению и возникает меньше шума, зато вторые делают подвеску более гибкой и менее уязвимой. Для проверки тягач оснастили сблокированными попарно катками большого диаметра, с упругим элементом в виде листовых рессор. На его базе изготовили легкий разведывательный танк «Виккерс-Карден-Лойд» Мк VIII образца 1933 года. Его масса достигла 3,8 т, 56-сильный двигатель обеспечивал скорость 48 км/ ч, вооружение состояло из 7,71-мм пулемета (или 12,7-мм), экипаж по-прежнему состоял из двух человек. В английской армии этот танк не использовался, а производился на экспорт в Бельгию, Литву и Швецию, положив начало серии разведывательных танков, производившихся до 1940 года.

Вторая линия, или, лучше сказать, ее вариант, нашла воплощение в малых разведывательных плавающих танках. Их первый образец, амфибия «Карден-Лойд», была изготовлена на основе упомянутого нами тягача в 1930 году и получила широкую известность, хотя в английской армии применялась ограниченно. В 1931 году ее купили Китай, Таиланд и Япония.

Япония приобрела лицензию на «Виккерс-Карден-Лойд» Мк VI, но делать его не стала, а превратила в образец для собственных разработок.

Упомянем о третьей линии развития танкеток – разведывательных бронированных «застрельщиках», нашедшей воплощение в машинах, созданных для английской армии и широко применявшихся во второй мировой войне.

Новым требованием, предъявляемым к легким разведывательным танкам, была возможность преодоления ими водных преград, лучше всего с ходу или с минимальной подготовкой. Попытки создать подобную боевую машину предпринимались еще до первой мировой войны – в 1910 году швейцарский полковник Шляйер первым сконструировал плавающий бронеавтомобиль с двигателем в 20 л.с. и гребным винтом в корме. Как и во многих других подобных случаях, новинка не заинтересовала военных.

Вообще-то существуют три способа «научить» танк плавать – за счет водоизмещающего корпуса (как у корабля), с помощью навешиваемых понтонов и используя раздвижные, похожие на гармошку экраны. Для разведывательного танка предпочтительнее первый вариант. Предполагалось и то, что танки смогут преодолевать реки по дну – своим ходом, с помощью особых устройств.

В России в 1919 – 1920 годах на Ижорском заводе в Петрограде разработали проект плавающего танка под девизом «Теплоход АМ». Аналогичные проекты появились в США в 1922 – 1927 годах, их автором был У. Кристи.

Его первый прототип – М. 1921 (по существу, только корпус) имел два гребных винта. Другой, М.1922, стал прообразом плавающей самоходной 6,4-тонной установки с 75-мм пушкой. Эта колесно-гусе- ничная машина (именно такие и принесли позже славу американскому инженеру) развивала скорость 45 км/ч на колесах, 20 км/ч на гусеницах и 13 км/ч на плаву. Движение по воде осуществлялось опять же с помощью гребных винтов, при поворотах один отключался. При испытании в присутствии чинов американской армии амфибия преодолела реку Гудзон шириной 3 км за 45 минут. Улучшенная модель М.1923 заинтересовала командование морской пехоты, и несколько экземпляров нашли применение при интервенции США в Никарагуа в середине 20-х годов. Проект этой амфибии приобрела Япония.

Плавающими танками занимались и французы, оборудовав «Рено» FT поплавками и гребным винтом. Польский профессор Л.Эберман в 1926 году представил проект подобного WB10, однако эти машины были весьма далеки от совершенства и в серию не пошли.

Только в 1929 году в Великобритании построили по-настоящему надежный плавающий танк, разработанный фирмой «Виккерс-Армстронг», который и следует считать родоначальником всех последующих машин этого класса. Назвали его танком-амфибией «Виккерс-Карден-Лойд» тип А4Е11. Он имел боевую массу 2,9 т, экипаж 2 человека, был вооружен 7,7-мм пулеметом в башне, бронирование было противопульным (7-9-мм). Карбюраторный двигатель «Медоус» в 56 л.с. сообщал скорость 64 км/ч по шоссе и 9,6 км/ч на воде. Танк держался на поверхности за счет максимально облегченной конструкции, дополнительных баков, размещенных под днищем, и поплавков-надкрылков, прикрепленных над гусеницами. Двигатель и трансмиссия находились справа, башню и рубку водителя сместили влево. Винт приводился во вращение валом от коробки передач, повороты осуществлялись, как на судах, перекладкой руля. Наряду с несомненными достоинствами (плавучестью и хорошей подвижностью) А4Е11 не был лишен недостатков – военные сразу отметили слабое бронирование и вооружение, а также ненадежность подвески.

В 1933 году в Советском Союзе построили легкий разведывательный танк Т-37А, а спустя три года следующую модель – Т-38.

В тот же период японцы на базе амфибий «Виккерс» и «Кристи» создали плавающие танки SRI, SRII и SRIII. Первый, появившийся в 1937 году, был почти копией «Виккерса», но с дизельным двигателем. Его боевая масса – 3,6 т, вооружение – 6,5-мм пулемет, экипаж – 2 человека. К собственным изделиям относились опытная амфибия «2593А» (1933 год) и ее модификации В и С. Разработка таких танков велась военно-морским флотом, однако до начала второй мировой войны серийного образца японцы так и не сумели получить.

В то время инженеры и военные специалисты стремились повысить оперативную подвижность танков, то есть быстро перебрасывать их своим ходом на значительные расстояния по дорогам (из тыла на фронт или с одного участка фронта на другой). С этим дело обстояло крайне плохо, и «виновата» тут была не только малая скорость танков. Главное заключалось в том, что их гусеницы обычно «летели» через 80 – 100 км хода по шоссе.

Для экономии горючего и сохранения материальной части гусеничную технику обычно перевозили к линии фронта на прицепах и грузовиках, но это требовало дополнительных машин и людей. Реализацией идеи сочетания скорости и экономичности колесной машины и проходимости гусеничной занимались конструкторы многих, стран, даже относительно экономически слабо развитых, вроде Австрии, Венгрии и Польши.

Пионерами в создании бронетехники двойной проходимости стали французы, построившие серию малых танков или танкеток фирмы FAMH («Сен-Шамон») образцов 1921, 1924, 1926 и 1928 годов. Конструкторам пришлось решать новые проблемы: подъема и опускания колес или гусениц, силовой передачи на ведущие колеса и управления передними. На машинах М21 и М24 передняя и задняя пары поворачивались на кронштейне вокруг своей оси почти на 180° и фиксировались в положении «над гусеницами». 10 минут требовалось, чтобы силой мотора заменить колеса на гусеницы, причем экипаж оставался в машине. Для обратной операции танк наезжал на специальные деревянные подставки, сначала приподнимая переднюю часть. Опустив передние колеса, он передвигался на подставках, пока кормовая часть не приподнималась, чтобы опустить и задние колеса. На «сен-шамонах» они вывешивались спереди и сзади корпуса, что не влияло на ширину танка, но сильно ухудшало обзор водителю и ограничивало углы обстрела из бортового оружия.

«Сен-Шамон» М21 весил 3,5 т, управлялся двумя танкистами, на колесах развивал 28 км/ч, на гусеницах – 6 км/ч. М28 весил уже 8,6 т, но ходовые качества остались теми же.

На чехословацком танке КН-50 (1924 год) поднятые колеса размешались по бортам корпуса. Машина была проста в устройстве, что было достигнуто ирной отказа от силового привода для перемены хода. Делалось это вручную, причем также необходимо было наезжать на подставки, которые в походном положении крепились к бортам. Двигатель был маломощным -50 л.с., гусеница ненадежной. Боевая масса КН-50 -6,8т, вооружение 38-мм пушка и пулемет, скорость на колесах 35 км/ч, на гусеницах 14 км/ч. На модели КН-60 поставили 50-сильный двигатель и несколько увеличили толщину брони. В 1930 году испытывался КН-70 с двигателем в 70 л.с. Кстати, конструированием чехословацких КН («коло-хусенка») занимался немец И. Фолльмер.

Англичане в 1926 году поставили на колеса средний танк Мк I (не путать с Мк I 1916 года), использовав «сен-шамоновский» принцип замены ходовой части.

Колесно-гусеничный «Виккерс» обладал поднимающимся гусеничным движителем, оснащенным двумя червячными передачами на борт, приводимыми от двигателя. По вращающемуся вертикальному червяку перемещались ползуны, соединенные с жесткой рамой движителя, и поднимали его.

При перемене направления вращения он опускался. Экипаж из трех человек оставался внутри машины, и вся операция длилась не более минуты. Танк имел массу 7,6 т, два пулемета, 8 – 12-мм броню, 135-сильный двигатель позволял развивать скорость 72 км/ч на колесах и 24 км/ч на гусеницах. Это уже было кое-что…

У «Виккерса» 1927 года одновременно поднимались гусеницы и опускались колеса.

Наиболее удачным оказался шведский легкий танк фирмы «Ландсверк» La30 (1931 год), у которого подъем и опускание колес силой двигателя осуществлял всего за 20 с и не только на месте, но и на ходу. Прижатые к бортам колеса не мешали обзору и стрельбе. Тактико-технические характеристики «Ландсверка» были следующими: масса – 11,5 т, экипаж – 4 человека, 37-мм пушка и 2 пулемета, 6 – 14-мм броня, двигатель в 150 л.с., скорость 65 км/ч на колесах и 40 км/ч на гусеницах, дальность хода по шоссе – 300 км. Благодаря дублированному приводу танк мог одинаково передвигаться как вперед, так и назад.

В 1933 году выпустили облегченный La80 (7,5 т), развивавший скорости соответственно 75 и 35 км/ч.

Неудачную попытку создать подобный танк WB10 предприняли в 1926 – 1927 годах поляки. Их машина была оснащена колесами, размещенными по обе стороны гусениц и поднимавшимися приводом от двигателя.

Однако вся эта техника так и осталась экспериментальной. Серийной пока не получалось из-за сложности и уязвимости движителя и системы перемены хода. Усложнились эксплуатация и ремонт машин. Несмотря на явные достоинства – увеличение скорости и запаса хода по шоссе, общего срока службы и сохранности дорог, опыты так и остались опытами. А вскоре появились гусеницы, выдерживающие 1000-километровый пробег, и скорости чисто гусеничных машин достигли 50 км/ч, то есть танк обрел сносную оперативную подвижность.

А теперь перейдем от общих тенденций развития бронетанковой техники в 20 – 30-е годы к танкостроению отдельных стран.


Советский танк Т-20









Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Добавить материал | Нашёл ошибку | Наверх