Загрузка...


Германский ответ

Было ли для командования кайзеровской армии неожиданным появление на Сомме 15 сентября 1916 года британских танков? Оказывается, нет – немцы сумели раздобыть кое-какие сведения о работах в Англии, но германские генералы не придали столь ценной информации должного внимания. Они руководствовались правилом, что войну следует заканчивать тем же оружием, с которым начинали. Когда же надежды на быструю победу рухнули, германский генералитет попытался прорвать фронт противника с помощью «газобалонных» атак, то есть применяя отравляющие газы и огнеметы. И даже после того, как англичане послали в бой танки, чины немецкого командования, хорошо осведомленные об их технических возможностях и недостатках, не очень-то беспокоились. Интересно, что один из генералов даже заявил, что «здоровый дух немецкого солдата не позволит ему поддаться панике и он расправится с этой неуклюжей, слепой машиной».

Тем не менее, в октябре 1916 года военное министерство Германии поручило фирме «Бремерваген» изготовить танк. Но это вовсе не значило, что попытки получить подобную боевую гусеничную машину до этого не предпринимались. В 1915 году инженер Гебель демонстрировал модель, передвигающуюся на вращающихся сферах. В натуре она должна была весить 550 т и нести 75-мм броню.

Примерно в то же время изобретатель Флеттнер успешно демонстрировал 4-колесную сухопутную торпеду, предназначенную для резки колючей проволоки, которая управлялась по проводам и оснащалась огнеметом.

Фирма «Орион» на базе своего сельскохозяйственного 3-колесного трактора изготовила 18- тонную боевую машину, а в 1916 году конструктор Г. Бремер создал полноразмерный макет бронированного четырехгусеничного военного экипажа, который он разработал на основе полугусеничного грузовика, заменив передние колеса гусеницами. Но все это были лишь эксперименты.

Однако вернемся к событииям последнего периода первой мировой войны. Летом 1917 года фирма «Бремерваген» передала в войска десяток первых танков A7V. Всего их было 20, в боях участвовало 17. Кроме того, немцы воспользовались 78 трофейными Мк IV и «уиппетами», что нередко приводило англичан в замешательство – они считали их своими, возвращавшимися после боя, и не обстреливали. На захваченных Мк IV немцы устанавливали 57-мм бельгийскую крепостную (казематную) пушку Норденфельда, обладавшую лучшими баллистическими характеристиками, нежели английская того же калибра, а вместо пулеметов «Льюис» ставили свои «Максимы» образца 1908 года.

Немцы несколько раз применяли танки на поле боя, но в мизерном количестве. Только один раз им сопутствовал успех – 24 апреля 1918 года под Виллер-Бретонне, когда при большом наступлении кайзеровских войск использовали 15 A7V и около 20 трофейных английских машин. Тогда 13 немецких танков повели в атаку 4 пехотные дивизии, которые и добились значительных результатов.

За время войны в Германии успели сформировать 8 танковых рот, но только 3 были оснащены отечественной техникой – по 5 машин.

Трофейный «Уиппет» немцам весьма понравился, и они задумали создать по его образцу собственные легкие танки. Этим занялся конструктор И. Фолльмер и в октябре 1918 года представил командованию два образца. Их отличительной особенностью было использование автомобильных агрегатов и кормовое расположение боевого отделения и отделения управления. Первый – LKI, весом 7 т, защищенный 14-мм броней, с 50-сильным двигателем – имел экипаж 3 человека, развивал скорость до 14 км/ч и имел пулемет во вращающейся башенке.

Второй, LKII, как и предыдущий, был создан на базе трактора «Даймлер», но весил 8,75 т, оснащался 55-сильным двигателем. Толщина брони и состав экипажа были, как у LKI, зато вооружение оказалось более внушительным – 57-мм пушка и (или) два пулемета в неподвижной кормовой рубке. Две такие машины прошли испытания, и военное ведомство выдало фирме «Даймлер» заказ сразу на 580 экземпляров, однако до конца войны не собрали ни одного. Фолльмер дорабатывал еще и LKIII, скомпонованный иначе – 57-мм пушка в башне спереди, а двигатель и трансмиссия в корме. В расчете на продолжение войны в 1919 году верховное командование заказало 1000 машин, но дальше этого дело не пошло.

Фирма «Крупп» предложила военным проект бронированной машины с широким поперечным щитом, установленным на корме, который должен был прикрывать от пуль идущую следом пехоту. Получив летом 1918 года заказ, фирма успела изготовить только прототип.

Отметим еде проект тяжелого трехбашенного танка фирмы «Обершлезин» и так называемый танк «К» («Колоссаль»), Последний заказали в декабре 1917 года. К заключению перемирия было почти закончено строительство двух таких гигантов боевой массой по 148 т (по другим данным – 165 т), длиной 13 м, с двумя авиационными двигателями «Даймлер» по 650 л.с., которые должны были обеспечить скорость 7,5 км/ч. Их вооружение состояло из четырех 77-мм пушек в бортовых спонсонах и семи пулеметов. Для их обслуживания потребовался экипаж из 22 – 27 человек. Бронирование достигало 30 мм. Обе машины, строившиеся под Берлином, были демонтированы по требованию победителей. Кстати, для облегчения перевозки на большое расстояние конструкторы предусмотрели разборку «К» на несколько секций и сборку танков на исходной позиции.

По условиям перемирия Германия обязывалась выдать победителям все танки, в том числе опытные, а по Версальскому мирному договору ей вообще запрещалось заниматься созданием подобной техники. Тем не менее, немцы тайно изготовили несколько LKII. Сравнительно недавно удалось установить, что и Венгрия, которой условиями Трианонского мирного договора также запрещалось иметь танки, тайно закупила 14 LKII – их привезли из Германии разобранными и в 1928 году собрали 5 машин.

…И все же остается непонятно, почему промышленность столь развитой страны, как Германия, не смогла снабдить кайзеровскую армию танками – разве можно считать 20 A7V сколько-нибудь значительной силой, способной оказать противодействие 7 тыс. танков Антанты?

Говорили, что немецкие танки оказались значительно дороже английских и французских «рено». Ссылались на то, что высококачественная сталь в основном шла на строительство подводных лодок.

Дадим слово премьер-министру Великобритании Д. Ллойд-Джорджу, так как ему, по-видимому, удалось разобраться в этой проблеме. В «Военных мемуарах» он писал, что танки могут быть неодолимыми, если оперируют в большом количестве и на подходящей местности. По-видимому, их бестолковое применение англичанами на Сомме и у Пашенделя и недостаточное развитие их успеха под Камбре создало у немцев ложное представление о возможностях нового оружия – оно не произвело должного впечатления на фактического руководителя кайзеровской армии с 1916 года Э. Людендорфа. Далее Ллойд-Джордж цитирует германского военного историка, генерала Г. фон Кюля, который уверял, что немецкая промышленность, безусловно, справилась бы с производством танков, если бы ей подобную задачу поставили достаточно определенно и своевременно. Но немецкие генералы (как и английские – походя отмечает Ллойд Джордж) находились во власти предрассудка и считали, что для достижения победы необходимы лишь миллионные армии. Однако в Великобритании все же нашлись светлые головы, которые, «несмотря на бешеные вопли штабных офицеров, настояли на сохранении в военно-промышленной системе полноценных людей, которые могли снабдить армию механическими средствами борьбы». В Германии же высококвалифицированных рабочих посылали в окопы. В решающем августе 1918 года на фронте находилось 4 млн. англичан, французов, американцев, но они имели 5646 самолетов против 4000 немецких и неоспоримое преимущество в танках.


Немецкий танк A7V









Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Добавить материал | Нашёл ошибку | Наверх