Загрузка...


Глава 5. Рассказ Незнакомки о себе

— Ты как-то коротко охарактеризовала целую эпоху, а о себе даже не рассказала. Все твое внимание на мне.

— Но я считала, что у нас с тобой есть общие интересы. У тебя все еще продолжается то состояние. Может быть, ты себя сладостно мучаешь?

— Нет, мне сейчас необыкновенно легко и радостно, и ощущение открытия, находки. Все хочу спросить, у тебя действительно золотистый цвет кожи, или мне кажется?

— Да, слегка золотистый.

— Непонятно.

— Я постоянно желанна тебе, и у тебя состояние восторга. Всю эту энергию от тебя я преобразую в творческую, и удивительно, ты в равновесии.

— Мне нужно управлять своей энергией. Научи.

— Ты будешь уметь только при мне. Не эту цель нужно ставить. Человеку многое дано, чтобы раскрыть все, развить, нужна общая гармония. У ваших ученых уже есть сложившиеся понятия, хотя они неглубоки. Например, релакс. Если коротко — это мышечное расслабление, которое вызывает восстановление тонуса организма. Более витиеватое объяснение можно найти у йогов или в философских школах Китая. Но все гораздо проще. У человека несколько энергоцентров, и на вашем уровне развития их управление автономно. Их энергоуровень низок. Человек в таком состоянии не может накопить энергию и передать. Даже у творчески одаренных людей энергия, насыщенная информацией (пси-энергия), не управляема. Поэтому основную роль в человеке играет распределение энергии в физиологических процессах. А накопление и выравнивание энергии между этими центрами происходит только в одном состоянии, о нем и идет речь. Если человек будет работать над собой, вызывая состояние душевного равновесия, тишины, простоты, то все чаще такое состояние появляется само. Этот процесс можно сравнить с маятником, который качаясь в разных плоскостях, всегда проходит в одной точке центра. Улови, зафиксируй эту точку. Специально тренируя себя, ты добиваешься сознательного управления. Тогда весь организм начинает принимать все больше и больше энергии и правильно ее распределяет. Энергия, информация — суть одной природы, мало кто из ученых сейчас это понимает. Информация и энергия в пространстве упакована в образы, по структуре похожие на объемные шестигранные соты. Работая над собой, ты привлекаешь к себе эти образы, и они постепенно встраиваются в твою суть. Образы многомерны, если основаны на твоих чувствах, поэтому свое развитие начинать надо с чувств, а здесь нужна дисциплина мышления.

Я агитирую тебя на трудную многолетнюю работу, зато результаты будут поразительны.

На такую работу нужно мужество. Мало кому удавалось пройти такой путь, ищут легкие пути, и все по той причине, что не верят в себя, считают, что привлекают божественное. Концентрация взгляда в себя должна быть полной.

— Я опять спросил не то, что хотел. Я хочу знать о тебе. Если не говоришь имя, расскажи о себе маленькой, как ты училась?

— У нас не так уж много времени, чтоб я могла тебе все рассказать, и беседа с тобой не совсем получается, как я хочу. Извини, но я буду краткой.

11 тысяч лет назад я родилась мальчиком в царстве Тарсиз. Моя мать умерла сразу после родов. Жизнь была коротка, и всю ее я страдал по матери. Она представлялась мне ласковым и кротким существом, как ангел, и все во мне бунтовало, что мы лишены друг друга. Отец был сильный, суровый, честный. Однажды я обратил внимание на кольцо. Кругом была роскошь, все изысканное, утонченной работы, а кольцо кованое. На нем была маленькая цепочка, которая кончалась кусочком базальта. Кольцо было выполнено грубо, но когда я внимательно рассмотрел, то увидел очень тонкую работу, была лишь видимость грубоватой поделки.

Работа делалась тщательно, и в этом был какой-то глубокий смысл.

Однажды, когда отец отдыхал, я спросил его о кольце. Он странно на меня посмотрел, оценивая, насколько глубок мой интерес. Пошел со мной гулять к морю, полюбовался видом моря и не спеша рассказал мне все, что знал… Цель Прометея овладела мной с такой силой, что не покидала меня никогда. Мне снились сны, где я собирал огоньки в один огромный огонь, который освещал всю землю.

Судьба сложилась так, что я стал мореплавателем. Где бы я ни был, всегда мы выходили победителями, и обо мне говорили, что боги следуют за мной. Я же считал иначе: богам следовал я. Отец всегда восхищался моим умением ориентироваться в ситуации и принять единственно правильное решение. Он говорил, что у меня ум воина, надо полагаться на это, а не на богов.

Однажды мы попали в гигантскую воронку, и течение вынесло нас к вулканическому острову. Почти все погибли и я в их числе. Видимо, боги покинули нас. Но моряки все время искали меня, и шла молва, что я где-то рядом, просто в длительном плавании.

Меня не покидала идея священного огня, и я скиталась, не зная, как ее воплотить. Мой дух превратился в дух странствий, и носило меня по всей Европе. Я пережила еще много жизней на Земле, но все они были неудачны.

К сожалению, дух удерживается за счет тех людей, которых оставил на Земле, и реализует те качества, которые приобрел на Земле. Жизни те были коротки, и мне всегда не хватало смирения и знаний. Каждый раз надежда сменялась другой надеждой.

Однажды я увидела, что в одной части Земли происходят значимые движения. К тому времени я получила больше свободы и с трепетом ожидала возможности воплотиться.

Я встретила людей, близких по тому миру реальностей, о котором мы с тобой говорили. Они восхищали меня многим. К этому времени мои будущие отец и мать приняли решение зачать ребенка. Мой брат от другой жены отца покинул их, поскольку возникла необходимость восстановить царство между двух рек и Аральским морем. Шаман одобрил такое намерение и сообщил, что время пришло.

Я видела, как готовятся к большому празднику. Был поставлен яркий шатер, в середине стоял шест, украшенный венками. В шатер привели мою мать, затем отца, принесли пищу, чашу напитка из меда и хмеля и большую чашу козьего молока. Женщины и мужчины водили хороводы вокруг их шатра. Пели песни, а вечером жгли костры, ходили по углям, прыгали через огонь. Веселье было в разгаре. Отец с мамой выходили два раза к реке и резвились в воде, как дети. Праздник перекинулся в другие становища. Было весело, друг друга поздравляли, даже не зная, в честь чего они празднуют. Когда же узнавали, то веселье разгоралось с удвоенной силой. Люди праздновали приход любви, как явление животворящей силы, как утверждение счастья.

На десятый день шаман сообщил, что родится девочка. Я была очень нетерпелива, так и не справилась со своей порывистостью, мать родила меня семимесячную. Я упоминала тебе о своем детстве, но рассказывать не хотела, поскольку радости чересчур мало. Мне не хотелось быть девочкой, а приходилось ею быть. Мне не везло в любви, а хотелось прихода этого чувства. Хотелось, чтобы меня любили как девушку, а не как человека или воина.

Отец был веселый, он любил жизнь, любил всех, но заставлял меня трудиться до изнеможения. Он верил шаману. Только сильная воля, только сильное тело могли спасти меня. Свободного времени было мало, а мне так интересен был этот народ. Здесь все было необычно: люди, их отношения, их мысли и желания. Я чувствовала, насколько они мне близки. Когда я физически окрепла и овладела единоборством, шаман сказал: «Дух взял в свои объятья тело, надо позаботиться об уме».

У меня были долгие беседы с матерью и отцом, и я согласилась на поездку в Ассиз, к Каменному Поясу. Там была совсем другая жизнь. Моим наставником стал гиперборей, заменивший мне нашего шамана. Я впервые встретила голубоглазых гигантов, которые подарили мне понимание красоты. Первое потрясение от живописи и музыки живо до сих пор. Гиганты были очень малословны, но любили стихи и театр. Я впервые увидела такие мощные театральные представления, которые собирали толпы народа. Я прошла там школу эстетического воспитания, и на аттестации было принято решение продолжить мое обучение в Аркосе. Я была в отчаянии, но мне объяснили, что намахаться саблей еще успею. У меня была надежда: на днях должен состояться турнир, и если по всем видам буду первой, то мне предоставят самой решать свою судьбу. Я приложила все старания и умения.

Она заулыбалась, я спросил:

— Чему ты веселишься?

— Не надо видеть меня голым китайцем, прыгающим на всех и проламывающим головой стену. Не удивляйся, кроме этого образа, у тебя никаких мыслей…

Победа мне не помогла. Отец воспитал во мне послушание. Итак, с нерешенной дилеммой я оказалась в Аркосе. Там меня встретили яйцеголовые гипербореи, очень малословные, которые при первых встречах сказали мне по нескольку слов, но у меня осталось впечатление больших диалогов. В недоумении прошло несколько дней. Я поняла, что попала в другой мир. Все было молчаливо и проникнуто удивительным ощущением содержания и каким-то состоянием перспективы. Это было до того необычно, что во мне зрело желание понять.

Здесь я узнала об информации и энергии, об их различных уровнях. Я узнала, что такое внутренний мир, впервые столкнулась с вопросом внутренней свободы, неразрывно связанной с космической этикой и высоким уровнем энергии. Веселиться и развлекаться я тоже успевала. Многочисленные ученики жили своим особым, юношеским миром, смеялись, хулиганили.

Но постепенно все мы были подготовлены к напряженнейшей внутренней работе, которая нас поглотила полностью! Увлекательно было видеть картины далеких миров, братьев по разуму. Нам интересна была жизнь красоты. Я понимала ее как результат какой-то деятельности. Красота же была сама по себе в двух ипостасях: внутри сути человека, как космический закон, и во внешнем мире, как свойство природы, ее разнообразные качества.

Нас научили познавать динамику и перспективу, мы научились видеть будущее. Я не заметила, как в сильном напряжении проскочил десяток лет. На аттестации мой учитель продемонстрировал мои работы, и после общения с комиссией было сделано заключение, что мое сознание подготовлено к планетарности, и принято решение отправить меня в Аркаим. Я дала согласие, но в пути, который был долог, увидела возможные события на юго-западе, там появился завоеватель Кир. Удержаться не могла, мой порыв опередил меня. В родные края я прибыла как раз к решающим событиям: война.

Одного за другим кровожадных завоевателей мы останавливали. Последнее, в чем я принимала участие, был Весенний Поток в Европу. Ромеев мы остановили, но угроза проникновения к нам зла оставалась. Мне отвели одну из главных ролей. Наш успех был полным и я решила не прекращать поход на запад. Молва об этом полетела со скоростью стрелы. Наше войско увеличивалось в числе, свободно распространялось по долинам и лесам Европы. Мы были налегке, веселы, и это больше напоминало прогулку, что значительно устрашило наших врагов. Встречали нас со страхом, а провожали с сожалением. Мы приносили с собой свободу и оставляли народам надежду. Моя гибель была такой неожиданностью, что поход прекратился и войско стало распадаться. Кое-кто пошел дальше, кто-то остался на этих землях. Другие вернулись и, поскольку в них был еще силен боевой дух, они решили искать Армагеддон.

— Но ты любила кого-нибудь?

— Нет, совсем не хватало времени. А может быть, боги ограждали меня от этого испытания.

— Расскажи мне о своих следующих жизнях.

— Их не было, а есть одна до сего времени. Если от вас нет поддержки, т. е. подпитки энергией, то многие переходят в Небытие и теряют свой образ. В таком состоянии души могут находиться значительно долго. Я не могу в подробностях тебе все рассказать. Сознание должно быть готово к восприятию и обработке определенной информации. И потом, гораздо важнее поговорить сейчас о тебе.

— Но это же совсем неинтересно. Живет такой неудачник, и вдруг встреча с тобой. Вот и все.

— А мне интересно разобраться.

— В чем же?

— В тебе нет зависти, нет жадности. Ты прост, но иногда прикидываешься простачком. Ты мечтателен, но бездеятелен. В тебе есть порыв, но ты гасишь его. В тебе есть совесть, но ты заменяешь ее рассудительностью. В тебе есть чувства, но ты стараешься заменить их разумом. В тебе мир иллюзий очень тонок, но очень тверд. Вобщем ты производишь впечатление замороженного. Шаман про тебя сказал бы: «Его коснулось дыхание Моора».

— А, это тот божок? А не связано ли его имя с моралью?

— Слово, рождаясь, имеет свою жизнь. Оно кочует из народа в народ, приобретает смысловые изменения, фонетические искажения, но основной образ оно может не потерять. Так и здесь.

Когда-то этот божок заковывал дух в камень, а теперь вместо него общество из-за своего уродливого развития заточает ваши души в бездарно скроенный смокинг, который вы называете моралью. У вас мораль не формируется естественным путем, не живет самостоятельной жизнью, как среди моих соплеменников. Вам мораль навязывается идеологией, государством. Пущены в ход все возможные социальные и психологические средства. Зачастую писатели и поэты не понимают, что создают. Можно только воскликнуть: «Боже, они не ведают, что творят!»

В народе, где есть свобода, мораль — сестра ее. В народе, где рабство, она только служанка. Государство, ставшее на путь ограничения свобод, что бы ни делало для улучшения жизни, всегда будет делать одно — ограничивать свободу. И так будет до тех пор, пока это государство не прогниет на всю глубину, если конечно, народ не взбунтуется. Но бунт рабов — это бесконечная сказка о свержении власти дракона.

— Мне бы не хотелось говорить о свободе, пожалуйста.

— Больное место? Но я буду сопровождать лаской.

— О, нет-нет, я впадаю в такое состояние, что не хочется соображать.

— А может быть тебе неинтересно?

— Я не успеваю за твоей мыслью, и ты подтруниваешь надо мной. Это нечестно.

Она весело рассмеялась:

— Однако вопросами так и сыпешь.

— Ну, умишко мой лихорадит и меня бросает в разные стороны. Я боюсь, что наше свидание может закончиться в любую минуту. Понимаю тебя. Один дурак может задать десять вопросов десяти мудрецам и те не смогут ответить ни на один из этих вопросов не оттого, что не знают, а… как ответить, чтоб дурак понял?

— Ты дурачок, а не дурак. Поговорим о морали, это же конкретно.

— Пожалуй.









Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Добавить материал | Нашёл ошибку | Наверх