ГЛАВА ДЕВЯТАЯ.

К вопросу о программе криминально-психологического исследования.

Когда современный законодатель или судья назначает наказание на известный срок, этот срок принимается ими, в значительной мере, касательно. Почему 3 года, а не 2 или не 1, почему 8, а не 5 лет ит. д.? На этот вопрос в настоящее время достаточно полно мотивированного ответа дать нельзя, потому что нет таких из опыта почерпнутых данных, которыми можно было бы мотивировать выбор одного срока предпочтительно перед другим. И часто при этом, сами того не замечая, люди сбиваются на путь принципа возмездия и стараются выбрать такое наказание, которого данное преступление стоит с точки зрения принципа возмездия. Такое положение вещей неизбежно будет продолжаться до тех пор, пока не будет накоплено достаточное количество криминально-психологических знаний и пока криминально-психологическое исследование не займет подобающего ему места в сфере уголовной юстиции. Необходимо принять все меры к тому, чтобы обеспечить развитие криминально-психологических знаний и их проникновение в уголовно-судебную, уголовно-розыскную и пенитенциарную практику. Без этого и наши карательные учреждения никогда не смогут превратиться в различные социальные клиники, предназначенные для носителей разных криминальных типов. Для каждого из этих типов необходима своя особая пенитенциарно-воспитательная система, в основу которой должно быть положено' знание их особенностей, и планомерное наблюдение за действием на них различных мер.

В настоящее время в приговорах, которые поступают из судов в пенитенциарные учреждения, не содержится данных о личности преступника, или содержатся данные малоговорящие, очень скудные, и, пока на суде нет надлежащего криминально-психологического исследования преступников, достаточно полных данных и не может быть. А, между тем, суд и пенитенциарные учреждения выполняют части одной общей работы, и очень желательно, чтобы то, что судья нашел криминогенного в личности виновного, было сообщено пенитенциарному деятелю, который сам не располагает теми сведениями об отношениях преступника к другим людям, которые раскрылись на суде и могут иметь очень важное значение с пенитенциарно-воспитательской точки зрения. Пенитенциарный деятель имеет перед собою преступника, взятого из той среды, в которой он жил, и поставленного в новые условия, в которых многие его свойства могут быть на долгий срок скрыты. Необходимо возможно сблизить и согласовать работу судов и пенитенциарных учреждений, чтобы сведения, добытые о личности преступников судами, могли послужить точкой отправления для пенитенциарно-воспитательской работы. Но без ясного общего представления о преступном типе и без классификации преступных типов нельзя вести изучения отдельных преступников. Это- необходимые инструменты для такой работы.

Из сделанных выше общих замечаний и из приведенных описаний различных криминальных типов ясны громадное жизненное значение криминально – психологического изучения и главная задача, которую оно себе ставит. Оно стремится, путем анализа фактов, вылущить, если так можно выразиться, те элементы психической конституции, которые образуют как бы особое криминогенное ядро в личности преступника, рассмотреть составные элементы этого ядра, чтобы можно было потом решить, как и какими мерами на него можно действовать. У экзогенных преступников это ядро слагается из признаков недоразвития или слабости таких комплексов, из которых родятся импульсы, задерживающие рост стремления к преступлению. Криминально-психологическое исследование этих преступников имеет своей задачей обнаружить все те черты личности, от которых зависит ее пониженная сопротивляемость внешним влияниям, толкающим на преступный путь, осветить с различных сторон эти дефекты личности и возможно полнее выяснить степень ее недоразвития или ослабленное™ в известных отношениях. У эндогенных преступников криминогенные элементы являются в виде предрасположения к 'известному преступлению. Это предрасположение представляет собою склонность к достижению известных целей способами, обнимающими, как одну из своих форм, данное преступление, или способами, сходными с этим преступлением, подготовляющими или адоптирующими к нему. Криминально-психологическое исследование этих преступников должно раскрыть их предрасположение к преступлению, выяснить содержание этой склонности и ее силу.

Программа криминально-психологического исследования определяется указанными задачами его. Она распадается на три части: 1) изучение совершенного субъектом преступления или преступлений, если субъект неоднократно развивал преступную деятельность; 2) изучение прошлого субъекта; 3) изучение его настоящего состояния, криминогенных элементов его психической конституции.

Криминалист – психолог должен, прежде всего, внимательно ознакомиться с преступлением данного субъекта по всем судебным, следственным и иным материалам, которые только он сможет получить в свое распоряжение. Он должен стараться с возможной полнотой уяснить себе те мотивы, которые проявились в деянии виновного, чтобы потом установить, – на основании всей совокупности сведений, добытых им относительно личности преступника, – те свойства личности, из которых родились эти мотивы и удельный вес последних в психической жизни субъекта.

Изучение прошлого субъекта должно начинаться с собирания сведений о родителях и вообще, о предках преступника, чтобы выяснить, какие задатки получены данным субъектом в наследство от предков и какова была та атмосфера, в которой складывался его характер и вырастали его взгляды. Взаимные отношения родителей и детей, общий дух симпатии и дружбы, или вражды и постоянных ссор, который царил в семье и создавал атмосферу, благоприятную для развития альтруистических или антиальтруистических чувств; болезни и алкоголизм родителей также должны быть предметом серьезного внимания. Если преступник воспитывался не в родной семье, то необходимо выяснить строй жизни и ту атмосферу, которые господствовали в семье, где данный субъект получил воспитание. Необходимо отметить также отношение субъекта к его детству и отрочеству, характер воспоминаний, сохранившихся у него об этих периодах жизни, и те факты, которые могли наложить свою печать на его характер, например, сильный испуг во время пожара, падение с высот и т. п. При этом, выясняя условия, в которых с детства складывался характер субъекта, надо особенно следить за развитием тех именно свойств личности, которые особенно ярко выразились в ее преступной деятельности, за проявлением зародышей этих свойств и за условиями, благоприятствовавшими их развитию.

Стараясь выяснить все криминогенные элементы конституции преступника, криминалист-психолог должен обследовать и интеллектуальную, и эмоциональную, и волевую сферу личности с тех именно сторон, которые имеют существенное значение для возникновения и осуществления решения совершить данное преступление. Он должен постараться выяснить, прежде всего, круг общих жизненных целей изучаемой личности. Под общими целями я разумею такие, которые заключаются в достижении известного более или менее длительного и постоянного состояния или положения личности, или известной части внешней для личности среды. Таковы, напр., определенное служебное, семейное, социальное, имущественное положение личности, известное состояние государства, общества, какого-либо учреждения, предприятия и т. д. Общая цель всегда обнимает множество частных, конкретных целей, служит основанием для оценки и выбора последних и через них получает свое практическое осуществление. У каждого человека есть круг целей, которые являются главными, направляющими, или, так сказать, дирижирующими его поведением целями. Будут ли они заключаться в том, чтобы устроить или довести до известной степени совершенства определенное дело, сделать известную карьеру, добыть себе определенное семейное положение, добиться известности и славы, или просто в том, чтобы проводить жизнь в известных чувственных удовольствиях, в кутежах или любовных интригах и т. п., все равно, те или иные господствующие цели есть у каждого человека и образуют круг практических двигателей его поведения. На них он опирается, решая, в отдельных случаях, что ему делать и от чего ему следует воздерживаться Узнать эти цели – значит проникнуть в тайники той лаборатории, в которой вырабатываются решения человека, проявляющиеся в его поведении. Но не у каждой личности господствующие цели носят характер общих целей, в указанном выше смысле. К сожалению, есть много людей, которые живут изо дня в день и господствующие цели которых состоят из постоянно возобновляющихся частных целей, исчерпывающихся удовлетворением на ближайшее время отдельных потребностей. Если у преступника есть цели общего характера, их необходимо, прежде всего, установить. Выяснив круг этих общих жизненных целей преступника, криминалист-психолог должен посмотреть, какая связь существует между ними и совершенным данным субъектом преступлением и на почве каких свойств личности выросли и утвердились те из этих целей, которые так или иначе связаны с преступною деятельностью данного лица. Он должен посмотреть, насколько субъект располагает взглядами, суждениями и понятиями, необходимыми для достаточно полной оценки этого преступления и понимания его последствий. Так как это зависит от общего состояния интеллектуальной сферы, от степени ума и умственного развития субъекта, то на них должно быть, несомненно, обращено внимание: точность и полнота восприятий, или, напротив, их неточность, неполнота пли иллюзорность; память, воображение, обилие доли недостаток ассоциаций для объяснения и понимания явлений природы, а также явлений нравственного и социального мира, степень и характер эмоциональной окраски мышления, степень развития комбинаторных способностей имеют очень важное значение. Запас знаний, почерпнутых из школы и чтения, наличность или отсутствие умственных интересов и их устойчивость также должны быть отмечены, поскольку это проливает свет на то, с какого рода идеями подходит субъект к той сфере отношений, в плоскости которых лежит совершенное им преступление. Затем, общий склад характера субъекта, преобладающие в нем наклонности и их отношение к проявившимся в преступлении склонностям, степень возбудимости у субъекта альтруистических и антиальтруистических чувств, ясность и твердость принимаемых им решений, его самостоятельность или податливость внушению, – все это необходимо выяснить. Важным подспорьем при этом выяснении могут служить анализ взаимных отношений соучастников и то, что они сообщают о жизни и личности друг друга и о своих отношениях.

С помощью всех указанных выше исследований надо выяснить: 1) общее отношение субъекта к своей жизни, его миросозерцание, наличность или отсутствие у него какого-либо плана или идеала жизни и каких-либо общих целей, могущих удалять его от преступного пути или влечь на последний, наличность или отсутствие у него определенной оценки преступления; 2) те чувства, которые преобладают в его личных отношениях к другим людям – доброта, злобность, раздражительность, участливость, бессердечие и т. д.; 3) его отношение к труду и к трудовой жизни. При исследовании виновников посягательств на личность особенное значение имеет исследование их склонностей к тем или иным личным отношениям, а при исследовании имущественных преступников, – их отношение к трудовой жизни и к трудовому и нетрудовому приобретению имущества.

То исследование, программа которого в общих чертах изложена в настоящей книге, представляется совершенно новым. В будущем криминальная психология установит еще многие десятки криминальных типов и укажет точные признаки для распознавания всех их в отдельных случаях. Ее классификация разрастется, методы расширятся, дополнятся многими новыми, уточнятся. Но автор глубоко убежден, что изложенные в настоящей книге основы исследования останутся не поколебленными.







Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Добавить материал | Нашёл ошибку | Наверх