Ловушка внутренней агрессивности

Вряд ли многие из нас имеют желание то и дело конфликтовать с близкими людьми или с коллегами по работе. Тем не менее, очень часто, несмотря на неоднократно даваемые себе обещания, мы в очередной раз срываемся, о чем впоследствии привычно жалеем. Причина такого поведения заключается в том, что человек, помимо своей воли, попадается в ловушку внутренней агрессивности.

Природная внутренняя агрессивность свойственна человеку так же, как она свойственна животным. Внутренняя агрессивность постепенно накапливается и время от времени требует разрядки вовне.

Чтобы лучше понять, как и почему возникают конфликты не только между близкими людьми, особенно живущими под одной крышей, но и вообще между людьми, следует познакомиться с некоторыми понятиями этологии — науки об инстинктивном поведении животных и человека, как биологического вида.

Человек — животное стайное, подчиняющееся врожденным инстинктивным программам поведения, в частности, иерархическому инстинкту. Иерархический инстинкт подсказывает особи, каким образом она должна действовать, чтобы занять определенную нишу в стае (или в обществе). Для стайного животного необходимо уметь отличать особь более высокого ранга, чем у него, чтобы демонстрировать ей знаки подчинения, избегая, таким образом, схватки, которую он заведомо проиграет. Для него также важно четко определять особей более низкого ранга, чтобы, при необходимости, отнимать у них пищу или прогонять их с приглянувшегося места.

Иерархический инстинкт самым тесным образом связан с агрессивностью. Проявляя агрессивность, особь борется за место на иерархической лестнице, за территорию, за самку или за пищу.

Обычно под агрессией мы понимаем нападение. В этологии термин «агрессивность» имеет несколько другой смысл, в первую очередь связанный с эмоциональным состоянием. Агрессия не обязательно проявляется в нападении, но она всегда окрашена эмоциями злобы, ненависти или ярости, часто дополняемыми состоянием страха или тревоги.

Агрессивность возникает изнутри и если не находит разрядки, то постепенно накапливается. Исследования этологов показали, что при отсутствии раздражителей, позволяющих выплеснуть накапливающуюся агрессивность, потребность совершить агрессивный акт постоянно возрастает, и становится достаточно минимального повода, чтобы вызвать всплеск агрессивности несоразмерно большой по сравнению с вызвавшей его причиной.

В том случае, когда агрессивность по какой-то причине не может быть выплеснута вовне, она вынужденно направляется внутрь, начиная подтачивать и разрушать своего носителя.

Учеными был проведен следующий эксперимент: у самцов гориллы отобрали самок, с которыми они прожили какое-то время и перевели самок в клетки к другим самцам, так, чтобы лишенные подруг самцы могли наблюдать за счастливой семейной жизнью их более удачливых соперников.

Поскольку возможности добраться до соперников, чтобы сразиться с ними, потерявшие подруг самцы не имели, они были вынуждены направлять неизрасходованную агрессию внутрь. Через несколько недель у всех испытуемых самцов обнаружилась язва желудка.

Следствием негативного действия направленной внутрь агрессивности становятся как различные психосоматические заболевания типа повышенного давления или язвы желудка, так и склонность к чрезмерному риску, экстремальным видам деятельности или спорта, в которых человек подвергает серьезной опасности свою собственную жизнь.

Типичным примером попадания в ловушку внутренней агрессивности, в значительной степени направленной на самого себя, является Владимир Высоцкий. Агрессивность, направленная как вовнутрь, так и вовне, отражается в подавляющем большинстве его песен. Огромная популярность творчества Высоцкого в народе отчасти связана именно с этим феноменом: отождествляясь с героями его песен, подпевая ему, люди отчасти «разряжались», избавляясь от излишков агрессивности.

Агрессивность, направленная внутрь, в частности, четко просматривается в его знаменитой песне «Кони привередливые»:

Вдоль обрыва, по-над пропастью
По самому, по краю
Я коней своих нагайкою
Стегаю, погоняю.
Что-то воздуху мне мало,
Ветер пью, туман глотаю,
Чую с гибельным восторгом:
Пропадаю, пропадаю...
Чуть помедленнее, кони,
Чуть помедленнее,
Умоляю вас вскачь не лететь.
Но что-то кони мне попались привередливые
И дожить не успеть,
Мне допеть не успеть.
Я коней напою,
Я куплет допою,
Хоть немного еще постою не краю...

В данном случае летящие вскачь привередливые кони — символическое отображение разрывающих певца агрессивных импульсов и эмоций, с которым он не может справиться, и которые, своим накалом, тем не менее, доставляют ему своеобразное удовольствие балансирования на грани жизни и смерти. Такое же примерно удовольствие ощущается при бешеной скачке на повозке, запряженной конями, которая может в любое мгновение свалиться в пропасть.

В приведенных ниже строчках отражается определяемое направленной внутрь агрессивностью стремление поэта к самоуничтожению:

Я однажды умру,
Мы когда-нибудь все умираем.
Как бы так угадать, чтоб не сам,
Чтобы в спину ножом...

Сюжет песни развивается следующим образом. Герой песни, как он и хотел, умирает от удара ножом в спину, приходит к райским воротам, выясняет, что для входа в рай необходимо выстоять большую очередь (отголоски бесконечных очередей времен Советского Союза), зато в раю есть совершенно замечательные райские яблоки (дефицитный товар, опять-таки отголоски времен Советского Союза), которые просто так получить не удастся, а каждому, кто попытается их украсть, сторожа без промаха влепят пулю в лоб.

Несмотря на ожидающее его за это наказание, герой песни ворует-таки райские яблоки и его, как и следует ожидать, убивают без промаха в лоб.

Получается, что спровоцировать свою смерть от удара ножом герою песни кажется мало — после смерти он снова воскресает и изыскивает способ второй раз покончить с собой чужими руками, сознательно совершив деяние, за которое его должны убить.

Если бы Высоцкий написал логическое продолжение этой и без того достаточно длинной песни, наверняка ее герой то и дело воскресал бы после смерти, а затем находил очередной предлог для того, чтобы его убили.

Песня о райских яблоках написана очень талантливо и действительно, как говорится «берет за душу». Любопытно, что когда случаешь ее, в голову не приходят изложенные выше рассуждения. Песня построена таким любопытным образом, что помимо попадания в ловушку внутренней агрессивности, слушатель, как правило, попадается и в ловушку иллюзорной справедливости.

Тот факт, что некто «пришедший с улицы» на небеса не имеет возможности отведать райских яблок, вызывает справедливое возмущение, достаточно типичное для русского менталитета и основанное на излюбленной идее «взять все и поделить» или «забрать у богатых и отдать бедным». На эмоциональном уровне герой песни воспринимается, как борец за справедливость, готовый умереть (и умирающий) за идею. По крайней мере, так он воспринимался в советскую эпоху, когда готовность умереть за идею рассматривалась как признак героизма и считалась заслуживающей восхищения.

В действительности, если как следует задуматься, герой песни не слишком привлекательный тип с криминальными наклонностями и стремлением к самоуничтожению, не способный наладить свою жизнь на земле, который и после прихода на небеса первым делом полез в криминал, за что, соответственно и поплатился. Однако склонность людей попадаться в психологические ловушки (песня дополнительно таит в себе еще и внешнюю психологическую ловушку эмоционального воздействия) приводит к тому, что герой песни вызывает неизменную симпатию.

Направленная внутрь агрессивность разрушила здоровье Высоцкого, в частности, стала причиной его хронического алкоголизма. Склонность ставить себя в опасные для жизни ситуации приводила к получению серьезных травм. В итоге Высоцкий умер в сорокалетнем возрасте, по сути, целенаправленно разрушив сам себя.

Конрад Лоренц описал весьма любопытный эксперимент. В аквариум к семейной паре небольших рыбок цихлид подсаживали третью цихлиду. Пара сразу же начинала проявлять агрессию по отношению к чужаку, поддерживая между собой прекрасные отношения. После того, как чужака убирали из аквариума, самец через некоторое время начинал нападать на самку.

Если в аквариум, разделенный пополам прозрачным стеклом, поселяли две семейные пары цихлид, рыбки из каждой семьи проявляли агрессию по отношению к чужакам, находящимся за стеклом, но великолепно ладили между собой. Но как только разделяющее рыбок стекло заменяли на непрозрачное, в обеих семьях начинались конфликты — накапливающаяся внутренняя агрессивность требовала выхода.

Нечто подобное происходит и в человеческих семьях. Когда семья объединяется для борьбы с общим врагом или с трудными обстоятельствами, в ней царит согласие. Если же семья «замыкается на себе», не имеет общей цели, за которую сообща борется, в ней начинаются разлады и взаимные претензии.

Когда мужчина работает, а женщина занимается домом, мужчина имеет возможность сбросить избыток агрессивности в процессе трудовой деятельности или в общении с коллегами. Возвращаясь домой, он, как правило, хочет покоя, любви и уюта, чтобы иметь возможность расслабиться и полежать с газетой у телевизора.

Женщина, весь день практически «варившаяся в собственном соку» имеет нерастраченный запас внутренней агрессивности, о которой она обычно даже не отдает себе отчет. Именно эта накопившаяся агрессивность заставляет женщину «пилить» мужа, указывать ему на какие-то его недостатки, требовать, чтобы он что-то немедленно сделал, убрал или починил, оставлять за собой последнее слово в ею же начинаемых спорах и т.д. Если же и муж возвращается домой с нерастраченным запасом накопившейся агрессивности, шекспировский накал страстей почти наверняка обеспечен.

По своей природе мужчина более агрессивен, а женщина более конфликтна. Накапливающаяся внутренняя агрессивность помимо воли подталкивает женщину к инициированию и поддержанию конфликта, что увеличивает агрессивность мужчины.

Попадаясь в ловушку внутренней агрессивности, люди теряют возможность четко осознавать и контролировать свои действия, и совершают поступки, которые впоследствии оборачиваются неприятными для них последствиями. Речь в данном случае не идет об убийствах в состоянии аффекта, хотя они тоже связаны с попаданием в ловушку внутренней агрессивности.

Незначительные, но регулярные мелочные придирки, связанные не столько с реальными проступками близкого человека, сколько с потребностью выплеснуть на кого-то накопившуюся внутреннюю агрессивность медленно, но верно подтачивают отношения между близкими людьми и рано или поздно могут привести их к краху.

Контрприемом является осознание наличия внутренней агрессивности, отслеживание своих агрессивных порывов и контроль над собственной агрессивностью.

Полностью избавиться от агрессивности невозможно, но можно научиться контролировать свою агрессию и направлять ее таким образом, чтобы наносить минимальный ущерб как близким людям, так и самим себе. Более того, в некоторых случаях, например, при выполнении физической работы, целенаправленное расходование накопившейся внутренней агрессивности может сделать ваш труд значительно более эффективным.

Один из методов снижения агрессивности основывается на том факте, что повышение агрессивности, в частности, является следствием снижения уровня нейромедиатора серотонина, так называемого «гормона счастья», связанного с ощущением общего удовлетворения и радости жизни. Каждый, наверняка, из своего собственного жизненного опыта, знает, что счастливый человек отличается значительно большей доброжелательностью и открытостью, чем люди, недовольные собой и жизнью. Отрабатывая методики саморегуляции, позволяющие контролировать собственные эмоциональные состояния и повышать способность наслаждаться жизнью (что связано с повышением выделения в организме серотонина), человек получает возможность значительно снижать напряжение, вызываемое неизрасходованной внутренней агрессивностью.

Техники управления внутренней агрессивностью и эмоциональными состояниями описаны в наших книгах «Формулы счастья» и «Игра под названием жизнь».







Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Добавить материал | Нашёл ошибку | Наверх