Операция "Бродский".

Рассмотрим механизм формирования диссидентского движения на примере дела Иосифа Бродского. По своей внешней бессмысленности это дело кажется выдающимся. С фактической стороны оно освещено в статье Якова Гордина, друга Бродского /8/. Иосиф Александрович Бродский (1938 года рождения) имел нестандартный жизненный путь.

"Окончив семилетку, он работал на заводе, потом кочегаром в котельной (в отличие от нынешних времен это была настоящая кочегарская работа), санитаром в морге, коллектором в геологических экспедициях" /8/. В1958 году начал сочинять стихи. "При всем желании в них невозможно было вычитать никакой антисоветской агитации" /8/. С 1959 года Бродский выступает публично с чтением своих стихов. "Картавость, некоторая невнятность произношения, интонационное однообразие зачина забывались немедленно… Чтение Бродским своих стихов было жизнью в стихе" /8/.

Ничего особенного не происходило. И вдруг в конце 1963 г. появляются две статьи в газетах, направленные против Бродского, по приговору суда его отправляют в ссылку как тунеядца. Возьмем отдельные высказывания Гордина о Бродском /8/:

"Люди разного масштаба и противоречивых устремлений они самым фактом своего существования угрожали тому, что мы сегодня называем "бюрократическим социализмом". Духовные и административные отцы города ощущали несовместимость с собой этих непривычных стихов, которые казались особенно опасными из за личности автора. Позже Иосиф обозначил этот неполитический аспект проблемы: "Поэт наживает себе неприятности в силу своего лингвистического и, стало быть, психологического превосходства, а не по политическим причинам. Песнь есть форма лингвистического неповиновения"." В1963 году произошли известные встречи Хрущева с интеллигенцией, на которых интеллигенции было указано ее место. В этой ситуации ленинградские власти решили "очистить город".

Весь этот набор цитат, "объясняющих" дело Бродского не нуждается в комментариях. В них, несмотря на уважение к автору /8/, вряд ли кто-нибудь может увидеть реальный смысл.

Примечателен и ход самого дела. 29 ноября 1963 г. в газете "Вечерний Ленинград" появился фельетон "Окололитературный трутень", где говорилось о том, что надо перестать нянчиться с окололитературным тунеядцем. 8 января был опубликован еще один материал "Тунеядцам не место в нашем городе". 13 февраля 1964 г. Бродского арестовали, а уже 18 февраля началось слушание его дела по обвинению в злостном тунеядстве. Иосиф Александрович Бродский был направлен на психиатрическую экспертизу, после которой 13 марта состоялся второй суд. В ряде отношений публичное разбирательство носило пародийный характер. Приведем некоторые выдержки из выступлений свидетелей (Логунова, Николаева, Ромашевой) /8/:

"Логунов {заместитель директора Эрмитажа по хозяйственной части): С Бродским я лично не знаком. Впервые я его встретил здесь, в суде. Так жить, как живет Бродский, больше нельзя. Я не позавидовал бы родителям, у которых такой сын.

Николаев (пенсионер): Я лично с Бродским не знаком. Я хочу сказать, что знаю о нем три года по тому тлетворному влиянию, которое он оказывает на своих сверстников. Я отец. Я на своем примере убедился, как тяжело иметь такого сына, который не работает. Я у моего сына однажды видел стихи Бродского. Слушая Бродского, я узнавал своего сына. Мой сын тоже говорил,, что считает себя гением. Он, как Бродский, не хочет работать.

Ромашова (преподавательница марксизма-ленинизма в училище имени Мухиной): Я лично Бродского не знаю. Но его так называемая деятельность мне известна. Пушкин говорил, что талант – это прежде всего труд. А Бродский? Разве он трудится? Разве он работает над тем, чтобы сделать свои стихи понятными народу? Меня удивляет, что мои коллеги создают такой ореол вокруг него. Ведь это только в Советском Союзе может быть, чтобы суд так доброжелательно говорил с поэтом, так по-товарищески советовал ему учиться. Я как секретарь партийной организации училища имени Мухиной могу сказать, что он плохо влияет на молодежь.

Адвокат: Вы когда-нибудь видели Бродского?

Ромашова: Никогда. Но так называемая деятельность Бродского позволяет мне судить о нем.

Судья: А факты вы можете какие-нибудь привести?

Ромашова: Я как воспитательница молодежи знаю отзывы молодежи о стихах Бродского.

Адвокат: А сами вы знакомы со стихами Бродского?

Ромашова: Знакома. Это у-жас. Не считаю возможным их повторять".

Приведем также некоторые аргументы защиты:

"Наша задача – установить, является ли Бродский тунеядцем, живущим на нетрудовые доходы, ведущим паразитический образ жизни.

Бродский – поэт-переводчик, вкладывающий свой труд по переводу поэтов братских республик, стран народной демократии в дело борьбы за мир. Он не пьяница, не аморальный человек, не стяжатель. Его упрекают в том, что он мало получал гонорара, следовательно и не работал. (Адвокат дает справку о специфике литературного труда, порядке оплаты. Говорит об огромной затрате труда при переводах, о необходимости изучения иностранных языков, творчества переводимых поэтов. О том, что не все представленные работы принимаются и оплачиваются).

На что жил Бродский? Бродский жил с родителями, которые на время его становления как поэта поддерживали его.

Никаких нетрудовых источников существования у него не было. Жил скудно, чтобы иметь возможность заниматься любимым делом".

Это был настоящий спектакль, срежиссированный идеологами КПСС, и направленный на создание диссидентского движения в СССР. Выбрали человека, имеющего определенные литературные задатки. Тон был нарочито грубый и вызывающий, публикации в печати стали рекламой (антирекламой), делающей все происходящее известным массовому читателю. Это с одной стороны выводило Бродского в круг диссидентов, с другой – объединяло многих для отпора несправедливости, т. е. создавало в кругах интеллигенции оппозицию. Существовал и другой аспект. Об этом также говорится у Гордина /8/:

"И на том и на другом подробнейшие записи вела Фрида Абрамовна Вигдорова. Они распространялись "самиздатом", были изданы за рубежом, считались стенограммами, хотя на самом деле это вовсе не стенограммы: Фрида Вигдорова обладала феерическим даром, позволявшим ей фиксировать услышанные диалоги с непостижимой точностью, пожалуй, точнее, нежели стенографические отчеты, ибо аналитический ум, писательский талант и наблюдательность давали право Вигдоровой отсекать ненужные мелочи, фиксируя самое характерное, включая интонации собеседников".

В результате "эта запись, будучи вскоре переведена на многие европейские языки, привела мировую общественность в состояние шока" /8/.В конечном счете суд огласил приговор: сослать И. А. Бродского в отдаленную местность сроком на пять лет с применением обязательного труда. Бродский был сослан в Архангельскую область.

Почему же молодой человек, имевший (формально) семиклассное образование, обладавший определенными литературными способностями, ни с какого бока не причастный к политике, подвергся такому пародийному судилищу? Кому нужно было это высосанное из пальца дело? Ответ Гордина носит не менее пародийный характер:

"Несмотря на армию и флот они (т. е. правители государства) боялись Бродского и того культурного движения, которое он символизировал".

О дальнейших событиях /8/: "Эта почти необъяснимая для нормального сознания ненависть преследовала Иосифа и после того как он, просидевший в селе Норинском полтора года, пытавшийся по освобождении включиться в литературный процесс и не получивший такой возможности, вынужден был в семьдесят втором году уехать за границу".

Приведенные факты достаточно наглядно описывают механизмы действий идеологов и методы достижения своих целей в психологической войне против СССР.





 

Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Добавить материал | Нашёл ошибку | Наверх