Владимир Издебскйй на родине и за границей

1-4. Программа «Большого бала художников Тра/Вести/Манталъ 23 февраля 1923 года в пользу кассы взаимопомощи Союза русских художников» Зал Бюлье, авеню Обсерватории, 31

Обложка, титульный лист с рисунком Хуана Гриса, список участников, страни ца со стихотворениями Талины Издебской и Тристана Тцара

5. Страница журнала « Театр и жизнь» (1932, сентябрь-октябрь, №51) со статьей о Русской консерватории в Париже и портретом Брониславы Кстлан, будущей супруги Владимира Издебского (с 1959)


Задача этой статьи довольно проста. Как дочь известного русского скульптора Владимира Издебского (1882-1965), я хотела бы уточнить и добавить некоторые факты творческой биографии моего отца, скорректировав таким образом то, что было написано и опубликовано по этому поводу раньше.

Владимир Алексеевич Издебский родился в Киеве 22 мая 1882 года. Еще мальчиком он начал изучать скульптурное мастерство, занимаясь у частного преподавателя. С 1897 года он стал посещать художественную школу Maнылова в Одессе 1* . В сентябре того же года Издебский стал студентом-скульптором при одесском Обществе изящных искусств, где также учились впоследствии известные художники Б.Анисфельд, И.Бродский, А.Лаховский, П.Дульский, С.Сорин 2* . В 1902-1903 годах (по другим данным – в 1901-1903) Издебский продолжил изучение скульптуры в Королевской академии в Мюнхене у профессора фон Румана. В августе 1903 года он вернулся в Одессу, чтобы закончить курс обучения, что и было подтверждено дипломом в октябре 1904 года.

Во время погромов 18-22 ок тября 1905 года Издебский организовал гру ппы из студентов и строил вместе с ними защитные баррикады на пути погромщиков, что значительно уменьшило число жертв варварских нападений 3* . Издебский был арестован и заключен в тюрьму по политическому обвинению. После примерно годичного заключения художника выслали из Одессы. Издебский отправился в Европу и добрался до Мюнхена. Он также посетил Женеву, где встречался с основателем партии социалистов-революционеров Осипом Минором, который принял художника в члены эсеровской партии. Принадлежность к этой партии определила политические убеждения Издебского на много лет вперед, став такой же неотъемлемой стороной его личности, как и приверженность искусству. На мой взгляд, эти два интереса в жизни Издебского были взаимосвязаны. Возможно, что без успешного политического опыта художник не отважился бы на рискованный эксперимент по организации и проведению своих знаменитых «Салонов». Не говоря уже о том, что политическая высылка расширила художественные горизонты молодого мастера.

Из Мюнхена художник переехал в Париж, который впоследствии стал его вторым родным городом, где с перерывом в общей сложности около 6 лет Издебский прожил до 1940 года. В Париже Издебский посещал различные ателье-«академии» и арендовал студию 4* . Возможно, именно в это время он познакомился с Роденом, последователем которого себя считал. Роден позже рекомендовал французскому государству приобрести для музеев две работы Издебского.

Вернуться в Россию художнику разрешили только к концу 1908 года. Он продолжил выставляться в Одессе, а в 1909 году представил свои работы в Петербурге, на «Салоне» Сергея Маковского. При этом Издебский сохранил тесные связи с художественными кругами Парижа и Мюнхена. В январе 1909 года он стал одним из основателей группы «Neue Kunstlervereinigung» под руководством В. Кандинского. Именно в это время у Издебского возникает идея представить одесской публике последние направления в русском и европейском искусстве. В качестве образца он выбрал громадные ежегодные парижские выставки, в частности, Осенний салоп 5* .

Издебский рассчитывал, что крупный масштаб Салона позволит не только выявить и сопоставить различные тенденции в современном искусстве, но и поднять авторитет художников-модернистов. Одесская выставка должна была включать произведения художников всей России. Однако довольно быстро первоначальный план устроить национальную экспозицию перерос в замысел международной выставки. Для ее организации в сентябре и октябре 1909 года Издебский отправился в европейскую поездку, посетив Берлин, Мюнхен, Рим, Вену и Париж. Он писал тогда Георгию Лукомскому, что «лучшие иностранные мастера» положительно отозвались на приглашение участвовать в новом Салоне. В свою очередь, такой положительный отзыв побудил Издебского показать выставку не только в Одессе, но и в других российских городах, и устраивать ее ежегодно 6* . Произведения для Салона должны были отбираться без жюри или комиссии. Инициатор Салона – Владимир Издебский обращался к тем или иным художникам по своему выбору и отбирал работы по своему вкусу. Ему помогали два секретаря, одним из которых был брат Владимира – Вячеслав Издебский. Уполномоченным в Париже на время сбора произведений стал Александр Мерсеро, в Мюнхене Издебскому помогал Василий Кандинский, в Москве и Петербурге – Давид Бурлюк, Михаил Ларионов и Камышников. Открытие Салона несколько раз откладывалось, но все же состоялось 4 декабря 1909 года.

Масштаб выставки был беспрецедентен не только для Одессы, но и для России в целом. Новейшие художественные направления вызывали большой интерес прессы. Газета «Одесские новости» держала публику в напряженном ожидании все новых сенсационных новостей и громких имен. Конечно, не все благожелательно приветствовали новые художественные тенденции. Журналист, писавший под псевдонимом «Лоэнгрин», похвалив выбор Издебского и его организаторские способности, описывал затем трудности, с которыми тому приходилось сталкиваться: «Мне пришлось быть свидетелем этого скептицизма, недоверия и недоброжелательства, сопровождавших первые шаги г. Издебского… Ах, другой бы на месте г. Издебского, не выдержав, бросил бы это дело…» 7* .


6. Титульный лист первой книги стихов Галины Издебской «Е orage qui fleurit». Париж, 1925


В статье «Привет красоте» Н.Инбер с энтузиазмом приветствовал новаторство выставки как «чудо», но с грустью заметил, что ему было известно о запланированных интригах оппозиционной группировки 8* . Эти первоначальные комментарии были только прелюдией к нескольким десяткам статей по поводу Салона в Одессе. Мнения и суждения распределились полярно – на апологетические и резко критические.

Выставка «Салон Владимира Издебского» работала с 4 декабря 1909 по 24 января 1910 года во дворце Гагариных. Газеты отмечали, что работы западных художников экспонировались постоянно, в то время как произведения русских участников все время сменяли друг друга. Поэтому общее число экспонатов, упоминавшихся в разных публикациях, варьируется от статьи к статье (от 700 до «более, чем 900»), То же происходило и с каталогами Салона, сделанными для разных городов России 9* .

Выставка включала произведения живописи, скульптуру, акварель, рисунки, эскизы театральных декораций и костюмов (в том числе работы И.Билибина для «Русских сезонов» в Париже, 1909), литографии, офорты, гравюры, детские рисунки и витражи Владимира Бурлюка. Показ произведений искусства сопровождался лекциями о современном искусстве, литературе, музыке. В дни работы «Салона» в Одессе были устроены два концерта современной музыки.

Как сторонники Издебского, так и его оппоненты наиболее позитивно высказывались о работах западноевропейских художников. Это были в основном интернациональные участники формировавшейся «Парижской школы» и члены Мюнхенской «Новой художественной ассоциации»; к ним примыкали несколько итальянцев и представителей других национальных школ. Парижская группа художников и сегодня выглядит наиболее представительной. В ней присутствовали несколько тенденций развивающегося модернизма, начиная с неоимпрессионистов во главе с Полем Синьяком, групп «Наби» и фовистов и кончая Жоржем Браком, который показал три кубисти- ческих пейзажа. Среди 37 парижских художников большинство по сей день считается звездами «первой величины»: Эмиль Бернар, Пьер Боннар, Жорж Брак, Феликс Валлоттон, Морис Вламинк, Эдуар Вюйар, Альбер Глез, Морис Дени, Кес ван Донген, Мари Лорансен, Анри Манген, Альбер Марке, Анри Матисс, Жан Меценже, Одилон Редон, Жорж Руо 10* , Анри Руссо, Поль Синьяк, Анри Ле Фоконье, Отон Фриез. Судьбы некоторых полотен, фигурировавших на первом «Салоне Издебского», можно проследить. (Например, «Портрет поэта Жува» А. Ле Фоконье находится в Национальном музее современного искусства – Центре им. Ж.Помпиду в Париже, «Веселые шутники» таможенника Руссо – в Музее искусств, Филадельфия, «Моряк» Матисса, именуемый ныне «Молодой моряк» – в нью-йоркском Метрополитене.)

Недоброжелатели Издебского и противники устроенного им «Салона» были настроены весьма решительно и иногда даже устраивали публичные скандалы. Среди них был и уважаемый мэтр Илья Репин. Ослепленный гневом после осмотра выставки в Петербурге, в своей статье о «Салоне» он нападал на уже покойного Поля Сезанна, произведений которого, кстати, вовсе не было на выставке. Бранный отчет Репина о посещении «Салона Издебского» сопровождался известным изречением о том, что работы Сезанна, Бурлюков и других модернистов были «писаны хвостом осла». Репин ругал также московских коллекционеров за то, что они покупали «матиссов». Давая свою критическую оценку выставке, критик и художник Александр Бенуа сожалел о несдержанности престарелого мастера и о том, что слово «Матисс» употребляется в нарицательном значении всеми врагами нового искусства, в то время, как молодые художники, напротив, считают Анри Матисса самым выдающимся пророком художественного новаторства. Вместе с некоторыми другими петербургскими критиками Бенуа приветствовал «Салон Издебского», поскольку он предоставил столичной публике возможность впервые увидеть новейшие течения западного и русского искусства.

Русская часть «Салона» была больше и включала работы приблизительно 120 художников самых разных устремлений, за исключением заядлых академистов и консервативных реалистов. Это были те, кто, как написано в предисловии к каталогу, вел искусство «к новому Воскресению… Художник разбил старые формы, овладел тайной красок и линий… Он ищет нового синтеза, новой яви для тайны своего духа… Он хочет… дать искусству проникновенность откровения» 11* . Члены «мюнхенской группы» (В.Кандинский, В.Бехтеев, А.Явленский, М.Веревкина) получили наиболее позитивные отзывы сторонников нового искусства. Пресса также отметила произведения Давида и Владимира Бурлюков, Александры Экстер, Аристарха Лентулова, Ильи Машкова, Михаила Матюшина. Работы этих авторов демонстрировались в Одессе и Киеве, а в Санкт-Петербурге к ним присоединились творения Наталии Гончаровой, Михаила Ларионова, Николая Кульбина, Кузьмы Петрова-Водкина.

Сам Владимир Издебский представил 14 скульптур. (К сожалению, ни одна из его ранних скульптурных работ не сохранилась ни в России, ни на Украине, ни во Франции 12* .) Восемь из них были портретами, остальные идентифицируются не полностью: «Старуха», две версии «В бездне», «Звездочка», «Cogito Ergo Sum».

«Салон 2 (Международная художественная выставка)» открылся в Одессе б февраля, а закрылся там же в апреле 1911 года, переместившись сначала в Николаев, затем в Херсон. Эта экспозиция в значительной мере отличалась от первой. Несмотря па название, иностранных художников среди 56 участников, представивших 432 экспоната, на выставке не было – за единственным исключением – Габриэлы Мюнтер 13* .

Основным содержанием второго «Салона» стало утверждение новых направлений в русском искусстве – как пришедших из Парижа и Мюнхена и адаптированных русскими художниками, так и тех, что вызрели внутри России. Здесь были представлены и русские сезаннисты (А.Куприн, И.Машков, П.Кончаловский), и неопримитивисты Н.Гончарова и М.Ларионов, и художники русской «мюнхенской группы» во главе с Кандинским. Был и по крайней мере один пример нового кубистического решения – портрет Владимира Издебского, написанный Владимиром Бурлюком (воспроизведен в «Одесских новостях» 4 марта 1911 года). Среди вновь привлеченных мастеров стоит отметить также Роберта Фалька, Владимира Татлина и Георгия Якулова. Другие живописные тенденции, которые уже показывались на предшествующем «Салоне», представляли Давид Бурлюк, А.Экстер, Н.Кульбин, А.Лентулов. Весьма важной особенностью второго «Салона» была просторная развеска произведений и то, что многие художники смогли показать свои небольшие персональные экспозиции. Самой представительной оказалась такая экспозиция у Кандинского: около 60 работ, включая новейшие поиски – первые три «Композиции» и одиннадцать «Импровизаций» 14* .


Владимир Алексеевич Издебский (1882~1965)

7. Вымышленная архитектура. 1920-1950-е Холст, масло

8. Портрет Галины Издебской. 1920-е Картон, масло


9. Адольф Федер Портрет Владимира Издебского. 1920-е Картон, масло


Не менее важен был и каталог «Салона 2». Это был своего рода сборник документов и принципиальных текстов, исследовавших значение и место модернизма в различных видах искусства; статьи были написаны как участниками выставки, так и приглашенными авторами. Среди этих публикаций надо отметить «Содержание и форму» В.Кандинского, которая ныне считается первой публикацией основ его теории искусства, позже развитой в книге «О духовном в искусстве». Н.Кульбин представил в концентрированной форме свои концепции «треугольности», которые легли в основу деятельности одноименного объединения. В.Издебский написал не только предисловие к каталогу, но и текст «Грядущий город», который лег в основу его лекций в Одессе и Киеве в предшествующем году и затрагивал темы взаимосвязей между искусством, моральными и социальными ценностями и их эпохой.

В эти годы произошли изменения и в личной жизни Издебского. Будучи православным, художник не мог обвенчаться с женщиной, с которой он жил в гражданском браке и которой посвятил каталог первого «Салона» – Евгенией Утевской, поскольку она принадлежала к иудейской вере. Хотя оба супруга были неверующими, никто из них, тем не менее, не считал возможным отказаться от родительской веры только ради того, чтобы религиозно освятить свой брак, даже ради общего ребенка – дочери Паолы. И когда в конце 1913 года Издебский почти внезапно покинул Одессу и отправился в Париж, Евгения не последовала за ним. Они больше никогда не встречались, однако Паола воспитывалась матерью в большом уважении к отцу 15* .

В 1914-1916 годах Издебский жил в Париже и вошел в круг международной художественной богемы Монпарнасса. Именно там он в начале 1917 года встретил мою мать, Галину Гузарскую, в то время молодую поэтессу, приехавшую из Польши. Она только что получила ученую степень в Сорбонне, где продолжала изучать литературу. Через два месяца после первой встречи Издебский и Гузарская поженились. Молодые супруги оказались в России после долгого и опасного путешествия на пароходе из французского Бреста до Архангельска, которое было предпринято под впечатлением от событий февральской революции 1917 года. Одна из глав автобиографической книги Галины Издебской «Voici ma vie» посвящена этому кошмарному морскому путешествию: «Кто были эти люди вокруг нас? Кроме круга наших друзей, они были страшными… Моего мужа чуть не выбросили за борт по причине того, что он был сторонником продолжения войны, против тех, кто хотел войну остановить; только вмешательство влиятельного члена оппозиции спасло ему жизнь. Только гораздо позже я поняла, что мы плыли день и ночь с новой судьбой России…» 16* . Издебские устроились в Петрограде за месяц до октябрьской революции. Их первенец Витольд родился 20 января 1918 года. Через год семья бежала в Финляндию, где прожила около года, а затем снова вернулась в Париж.

В 1920-1925 годах Издебский активно участвовал в парижской художественной жизни. У него было множество знакомых и друзей в артистических кругах. Среди них – скульпторы А.Архипенко, К.Бранкузи, Ж.Липшиц, А.Лоренс, живописцы П.Пикассо и Ж.Люрса. Со многими своими давними знакомыми он восстановил дружбу, когда они обосновывались в Париже. Среди них были А.Экстер и Федер, уроженец Одессы. Издебский выставлялся в Париже и Лондоне, принимал участие в ежегодных артистических балах, устраиваемых Союзом русских художников. В организации этих балов активно участвовали не только русские, но и все интернациональные представители парижского художественного авангарда. На изящно оформленной программе февральского бала 1923 года Издебский назван секретарем, Ларионов – барменом, а украшена она рисунками Хуана Гриса, Андре Дерена, Пабло Пикассо и Наталии Гончаровой. Предполагалось, что зал будет декорирован не только работами художников, среди которых был и Пикассо, но и текстами поэм, в том числе и стихами Галины Издебской. В анонсе бала 1924 года снова встречаются почти все знаменитые имена тогдашнего артистического Парижа.

В июне 1921 года вместе с 12 другими «русскими парижанами», включая Ж.Липшица, О.Мещанинова, О.Цадкипа, Издебский издал манифест «Une mise au point». Смысл этого печатного выступления состоял в том, чтобы показать французской публике, что открывшаяся незадолго до этого в Париже русская художественная выставка, организованная под эгидой «Мира искусства», на самом деле не отражает новых тенденций русской школы, а только одну, довольно консервативную, ее ветвь. В то же время новейшие искания русских художников оставались в то время неизвестными на Западе. В 1924 году в многоязычном журнале «Искусство славян», выходившем в Чехии, Издебский опубликовал статью, в которой подчеркивал, что творчество русских художников многообразно и изменчиво, и то, что создается в самой России, вовсе не похоже на произведения эмигрантов. В том же номере журнала была репродуцирована одна из скульптурных работ Издебского – «Зверь» 17* . Годом ранее еще одно скульптурное произведение мастера – «Танцовщица» – было воспроизведено во французской «Gazette de sept arts» 18* . Впоследствии эти две репродукции сыграли роль импульса для нового этапа скульптурного творчества Издебского, который начался спустя почти 20 лет – в 1942-1943 годах.

В конце 1922 года, когда место постоянных встреч большинства русских художников в Париже – кафе «Ротонда» – из скромного и недорогого места превратилось в шумное и престижное, супруги Издебские вместе с несколькими писателями и художниками переместились в небольшое кафе «Хамелеон», основав там собственный кружок завсегдатаев. Группа с игривым названием «Готарапак» проводила выставки, разного рода представления и поэтические вечера. В своих воспоминаниях Андрей Седых вспоминает об этих встречах и называет среди их постоянных участников, помимо семьи Издебских и самого себя, Пинхаса Кременя, Михаила Ларионова, Симона Лиссима, Николая Евреинова и поэта Довида Кнута. Впрочем, Издебский принадлежал сразу к нескольким не всегда пересекающимся между собой парижским сообществам выходцев из России, в частности к группе эсеров. Одним из близких друзей этих лет, с которым в прошлом Издеб- скому довелось разделить политическое заключение, был Илья Бунаков-Фондаминский – один из основателей журнала «Современные записки». В годы парижской эмиграции Галина Издебская, которая еще в юности печатала свои стихи в Польше, сумела выпустить несколько книг своих стихотворений, написанных по-французски. Главной среди них был сборник «L'orage qui fleurit» (1925). В это время Г.Издебская писала также литературно-критические статьи, публиковавшиеся в жураналах «L'Esprit Nouveau», «Wiedza i Zycie», a также в нескольких чешских изданиях. Галина много переводила с польского на французский язык, среди прочих – значительную книгу своего брата, искусство- веда Вацлава Гу- зарского «L'Art romantique». Из других ее переводов следует назвать перевод на французский «Мистерии- Буфф» Владимира Маяковского (издан в Париже в 1935 году).


10. Зверь. 1924 Известняк


Осенью 1940 года в оккупированном Париже мои родители получили почти невероятный по удаче шанс. Члены бывших русских социалистических групп в Нью- Йорке узнали, что во всех оккупированных странах нацисты подвергали особым преследованиям русских социалистов. Обратившись к влиятельным людям в США, русские социалисты в Америке смогли помочь своим единомышленникам, проживавшим во Франции, добыть специальные визы и переехать за океан. Издебский несколько дней пытался убедить Бунакова-Фондаминского последовать за ним в Америку, однако тот ехать отказался и действительно погиб в лагере в 1942 году. Семья Издебских выехала из Франции в США в апреле 1941 года, проехала через Испанию и Португалию, пересекла океан и прибыла в Нью-Йорк в июне.

В новой эмиграции спустя год или два после приезда Издебский вновь обратился к художественному творчеству. Это период активного созидания почти не прерывался вплоть до самой смерти художника и длился более двадцати лет. Свои излюбленные сюжеты «Звери», «Птицы», «Рыбы», «Балерины», «Пламя», «Акробаты», одиночные и двойные «Фигуры», а также тяготевшие к большему обобщению и абстракции «Композиции» Издебский почти всегда строил на основе органических форм. В одной из статей в «Новом русском слове», опубликованной в 1950 году, выходец из России, художник Исаак Левин так описывал свои впечатления от первого посещения Издебского: «Когда попадаешь в его мастерскую, кажется, что вступаешь на дно морское… Работы Издебского поражают своей оригинальностью…». Левину настолько понравились скульптурные произведения Издебского, что он предложил показать их нью-йоркскому артистическому миру. Замысел вполне удался. Выставка 11 живописцев и одного скульптора из России (им и был Издебский) прошла 3-24 апреля 1955 года в просторных залах Riverside Musйum (он существует и поныне, но уступает по составу и масштабу музею Н.Рериха в том же Ныо-Иорке). Каждый участник получил в свое распоряжение немалую выставочную площадь. Издебский представил 20 скульптурных работ, большинство которых было весьма значительного размера. Среди других участников выставки можно упомянуть Милтона Авери, Франца Кляйна, Кензо Окаду, Леона Полка Смита и других, не считая самого И.Левина.

В 1949 году в автокатастрофе погиб сын Владимира и Галины Издебских Витольд. Сама Галина скончалась в августе 1955 года. После этих потрясений здоровье Издебского сильно ухудшилось, но он смог преодолеть семейную трагедию, продолжить работу и даже вновь жениться в 1959 году. Новой женой художника стала профессиональная пианистка Бронислава Каплан, родившаяся на Украине и получившая музыкальное образование в Париже и Нью-Йорке. Вместе они переехали в небольшой прибрежный городок Лонг-Бич, расположенный всего в часе езды на поезде от Нью-Йорка. Здесь Издебский продолжал активно работать вплоть до самой своей кончины. Кроме скульптуры, в свои последние годы он писал много картин, а иногда пытался комбинировать пластику барельефа и живописную роспись. Две последние персональные выставки Владимира Издебского прошли также в Лонг-Бич. В день вернисажа последней, 14 августа 1965 года, ему исполнилось 83 года. Через шесть дней его не стало.


Примечания

1* Хотела бы выразить глубокую благодарность Сергею Зенонови- чу Лущику, автору исследования, посвященного жизни и работе Издебского в Одессе, за любезно предоставленную возможность ознакоми ться с результатами его работ ы. Связь с Ма ниловской школой – только один из фактов, касающихся пребывания Издебского в Одессе, который обнаружил С.И.Лущик. Он же установил, что в 1909-1913 годах Издебский преподавал скульптуру в этой же школе.

2* См.: Корнилов П. О Шиллинговском. ОР ГРМ. Ф. 100, ед. хр. 101, с. 18-19. Я очень благодарна за помощь, котору ю оказала Маргарита Диковитская, предоставившая возможность не только ознакомиться с этой рукописью, но и с корреспонденцией Издебского по поводу его Салонов.

3* Русско-еврейская община весьма высоко оценила роль Издебского в этом противостоянии и оказывала ему определенную помощь в годы эмиграции.

4* В то же время, с мая 1906 года, около года в Париже находился Василий Кандинский.

5* Например, каталог Salon d'Automne 1908 года включал 2107 экспонатов, а также описывал три персональные живописные ретроспективы, пять лекций о литературе, поэтические выступления и четыре музыкальных концерта.

6* ОР ГРМ. Ф. 109, ед. хр. 77.

7* Салон 2. Каталог выставки.. Одесса, 1911, с. 28.

8* Там же.

9* После Одессы «Салон» в течение первой половины 1910 года демонстрировался в Киеве (с 12 февраля по 14 марта), в Санкт-Петербурге (с 19 апреля по 25 мая), в Риге (с 12 июня по 7 июля). В каждом каталоге для нового города приводился новый список экспонатов. В Одессе их было 746, в Киеве – 776, в Петербурге – 656, в Риге -617.

10* Имя Руо постоянно искажалось в каталогах (Руолт и т.д.), но почему-то писалось правильно в газетных рецензиях.

11* См.: Салон 2. Каталог выставки…. с. 33, 34.

12* До наших дней дошло также всего несколько картин Издебского, написанных до 1940 года.

13* Правда, из переписки В. Кандинского и. Н.Кульбина следует, что на «Салоне 2» участвовали и. другие немецкие художники, впрочем, по имени не названные. См.: В.Кандинский. Письмо к Н.Кульбину от 12 декабря 1911 года. Комментарии Е.Ковтуна // Памятники культуры. Новые открытия. М., 1980, с. 406.

14* В каталоге значатся 54 работы Кандинского, хотя он сам в письме к Кульбину говорит о 60 своих произведениях. См.. : Там же.

15* Паола Утевская является моей сводной сестрой. Она стала писательницей и живет в Киеве. Я глубоко благодарна ей за ценную и нформаци ю об этом периоде жизни отца.

16* Izdebskaya G. Voici tа vie. Nice, 194 7, p. 48.

17* Выпуск «Art. russe». Brno, 1924, vol.. II, № 4, p. 11, 12, 19, 20, 23.

18* Gazette de sept arts, 1923, 23 fevrier, № 4-5, p. 10.

Нью Йорк, 1998-1999

Перевод с английского Норберта Евдаева.





 

Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Добавить материал | Нашёл ошибку | Наверх