Загрузка...


Мишелль Хэндельман, Монте Казазза

ЗАГОВОР ХЛОПЬЕВ ДЛЯ ЗАВТРАКА ПРОТИВ РАЗВИВАЮЩЕГОСЯ РАЗУМА

Самый крупный заговор из всех — немногие осмеливаются признать его существование — состоит в том, что мы являемся жертвами своего рождения. Встречаются какие-нибудь два дурачка, и вот, пожалуйста: нередко по чистой случайности нас выбрасывает на эту гибельную землю притворства, и никто нас об этом не спрашивает. Пока мы набираемся хитрости, необходимой для того, чтобы выбраться из «чужого плана», мы с головой погрязнем во всем этом. И когда поймем, где оказались, будет уже слишком поздно убираться оттуда, ведь даже самоубийство стало преступлением.

Второй по величине заговор начинает действовать вскоре после рождения: ребенка отнимают от груди и подгоняют новую жизнь к Реальности потребления, суть которой заключается в маркетинге рынка хлопьев для детей. Уйти из супермаркета, не купив пачку «Завтрака с Барби», — это не преступление. Но ваши дети заставят вас думать, что это преступление — не купить по меньшей мере парочку последних голографических разноцветных Nintendo Cereal Systems с призом внутри.

То, что продается, — это не просто очищенный и подслащенный продукт, поднимающий настроение (вы могли бы устроить неплохое столкновение производителей продуктов питания с Американской медицинской ассоциацией, проку-раторой и Управлением по контролю за продуктами и лекарствами, если бы осведомили эти организации о количестве зависимых от сахара детей, страдающих детским диабетом и кариесом). Что касается хлопьев для детей, то разные брэнды отличаются друг от друга лишь названием и главным образом цветом готовой продукции. Нет, сам пищевой продукт — это всего лишь троянский конь, запущенный в сердца и умы маленьких Билли и Дебби.

Производители продуктов питания приучают детей обжираться стилем, поглощать поп-культуру. Общие талисманы и образы прошлого уже не могут обслуживать современное корпоративное корпоративное пространство. У детей должно быть какое-нибудь телешоу, кассовый фильм, кассета с записью альбома какой-либо музыкальной группы, видеоигра, а также кукла, способная составить компанию в процессе принятия пищи. Ребятишки должны завтракать с тем же самым «другом», который отпечатан на их футболках и существует в виде игрушек в их песочницах или в качестве героя нескончаемых и повторяющихся телевизионных шоу. Такая «дружба» намеренно носит воображаемый, а не осязаемый характер. Образы манят к себе, но их нельзя потрогать. Поэтому в маленьких детях рождается страх, и они впихивают в себя побольше сухих завтраков Teenage Mutant Ninja Turtle, чтобы заполнить пустоту внутри себя.

Дженис любит/ненавидит готовый к употреблению П-Оридж


Реклама работает на основе двух исходных условий: 1) она убеждает нас покупать то, что нам не нужно; 2) убеждает нас покупать то, что у нас уже есть. Свою экономическую гегемонию реклама распространяет, пользуясь испытанными и верными религиозными принципами страха и вины. Реклама встает между людьми и их потребностями, отделяет человека от непосредственного удовлетворения его нужд и заставляет свои жертвы верить в то, что достичь удовлетворения можно лишь посредством символической магии или при помощи рекламируемых товаров. Продукты питания, которые раскручивает реклама, обычно уже готовы к употреблению: дороже становится их смысл, они лишены естественной привлекательности, менее питательны и зачастую просто вредны. Хлпья для детей занимают высокие места во всех этих порочных номинациях.

Пачки с хлопьями и кашами оформлены так, чтобы держать малышей в постоянном рабстве, пока они проходят через обычные временные орально-анальные этапы взросления. Символ потребления — раскрытый рот — можно увидеть почти на каждой пачке с хлопьями. Проникающие в подсознание еще глубже, символы акта выделения обнаруживаются на коробках с такими продуктами, как Cookie Crisps, Corn Pops и Cocoa Pebbles, вспомнить который весьма кстати.[11] На пачке с Cookie Crisps мы видим бандита с губами, как из резины, и высунутым из растянутого рта языком. Оформители Cocoa Pebbles не стали возиться с изысками. Они нарисовали Барни и Фреда по сторонам огромной тарелки с шоколадными шариками. Извращение кроется в том, что Брани и Фред изображаются как участники орального потребления Пебблз (так зовут дочь Фреда). В центре гигантской миски с шариками проделано отверстие — не без помощи «сверла» Барни. Из этой закрытой до поры до времени дыры-сфинктера и вываливаются крупные коричневые шарики.

Оформление Corn Pops (прежде этот продукт назывался Sugar Pops) также использует распространенный мотив дыры с летящими из нее фекалиями, выделяя букву «О» в слове «Pops», из которой во все углы пачки разлетаются большие желто-коричневые шарики. Если Cookie Crisps и Cocoa Pebbles делают главный акцент на коричневый цвет, то Corn Pops добавляет к коричневому еще и желтый, напоминающий о моче.

«Завтрак с Барби» взывает к либидо не достигших подросткового возраста девочек и мальчиков. Розовые мотивы в раскраске пачки этого сухого завтрака нацелены на девочек и, возможно, на изнеженных мальчиков, бунтующих против стереотипа «щенячьего хвоста». Однако образ почти обнаженной Барби, в изобилии демонстрирующей свою пластиковую плоть, может быть всего лишь прекрасной спутницей, которая составляет компанию за завтраком подрастающему гетеросексуальному мальчику. Результат такого соседства может запутать сексуальную ориентацию малыша. А это только приветствуется производителями продуктов питания, поскольку в ходе исследований рынка выяснилось, что гомосексуалисты являются более ненасытными покупателями по сравнению с их гетеросексуальными собратьями. Что же до девочек, то розовая раскраска пачки «Завтрака с Барби» намекает не на что иное, как на гениталии не достигшей полового созревания девочки. В этом контексте оптическая иллюзия, содержащаяся на пачке этого сухого завтрака, порождает у девочки первые страхи перед открытием своей сексуальности. Между ножками игрушечной Барби есть что-то такое неопределенное, но зато розовое и возбужденно-твердое. Это что, огромный клитор? Язык? Папин пенис? Дальнейший анализ показывает, что это розовые солнечные очки Барби, которые она держит на коленях.

Эксклюзивность, играющая существенную роль в рекламе на протяжении последних семидесяти лет, лишь недавно стала использоваться на рынке детских товаров. Frosted Flakes, Cheerios и Teenage Mutant Ninja Turtles предлагают пачку с «ограниченным тиражом» с голограммой на передней стороне коробки. Возможно, это наиболее опасная форма рекламы из всех, ибо она провоцирует выработку таких антисоциальных и соперничающих ценностей, как богатство и положение в обществе. Столкновение детских игр с потребительской доктриной уводит развивающееся сознание ребенка от сказочной страны детства, так необходимой для формирования цельной и здоровой личности.

Самым важным моментом в проникновении экономической гегемонии в детское воображение является циничная переделка сказок с тем, чтобы убедить детишек в достоинствах сладких хлопьев. При этом используется какой-нибудь «волшебный персонаж». Дружелюбный карлик-ирландец из Lucky Charms заманивает детей в ловушку, постоянно обещая им сласти и опровергая родительский наказ — не брать конфеты у незнакомых людей.

«Охотники за привидениями» и сопутствующие им товары ловко используют нераскрытые секреты, захватывая религиозный опыт ребенка и действуя через насмешку над угнетателями-взрослыми. Приз, найденный в коробке «Охотников за привидениями», светится в темноте и тайно светит ребенку уже после осознания полового созревания. Corn Pops предлагает приз под названием «Детектор привидений», вложенный в пачку с продуктом. Этот «Детектор привидений» напоминает счетчик Гейгера и представляет собой тонкий кусочек чувствительного к нагреванию и светящегося в темноте пластика, который скручивается в руке, указывая тем самым на присутствие поблизости «привидения». Хлопья Batman (сама по себе летучая мышь долгое время связывалась с темными поклонниками оккультизма) предлагают светящийся в темноте бумеранг героя в обмен на купон. Голограмма, уже сама по себе являющаяся частью техномагии, — это предложение от Teenage Mutant Ninja Turtles, выполненное в форме голографической футболки из другого измерения. А Nintendo Cereal System предлагает ребенку возможность купить немного тайной «силы» либо на кассете, либо в журнале. Можно предположить, что эти вещи позволяют ребенку выйти за пределы родительской власти. PMRC[12] преуспела бы, обнаружив эти маркетинговые уловки как на первопричину, ведущую к расколу семьи.

Дерек Вонг, слева, и Шон Кларк, справа, эти трехлетние мальчики — заядлые поклонники черепашек-ниндзя. Вокруг них — коллекция черепашек, которую собрал Дерек


Специалисты по торговле дают американским детям знать, что они, дети, — то, что они едят. Малыш может воображать себя Бэт-меном, или Барби, или черепашкой-ниндзя, или даже придурковатым покемоном. И далеко ли отсюда до «Сатанинских хрустяшек» (нам стало известно о том, что один из трех крупнейших производителей хловьев планирует начать пробный маркетинг продукта под названием Jesus Flakes[13] в нескольких католических странах Южной Африки, а также в Мексике)?


Примечания:



1

Самая известная, самая многочисленная и самая авторитетная на протяжении 1980-х годов группа хакеров, идол компьютерного андеграунда. Существовала до 1994 года



11

Галька, голыш, булыжник, гравий (англ.)



12

Parents’ Music Resource Center — «Центр музыкальных ресурсов для родителей», одна из наиболее известных американских общественных организаций, лоббирующих законопроекты о введении контроля за содержанием музыкальной продукции



13

«Хлопья Иисуса» (англ.)









Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Добавить материал | Нашёл ошибку | Наверх