6

ВЛАСТЬ,
ИЛИ КАК ОТЛИЧИТЬ ФАЛЛОС ОТ ФАЛЛОИМИТАЦИИ

Я вырос в неиспорченной стране. Над словосочетанием «член КПСС» в моем классе начали хихикать ближе к Перестройке. Один мальчик даже набрался храбрости и спросил у учительницы, как получилось так, что в языке возникло столь обескураживающее сближение. Учительница ничего не ответила. Она вызвала его родителей и, видимо, объяснила этот лингвистический парадокс им.

А я так до сих пор и пребываю на сей счет в блаженном неведении.

У моего папы был пухлый белый справочник «Коммунист-80». Почти пятьсот страниц убористого текста про цели и задачи, тезисы двух дюжин съездов, краткий курс истории и биографии всех членов ЦК КПСС. Членов было много. Несколько сотен, включая члена со сказочным именем Арвид Янович Пельше1. Эти справочники выдавали ответственным партийным работникам на местах, чтобы у них всегда был под рукой надежный индикатор пыли. Так, по крайней мере, объяснял существование этой книжки

Пельше, Арвид Янович - один из старейших членов брежневского Политбюро. мой папа. Достаточно взять с полки белый томик, провести пальцем по обложке - и сразу становилось понятно, в каких подчас антисанитарных условиях куется светлое будущее в одной отдельно взятой стране. А потом умер Брежнев.

Уроки в школе отменили. Но это не вызвало радости даже у двоечников. Девочки организованно заплакали. Почему-то всем показалось, что теперь начнется война и ядерная угроза. По дороге домой я с опаской смотрел в серое, как милицейская шинель, ноябрьское небо, ожидая, что оттуда смертельной морковью начнут сыпаться американские ракеты.

Отца я застал за странным занятием. Он сидел за кухонным столом со справочником «Коммунист-80» и делал в нем пометки. Он обвел фамилию Брежнева аккуратной лиловой рамкой и написал: «10.11.1982». Я спросил, что теперь будет. «Все будет нормально», - ответил отец с какой-то мефистофелевской уверенностью.

Он оказался прав. Ближайшая зима была холодной, но не ядерной. Зато в книжке «Коммунист-80» появилась еще дюжина рамочек. В мае 83-го отец с выражением коллекционера, наконец-то заполучившего редкую марку, заключил в рамочку Арвида Яновича Пельше. Сейчас мне даже кажется, что не проходило и дня, чтобы папа не делал в этой книжке похоронных пометок. И я думаю, не превратился ли «Коммунист-80» в вудуистскую «Книгу мертвых» и не умирал ли какой-нибудь член Политбюро только потому, что мой отец заключал его имя в лиловую рамку? Превращается же в зомби человек, в куклу которого жрец вуду втыкает смоченную ядом иглу?

С помощью «Коммуниста-80» и мертвых членов партии я уяснил себе, что всякая власть временна. И поэтому строить свою жизнь из расчета, кто там находится наверху, - совершенно глупо. Все списки, возможно, даже списки Forbes1, - не навсегда.

Еще один член принадлежал мальчику Матвею в пионерском лагере «Дружба». Был пубертатный июнь, первый отряд и издевательские для одиннадцатилетних бойскаутов, которые не спали и ночами, тихие часы днем.

Во время тихого часа в палате мальчиков обычно рассказывались истории про Черного человека, обсуждались фантастические детали того, как ЭТО бывает у мальчиков с девочками, а Матвей показывал свой член. Ему было что показать. Конкурентов у него не было, а были только благодарные завистники. Он знал это, и демонстрация члена была не сеансом болезненного эксгибиционизма, а анатомическим театром. Точно так же, как обычные дети, выучив стишок, стремятся бесконечное число раз показать всему свету декламационный талант, Мат 1 Forbes - американский журнал, публикующий всевозможные рейтинги богатства. вей всегда был готов предъявить свидетельство своей исключительной мужественности. Делал он это - как опытный актер, умеющий дозировать харизму.

После его порнографических пьес зрители испытывали что-то среднее между восторгом и чувством собственной неполноценности. Так же люди реагируют на красивый автомобиль, который они не могут себе позволить. Но однажды прямо посреди сеанса Матвея укусила оса. Прямо в эрегированный член, отчего он буквально на глазах стал пухнуть. Первый раз в глазах Матвея возник ужас пополам с недоумением. Так в кино ведут себя люди, в которых попала шальная пуля. Член становился еще больше, но при этом из Матвея, как воздух из пробитого шарика, уходила мужская сила. Анатомический театр закрылся. Матвей перестал пользоваться писсуарами, предпочитая запираться в кабинке. Из этого эпизода я вынес убеждение, что грозные атрибуты власти не гарантируют личного счастья.

Спустя много лет, в начале декабря 2001 года, мне позвонил футбольный комментатор Василий Уткин. Он вел тогда музыкальное шоу «Земля - Воздух» на ТВ-6. Прямой эфир, живые концерты, словесная пикировка рок-звезд с ра-диодиджеями.

Вася сообщил мне, что у него планируется передача с участием «Ленинграда». Группа эта тогда еще не пользовалась известностью среди широких народных масс, собирая в Москве и Питере маленькие залы поклонников, которых пресса с какого-то перепугу называла интеллектуалами. В телевизоре «Ленинград» еще толком не показывали. Васе очень нравился «Ленинград», но продюсеров его передачи страшно смущала репутация Шнурова. Они хотели залезть на нецензурную елку, не ободрав при этом форматной задницы. «Зимин, вот ты его знаешь, скажи мне, Шнуров может хотя бы час не материться?» Я не знал ответа на этот вопрос, но зачем-то сказал, что, конечно, может. Я даже привел сотню аргументов, которые, как мне казалось, характеризуют Шнурова с хорошей стороны. В моем описании он был чем-то вроде Орлеанской девы и академика Лихачева в одном лице.

Эфир состоялся. Уткин был обаятелен. Публика перевозбуждена. Оппоненты Шнурова несли феерическую чушь. Все компоненты хорошего шоу были налицо. Кроме главного героя. Шнурову было невыносимо скучно. Он мужественно держался в рамках приличий, пел только цензурные песни и вполне куртуазно, хоть и без фантазии, хамил. Программа катилась к финалу. Шнуров заиграл последнюю песню. И в какой-то момент из динамиков явственно раздалось слово «хуй». Звукорежиссеры спохватились и увели звук, но слово успело прозвучать. Передача закончилась. У Васи Уткина был торжествующе-бледный вид человека, который только что купил на аукционе Вермеера и принимает поздравления, сознавая при этом, что ему сейчас придется очень дорого за этого Вермеера заплатить.

Шнуров же, наоборот, сиял, как начищенный пятак.

Мне было неловко: на моих глазах рушилась блестящая телевизионная карьера Уткина, и я оказался к этому причастен. Не говоря уж о «Ленинграде», который теперь вообще непонятно когда выпустят из гаража.

Ночью мне позвонил Вася и сообщил, что телевизионное начальство эфирный конфуз совершенно не смутил. Более того - оно пришло от него в восторг.

Скоро Шнурова стали показывать по ЦТ едва ли не чаще президента Путина. Пластинки стали продаваться астрономическими тиражами. Концерты из клубов переехали на стадионы. На фестивале «Нашествие» вместе с «Ленинградом» слово «хуй» скандировали больше ста тысяч человек.

Я не знаю, почему Шнурову вдруг стало позволено то, что никому до него не разрешалось. Что это? Талант? Большой хер? Прямое указание свыше? Я думаю, никакого рационального объяснения быть не может. Во всякой власти заложен элемент абсурда. Почему наркотики нельзя, а водку можно? Потому что она полезней для здоровья и от нее умирает всего-навсего пятьдесят тысяч человек в год? Или она выгодна для государственного бюджета? Но ведь сколько налогов мог бы принести в казну, например, кокаин.

Выгода, впрочем, тоже ничего не объясняет. На футбольном чемпионате мира в Германии Зинедин Зидан боднул головой Марко Матерац-ци1, хотя, конечно же, ему было бы выгодней проглотить оскорбления, и не исключено, что через несколько минут поднять над головой Кубок мира. Но он выбрал другое.

Коллега Зидана Трезеге говорит, что Мате-рацци оскорбил мать и жену Зидана, упомянув при этом пенис. И Зидан (чье имя скандируют на трибунах как Зизу или Зизи, что, кстати, на языке аристократических салонов сто лет назад обозначало, собственно, пенис), наплевав на ожидания французских болельщиков, на собственную карьеру и спортивную репутацию, вступился за женскую честь.

На мой вкус, это очень красивая история. Я уверен, что Зидан сделал это совершенно сознательно, а не в минуту помешательства. Ведь из всех форм власти только власть женщины над мужчиной имеет какой-то смысл.

1 «Зинедин Зидан боднул головой Марко Матерацци» - драматическая история, случившаяся в финале мирового футбольного первенства. Защитник итальянской сборной Матерацци оскорбил французского капитана Зидана, и тот ударил его головой на глазах у миллиарда зрителей. Весь мир несколько недель гадал: что же такое мог сказать итальянец французу, что тот потерял самообладание в такой решительный момент. шш








Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Добавить материал | Нашёл ошибку | Наверх