[202] “I said, give it to me,” Jimmy Siddons said ominously.

Cally tried to brave it out. “I don’t know what this boy is talking about, Jimmy.”

[203] “Yes, you do,” Brian said. “I saw you pick up my mom’s wallet. And I followed you because I have to get it back.”

[204] “Aren’t you a smart kid?” Siddons sneered. “Always go where the buck is.” His expression turned ugly as he faced his sister. “Don’t make me take it from you, Cally.”

[205] There was no use trying to pretend she didn’t have it. Jimmy knew the boy was telling the truth. Cally still had her coat on. She reached into the pocket and took out the handsome Moroccan leather wallet. Silently she handed it to her brother.

[206] “That belongs to my mother,” Brian said defiantly. Then the glance the man gave him made him shiver. He had been about to try to grab the wallet; instead, now suddenly fearful, he dug his hands deep in his pockets.

[207] Jimmy Siddons opened the billfold. “My, my,” he said, his tone now admiring. “Cally, you surprise me. You run rings around some of the pick-pockets I know.”

[208] “I didn’t steal it,” Cally protested. “Someone dropped it, I found it. I was going to mail it back.”

[209] “Well, you can forget that,” Jimmy said. “It’s mine now, and I need it.”

[210] He pulled out a thick wad of bills and began counting. “Three hundred-dollar bills, four fifties, six twenties, four tens, five fives, three ones. Six hundred and eighty-eight dollars. Not bad, in fact, it’ll do just fine.”

[211] He stuffed the money in the pocket of the suede jacket he had taken from the bedroom closet and began to dig through the compartments in the wallet. “Credit cards. Well, why not? Driver’s license -no, two of them: Catherine Dornan and Dr. Thomas Dornan. Who’s Dr. Thomas Dornan, kid?”

[212] “My dad. He’s in the hospital.” Brian watched as the deep compartment in the wallet revealed the medal.

[213] Jimmy Siddons lifted it out, held it up by the chain, then laughed incredulously. “St. Christopher! I haven’t been inside a church in years, but even I know they kicked him out long ago. And when I think of all the stories Grandma used to tell us about how he carried the Christ child on his shoulders across the stream or the river or whatever it was! Remember, Cally?” Disdainfully he let the medal clatter to the floor.

[214] Brian swooped to retrieve it. He clutched it in his hand, then slipped it around his neck. “My grandpa carried it all through the war and came home safe. It’s going to make my dad get better. I don’t care about the wallet. You can have it. This is what I really wanted. I’m going home now.” He turned and ran for the door. He had twisted the knob and pulled the door open before Siddons reached him, clapped a hand over his mouth, and yanked him back inside.

[215] “You and St. Christopher are staying right here with me, buddy,” he said as he shoved him roughly to the floor.

[216] Brian gasped as his forehead slammed onto the cracked linoleum. He sat up slowly, rubbing his head. He felt like the room was spinning, but he could hear the woman he had followed pleading with the man. “Jimmy, don’t hurt him. Please. Leave us alone. Take the money and go. But get out of here.”

[217] Brian wrapped his arms around his legs, trying not to cry. He shouldn’t have followed the lady. He knew that now. He should have yelled instead of following her so that maybe somebody would stop her. This man was bad. This man wasn’t going to let him go home. And nobody knew where he was. Nobody knew where to look for him.

[218] He felt the medal dangling against his chest and closed his fist around it. Please get me back to Mom, he prayed silently, so I can bring you to Dad.

[219] He did not look up to see Jimmy Siddons studying him. He did not know that Jimmy’s mind was racing, assessing the situation. This kid followed Cally when she took the wallet, Siddons thought. Did anyone follow him? No. If they had, they’d be here by now. “Where did you get the wallet?” he asked his sister.

[220] “On Fifth Avenue. Across from Rockefeller Center.” Cally was terrified now. Jimmy would stop at nothing to get away. Not at killing her. Not at killing this child. “His mother must have dropped it. I picked it up off the sidewalk. I guess he saw me.”

[221] “I guess he did.” Jimmy looked at the phone on the table next to the couch. Then, grinning, he reached for the cellular phone he had taken from the glove compartment of the stolen car. He also took out a gun and pointed it at Cally. “The cops may have your phone tapped.” He pointed at the table next to the couch. “Go over there. I’m going to dial your number and tell you I’m turning myself in and I want you to call that public defender who is representing me. All you have to do is act nice and nervous, just like you are now. Make a mistake and you and this kid are dead.”

[222] He looked down at Brian. “One peep out of you and…” He left the threat unspoken.

[223] Brian nodded to show he understood. He was too scared to even promise that he’d be quiet.

[224] “Cally, you got all that straight?”

[225] Cally nodded. How stupid I’ve been, she thought. I was fool enough to believe I’d gotten away from him. No chance. He even knows this phone number.

[226] He finished dialing and the phone beside her rang. “Hello.” Her voice was low and muffled.

[227] “Cally, it’s Jimmy. Listen, I’m in trouble. You probably know by now. I’m sorry I tried to get away. I hope that guard will be all right. I’m broke and I’m scared.” Jimmy’s voice was a whine. “Call Gil Weinstein. He’s the public defender assigned to me. Tell him I’ll meet him at St. Patrick’s Cathedral when midnight Mass is over. Tell him I want to turn myself in and I want him to be with me. His home number is 555-0267. Cally, I’m sorry I messed up everything so badly.”

[228] Jimmy pressed the disconnect on the cellular phone and watched as Cally hung up as well. “They can’t trace a cellular phone call, you know that, don’t you? Okay, now phone Weinstein and give him the same story. If the cops are listening, they must be jumping up and down right now.”

[229] “Jimmy, they’ll think I…”

[230] In two steps Jimmy was beside her, the gun to her head. “Make the call.”

[231] “Your lawyer may not be home. He may refuse to meet you.”

[232] “Naw. I know him. He’s a jerk. He’ll want the publicity. Get him.”

[233] Cally did not need to be told to make it quick. The moment Gil Weinstein was on the line, she rushed to say, “You don’t know me. I’m Cally Hunter. My brother, Jimmy Siddons, just called. He wants me to tell you…” In a quavering voice she delivered the message.

[234] “I’ll meet him,” the lawyer said. “I’m glad he’s doing this, but if that prison guard dies, Jimmy is facing a death-penalty trial. He could get life without parole for the first killing, but now…” His voice trailed off.

[235] “I think he knows that.” Cally saw Jimmy’s gesture. “I have to go now. Good-bye, Mr. Weinstein.”

[236] “You make a great accomplice, big sister,” Jimmy told her. He looked down at Brian. “What’s your name, kid?”

[237] “Brian,” he whispered.

[238] “Come on, Brian. We’re getting out of here.”

[239] “Jimmy, leave him alone. Please. Leave him here with me.”

[240] “No way. There’s always the chance you’d go running to the cops even though the minute they talk to that kid, you’re in big trouble yourself. After all, you did steal his mama’s wallet. No, the kid comes with me. No one is looking for a guy with his little boy, are they? I’ll let him go tomorrow morning when I get to where I’m headed. After that you can tell them anything you like about me. The kid’ll even back you up, won’t you, sonny?”

[241] Brian shrank against Cally. He was so afraid of the man that he was trembling. Was the man going to make him go away with him?

[242] “Jimmy, leave him here. Please.” Cally thrust Brian behind her.

[243] Jimmy Siddons’s mouth twisted in anger. He grabbed Cally’s arm and yanked her toward him, roughly twisting her arm behind her.

She screamed as she lost her grip on Brian and slipped to the floor.

[244] With eyes that denied any history of affection between them, Jimmy stood over his sister, again holding the gun to her head. “If you don’t do what I tell you, you’ll get more of that… and worse. They won’t take me alive. Not you, not nobody else is gonna send me to the death chamber. Besides, I got a girlfriend waiting for me. So just keep your mouth shut. I’ll even make a deal. You don’t say nothing, and I’ll let the kid live. But if the cops try to close in on me, he gets a bullet in the head. It’s as simple as that. Got it straight?”

He stuck the gun back inside his jacket, then reached down and roughly pulled Brian to his feet. “You and I are gonna get to be real pals, sonny,” he said. “Real pals.” He grinned. “Merry Christmas, Cally.”



Такси остановилось у тротуара. «О Кэй, здесь, мадам»?


« Да, здесь», сказала Кэтрин, заставив себя улыбнуться и доставая портмоне.

«Мы с отцом привозили вас сюда в канун Рождества пять лет назад. Брайан, я знаю, ты был еще слишком мал, а ты, Майкл, помнишь»?


«Да», коротко ответил Майкл, открывая дверь машины. Он увидел, как Кэтрин вынула пятерку из туго набитого портмоне.

«Мам, как вышло, что у тебя с собой столько денег»?


«Когда папу вчера положили в больницу, меня заставили забрать все, что у него было, за исключением нескольких долларов. Я разберусь с деньгами, когда мы вернемся к бабушке».


Она последовала за Майклом, выйдя на тротуар и придерживая дверь для Брайана. Они находились перед Саксом, что на углу Сорок девятой улицы и Пятой Авеню. Четкие ряды любопытных терпеливо стояли, желая посмотреть рождественские витрины. Кэтрин направила сыновей в конец очереди. «Давайте взглянем на витрины, потом пересечем улицу, а оттуда гораздо лучше вид на елку».


«Я сказал, дай его мне», пригрозил Джимми Сиддонс. Кэлли попыталась не показать своего смущения. «Понятия не имею, Джимми, о чем говорит этот мальчик».


«Нет, вы знаете», сказал Брайан. «Я видел, как вы подняли мамин кошелек. И я следовал за вами, потому что должен вернуть его назад».


«Разве не умный ребенок»? усмехнулся Сиддонс. «Всегда следуй туда, где деньги». Он взглянул на сестру, и выражение его лица сделалось ужасным.

"Кэлли, не заставляй меня забрать его у тебя силой "!


Не имело смысла притворяться, что у нее ничего нет. Джимми знал, что мальчик говорит правду. Кэлли все еще стояла в пальто. Она сунула руку в карман и вытащила портмоне прекрасной марокканской кожи. Молча, вручила его брату.


«Он принадлежит моей маме», с твердостью сказал Брайан. Но взгляд мужчины кинул его в дрожь. Сначала он хотел выхватить кошелек, но потом, испугавшись, засунул руки глубже в карманы.


Джимми Сиддонс открыл бумажник. «О, О»! проговорил он уважительным тоном. «Кэлли, ты удивила меня. Ты занимаешься карманной кражей, как я понимаю»?


«Я не украла его», запротестовала Кэлли. «Кто-то выронил портмоне, а я нашла. Я собиралась послать его владельцу по почте».


«Ну, об этом забудь», сказал Джимми. «Кошелек теперь мой и он мне нужен».


Он вытащил толстую пачку ассигнаций и стал пересчитывать. «Три сотенных, четыре по пятьдесят, шесть двадцаток, четыре десятки, пять пятерок и три по доллару. Итого, шестьсот восемьдесят восемь долларов. Неплохо, поди, и все пригодятся».


Он засунул деньги в карман поношенной куртки, которую взял из шкафа в спальне, и стал копаться в отделениях портмоне. «Кредитные карты? Ну, почему бы и нет? Водительские права, нет, два комплекта прав: Кэтрин Дорнан и доктор Томас Дорнан. Кто этот доктор Томас Дорнан, парень»?


«Мой папа. Он в больнице». Брайан наблюдал, как из глубокого отделения появилась медаль.


Джимми Сиддонс вытащил ее, подержал за цепочку, затем недоверчиво рассмеялся. «Святой Кристофер! Я не был в церкви много лет. Но даже я знаю, что они давным-давно выкинули его из святых. Я когда-то думал обо всех этих историях, что рассказывала наша бабуся, о том, как он нес малютку Христа на плечах через бурную реку или что там было? Помнишь, Кэлли»? Пренебрежительно он бросил медаль на пол.


Брайан подскочил поднять ее. Он зажал медаль в руке, потом перевесил себе на шею. «Мой дедушка пронес ее через войну и вернулся домой невредимым. Она поможет поправиться папе. Мне не нужен кошелек. Вы можете взять его. Медаль — вот чего я действительно хотел. А сейчас я собираюсь домой». Он повернулся и побежал к двери. Он дважды успел повернуть кнопку и потянуть дверь на себя, прежде чем Сиддонс настиг его, прикрыл ему рот рукой и втащил внутрь.


«Ты со святым Кристофером останешься здесь со мною, дружище», сказал он, грубо бросив мальчика на пол.


Брайан охнул, когда его лоб столкнулся с потрескавшимся линолеумом. Он медленно сел, потирая голову. И почувствовал, как закружилась комната, и услышал, как женщина, которую он преследовал, умоляла мужчину.

«Джимми, не трогай его. Пожалуйста, оставь нас в покое. Бери деньги и иди. Только убирайся отсюда».


Брайан обнял руками колени, стараясь не заплакать. Ему не следовало идти за этой женщиной. Теперь он понял это. Ему тогда надо было закричать вместо того, чтобы преследовать ее, возможно, тогда кто-нибудь остановил бы ее. Этот человек плохой. Он не отпустит его домой. И никто не узнает, где он. Никто не узнает, где его искать.


Он ощутил медаль, висящую у него на груди, и зажал ее в кулаке. Пожалуйста, верни меня назад к маме, молча молился он, тогда я принесу тебя к отцу.


Мальчик не замечал, что Сиддонс изучает его. Он не знал, что мозг Джимми лихорадочно работает, оценивая ситуацию. Этот парнишка последовал за Кэлли, когда она подняла кошелек, размышлял Сиддонс. Кто-нибудь пошел за ним? Нет. В противном случае они были бы сейчас здесь. «Где ты нашла кошелек»? спросил он сестру.


«На Пятой авеню. Напротив Рокфеллерского Центра». Кэлли была испугана. Ничто не остановит Джимми на пути к бегству. Ни убийство ее. Ни убийство этого ребенка. «Его мать, должно быть, выронила кошелек. Я подобрала его с тротуара. Я думаю, он видел меня».


«Я догадываюсь, что так и было». Джимми взглянул на телефон, стоящий на столике возле тахты. Потом, ухмыльнувшись, вытащил мобильный телефон, который взял из «бардачка» украденной машины. Затем вынул пистолет и направил его на Кэлли. "Я уверен, к твоему телефону подключились копы ". Он указал на столик возле тахты.

«Подойди к телефону. Я сейчас наберу твой номер и скажу тебе, что решил сдаться и хочу, чтобы ты позвонила общественному защитнику, который будет представлять мои интересы. Все, что ты должна делать, так это действовать хорошо и нервничать, как ты и поступаешь теперь. Попробуй сделать ошибку, и вы оба — трупы».


Он взглянул на Брайана. «Один звук от тебя и»… Он оставил угрозу недосказанной.


Брайан кивнул, что понял. Он был так испуган, что даже не мог пообещать вслух, что будет молчать.


«Кэлли, ты готова»?


Сестра кивнула. Какой же я была дурой, подумала она. Я была настолько глупа, что могла поверить, что могу избавиться от него. Бесполезно. Он даже знает номер этого телефона.


Он набрал номер, и телефон рядом с ней зазвонил. «Хэлло». Ее голос был низким и приглушенным.


«Кэлли, это Джимми. Слушай, у меня неприятности. Ты, возможно, уже в курсе. Я сожалею, что сбежал. Надеюсь, надзиратель будет в порядке. Я совсем разбит и боюсь». Голос у Джимми был хныкающим. «Позвони Джилу Вэйнштейну. Он — мой общественный защитник. Скажи ему, что я встречусь с ним у Собора святого Патрика после окончания полуночной мессы. Скажи ему, что я хочу вернуться в тюрьму и хочу, чтобы он был со мной. Его домашний телефон 555-0267. Кэлли, я сожалею, что так все испортил».


Джимми разъединил линию на мобильном телефоне и наблюдал, как Кэлли сделала то же. «Они не могут засечь звонок с мобильного телефона, ты это знаешь, не так ли? О Кэй, теперь звони Вэйнштейну и повтори ему ту же историю. Если копы слушают, они, должно быть, сейчас повскакали со своих мест».


«Джимми, они подумают, что я»…


В два прыжка Джимми был возле нее, пистолет у ее виска.



«Твой адвокат может не быть дома. Он может отказаться встретиться с тобой».


«Нет. Я его знаю. Он — придурок. Ему нужен скандал. Звони ему».


Ей не надо было повторять дважды, чтобы сделать это быстро. В момент, когда Джил Вэйнштейн снял трубку, она поспешила сказать, «Вы меня не знаете, я — Кэлли Хантер. Только что звонил мой брат, Джимми Сиддонс. Он просил меня передать вам»… Дрожащим голосом она передала сообщение.


«Я непременно встречусь с ним», сказал адвокат. Я очень рад, что он так поступает, но если тюремный надзиратель умрет, Джимми придется рассчитывать на смертный приговор. Он мог бы получить пожизненное заключение за первое убийство, но теперь"… Голос его прервался.


«Я думаю, он знает об этом». Кэлли увидела, как Джимми жестикулирует. «Сейчас я должна идти. До свидания, мистер Вэйнштейн».


Ты стала прекрасным пособником, сестрица", сказал ей Джимми. Он взглянул на Брайана. «Как тебя звать, парень»?


«Брайан», прошептал тот.


«Давай, Брайан. Нам пора убираться отсюда».


«Джимми, оставь его в покое. Пожалуйста. Оставь его со мной».


«Ни в коем случае. Всегда есть шанс, что ты побежишь к копам, хотя в ту минуту, как они заговорят с малым, ты сама будешь иметь большие неприятности. В самом деле, ты же стащила кошелек его матери. Нет, мальчишка пойдет со мной. Никто не будет искать мужчину с малышом, не так ли? Я отпущу его завтра утром, когда доберусь, куда собираюсь. После ты можешь рассказывать обо мне все, что угодно. Паренек даже может вернуться к тебе, правда, сынок»?


Брайан съежился. Он так боялся этого мужчины, что весь дрожал. Неужели тот собирается взять его с собой?


«Джимми, оставь его здесь. Пожалуйста»! Кэлли заслонила Брайана от брата.


Рот Сиддонса скривился в гневе. Он схватил Кэлли и дернул на себя, грубо вывернув ей руку назад. Она закричала, выпустив Брайана, и упала на пол.


С взглядом, отрицающими родственные отношения между ними, Джимми стоял над сестрой, держа пистолет у ее головы. «Если ты не сделаешь того, что тебе говорят, тебе же будет хуже. Они не возьмут меня живым. Ни ты, никто другой не сможет послать меня в газовую камеру. И чтоб ты знала, у меня есть подруга, которая меня ждет. Изволь держать язык за зубами. Давай условимся. Ты ничего не скажешь, а я отпущу малого живым. Но, если копы попытаются захватить меня, он получит пулю в лоб. Это просто и понятно. Договорились»?

Он вложил пистолет в куртку, потом протянул руку и грубо поднял Брайана на ноги.

« Мы с тобой будем настоящими товарищами, сынок», сказал он. Настоящими товарищами". Он усмехнулся. «Веселого Рождества тебе, Кэлли»!

Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Добавить материал | Нашёл ошибку | Наверх