[165] A plainclothesman in an unmarked car drove Catherine to the hospital. “I’ll wait right here, Mrs. Dornan,” he said. “I have the radio on so we’ll know the minute they find Brian.”

[166] Catherine nodded. If they find Brian raced through her mind. She felt her throat close against the terror that thought evoked.

[167] The lobby of the hospital was decorated for the holiday season. A Christmas tree was in the center, garlands of evergreens were hung, and poinsettias were banked against the reception desk.

[168] She got a visitor’s pass and learned that Tom was now in room 530. She walked to the bank of elevators and entered a car already half full, mostly with hospital personnel-doctors in white jackets with the telltale pen and notebook in their breast pockets, attendants in green scrub suits, a couple of nurses.

[169] Two weeks ago, Catherine thought, Tom was making his rounds at St. Mary’s in Omaha, and I was Christmas shopping. That evening we took the kids out for hamburgers. Life was normal and good and fun, and we were joking about how last year Tom had had so much trouble getting the Christmas tree in the stand, and I promised him I’d buy a new stand before this Christmas Eve. And once again I thought Tom looked so tired, and I did nothing about it.

[170] Three days later he collapsed.

[171] “Didn’t you push the fifth floor?” someone asked.

[172] Catherine blinked. “Oh, yes, thank you.” She got off the elevator and for a moment stood still, getting her bearings. She found what she was looking for, an arrow on the wall pointing toward rooms 515 to 530.

[173] As she approached the nurses’ station, she saw Spence Crowley. Her mouth went dry. Immediately following the operation this morning, he had assured her that it had gone smoothly, and that his assistant would be making the rounds this afternoon. Then why was Spence here now? she worried. Could something be wrong?

[174] He spotted her and smiled. Oh God, he wouldn’t smile if Tom were… It was another thought she could not finish.

[175] He walked quickly around the desk and came to her. “Catherine, if you could see the look on your face! Tom’s doing fine. He’s pretty groggy, of course, but the vital signs are good.”

[176] Catherine looked up at him, wanting to believe the words she heard, wanting to trust the sincerity she saw in the brown eyes behind rimless glasses.

[177] Firmly he took her arm and ushered her into the cubicle behind the nurses’ station. “Catherine, I don’t want to bully you, but you have to understand that Tom has a good chance of beating this thing. A very good chance. I have patients who’ve led useful, full lives with leukemia. There are different types of medicine to control it. The one I plan to use with Tom is Interferon. It’s worked miracles with some of my patients. It will mean daily injections at first, but after we get the dosage adjusted, he’ll be able to give them to himself. When he recuperates fully from the operation, he can go back to work, and I swear to you that’s going to happen.” Then he added quietly, “But there is a problem.”

[178] Now he looked stern. “This afternoon when you saw Tom in ICU, I understand you were pretty upset.”

[179] “Yes.” She had tried not to cry but couldn’t stop. She’d been so worried, and knowing that he had made it through the operation was such a relief that she couldn’t help herself.

[180] “Catherine, Tom just asked me to level with him. He thinks I told you it was hopeless. He’s starting to not trust me. He’s beginning to wonder if maybe I’m hiding something, that maybe things are worse than I’m telling him. Well, Catherine, that is simply not so, and your job is to convince him that you have every expectation that you two will have a long life together. He mustn’t get it in his head that he has a very limited time, not only because that would be harmful to him, but equally important because I don’t believe that’s true. In order to get well, Tom needs faith in his chances to get better, and a great deal of that has to come from you.”

[181] “Spence, I should have seen he was getting sick.” Spence put his arms around her shoulders in a brief hug. “Listen,” he said, “there’s an old adage, ‘Physician, heal thyself.’ When Tom is feeling better, I’m going to rake him over the coals for ignoring some of the warnings his body was giving him. But now, go in there with a light step and a happy face. You can do it.”

[182] Catherine forced a smile. “Like this?”

[183] “Much better,” he nodded. “Just keep smiling. Remember, it’s Christmas. Thought you were bringing the kids tonight?”

[184] She could not talk about Brian being missing. Not now. Instead, she practiced what she would tell Tom. “Brian was sneezing, and I want to make sure he’s not starting with a cold.”

[185] “That was wise. Okay. See you tomorrow, kiddo. Now remember, keep that smile going. You’re gorgeous when you smile.”

[186] Catherine nodded and started down the hall to room 530. She opened the door quietly. Tom was asleep. An IV unit was dripping fluid into his arm. Oxygen tubes were in his nostrils. His skin was as white as the pillowcase. His lips were ashen.

The private duty nurse stood up. “He’s been asking for you, Mrs. Dornan. I’ll wait outside.”

[187] Catherine pulled up a chair next to the bed. She sat down and placed her hand over the one lying on the coverlet. She studied her husband’s face, scrutinizing every detail: the high forehead framed by the reddish brown hair that was exactly the color of Brian’s; the thick eyebrows that always looked a bit unruly; the well-shaped nose and the lips that were usually parted in a smile. She thought of his eyes, more blue than gray, and the warmth and understanding they conveyed. He gives confidence to his patients, she thought. Oh, Tom, I want to tell you that our little boy is missing. I want you to be well and with me, looking for him.

[188] Tom Dornan opened his eyes. “Hi, Love,” he said weakly.

[189] “Hi, yourself.” She bent over and kissed him. “I’m sorry I was such a wimp this afternoon. Call it PMS or just old-fashioned relief. You know what a sentimental slob I am. I even cry at happy endings.”

[190] She straightened up and looked directly into his eyes. “You’re doing great. You really are, you know.”

[191] She could see he did not believe her. Not yet, she thought determinedly.

[192] “I thought you were bringing the kids tonight?” His voice was low and halting.

[193] She realized that with Tom it was not possible to utter Brian’s name without breaking down. Instead she said quickly, “I was afraid they’d be hanging all over you. I thought it was a good idea to let them wait until tomorrow morning.”

[194] “Your mother phoned,” Tom said drowsily. “The nurse spoke to her. She said she sent a special present for you to give me. What is it?”

[195] “Not without the boys. They want to be the ones to give it to you.”

[196] “Okay. But be sure to bring them in the morning. I want to see them.”

[197] “For sure. But since it’s just the two of us now, maybe I should climb in the sack with you.”

[198] Tom opened his eyes again. “Now you’re talking.” A smile flickered on his lips. And then he was asleep again.

[199] For a long moment, she laid her head on the bed, then got up as the nurse tiptoed back in. “Doesn’t he look fantastic?” Catherine asked brightly as the nurse put her fingers on Tom’s pulse.

[200] She knew that even slipping into sleep, Tom might hear her. Then with a last glance at her husband, she hurried from the room, down the corridor and to the elevator, then through the lobby, and into the waiting police car.

[201] The plainclothesman answered her unasked question: “No word so far, Mrs. Dornan.”



Она выглянула из окна и увидела, что они проезжают Плаза Отель. Одиннадцать лет назад, в день, когда ей исполнилось двадцать три года, они справляли свадьбу на Плазе. Невестам положено нервничать, думала она. Но не мне. Я практически вбежала в зал.


Десятью днями позже они отмечали Рождество в Омахе. Здесь Том получил приглашение на работу в престижное педиатрическое отделение госпиталя. Мы купили на распродаже эту сумасшедшую искусственную елку, думала она, вспомнив, как Том держал ее и сказал, «Вниманию покупателям КМАРТа»…


В этом году, елка, которую они так тщательно выбрали, все еще стояла в гараже с туго связанными ветвями. Они решили ехать на операцию в Нью-Йорк. Лучший друг Тома, Спенс Кровли, стал к этому времени известным хирургом в Слонг-Кеттеринге.


Кэтрин вспомнила, как была расстроена, когда ей, в конце концов, разрешили навестить Тома.


Такси остановилось у тротуара. «О Кэй, здесь, мадам»?


Просто одетый человек в неприметном автомобиле привез Кэтрин в больницу. «Я подожду прямо здесь, миссис Дорнан», сказал он. «У меня включено радио, и если что, мы все узнаем в ту же минуту, как они найдут Брайана».


Кэтрин кивнула. Если они найдут Брайана, пронеслось у нее в голове. Она почувствовала, как страх хватает ее за горло.


Вестибюль больницы был декорирован к праздничному сезону. Елка стояла в центре, вечнозеленые гирлянды были развешаны и даже стойка регистрации была украшена подобающим образом.


Ей выдали пропуск и сказали, что палата Тома в номере 530. Она подошла к лифтовым кабинам и вошла в один из лифтов, уже наполовину загруженный, в основном, больничным персоналом — врачами в белых халатах с ручками и записными книжками, торчащими из их нагрудных карманов, обслуживающим персоналом в костюмах зеленого цвета, парой медсестер.


Две недели назад, думала Кэтрин, Том делал обход в Госпитале Святой Марии в Омахе, а я занималась покупками к Рождеству. В тот вечер мы взяли детей в ресторан и ели гамбургеры. Жизнь была нормальной, хорошей и интересной, и мы шутили насчет того, сколько неприятностей было у Тома в прошлом году, когда он ставил елку в подставку, и я обещала купить новую подставку к кануну этого Рождества. И вновь заметила, что Том выглядел уставшим, и ничего не предприняла.


Три дня спустя он упал.


«Это не вы нажали кнопку пятого этажа»? поинтересовался кто-то.


Кэтрин мигнула. «О, да, спасибо». Она вышла из лифта, на секунду застыла, стараясь сориентироваться. Она нашла то, чего искала, а именно стрелку, показывающую в направлении комнат 515-530.


Приблизившись к медицинскому посту, она увидела Спенса Кровли. У нее пересохло во рту. Сразу же после завершении операции этим утром, он успокоил ее, что все прошло гладко, и что его ассистент сделает обход вечером. Тогда почему же Спенс сейчас здесь? забеспокоилась она. Может, случилось что-то плохое?


Он заметил ее и улыбнулся. О, господи, он не стал бы улыбаться, если бы Том был… то была другая незаконченная мысль.


Спенс быстро обошел стойку и подошел к ней. «Кэтрин, если бы ты могла видеть выражение своего лица! Том в порядке. Конечно, он несколько заторможен после анестезии, но жизненные признаки хорошие».


Кэтрин взглянула на него, желая поверить в услышанное, в искренность карих глаз, спрятанных за очками без оправы.


Крепко взяв ее за руку, он повел ее в небольшую комнату, находящуюся сразу за постом. «Кэтрин, не хочу хвастаться, но ты должна понять, что у Тома неплохой шанс победить эту гадость. Очень хороший шанс. У меня есть пациенты, которые ведут полноценную полезную жизнь с лейкемией. Существуют разные типы лекарств контроля болезни. Одно из них, которое я намечаю применить для Тома — это Интерферон. С некоторыми моими пациентами он творит чудеса. Поначалу это означает ежедневные инъекции, но со временем, он может их делать сам. Когда Том полностью оправится от операции, то сумеет вернуться к работе, и, клянусь, это должно произойти».

Потом он спокойно добавил, «Но есть проблема».


Теперь он выглядел строже. «Сегодня, когда ты видела Тома в Отделении интенсивной терапии, я понял, что ты сильно переживала».


«Да». Она старалась не заплакать, но не могла сдержаться. Была расстроена, и осознание того, что он прошел через такую операцию, сняло напряжение, и она не могла удержаться от слез.


«Кэтрин, Том только что просил привести тебя. Он думает, что я сказал тебе, что его случай безнадежен. Он не доверяет мне. Он подозревает, что может быть, я прячу что-то, и все на самом деле хуже, чем я ему говорю. Кэтрин, на самом деле это не так, и твоя задача убедить его, что есть большая вероятность, что вас ожидает долгая совместная жизнь. Он не должен забирать в голову, что ему отпущен малый срок, не только потому, что это причинит вред, но равно и потому, что я не верю в иной исход. Для того, чтобы поправиться, Тому необходима вера в его шансы на выздоровление, и очень многое в этом смысле зависит от тебя».


«Спенс, мне следовало заметить, что он заболел». Доктор обнял ее за плечи. «Слушай», сказал он, «есть старинная поговорка „Врачу, исцелися сам“. Когда Том будет чувствовать себя лучше, я припомню ему предупреждающие сигналы, которые его тело посылало ему. Но сейчас входи легким шагом и со счастливым лицом. Ты можешь сделать это»?


Кэтрин изобразила улыбку. «Например, так»?


«Так гораздо лучше», кивнул он. «Только улыбайся. Помни, это Рождество. Не собираешься ли ты привести вечером детей»?


Она не могла сказать, что Брайан пропал. Не сейчас. Вместо этого она придумала, что скажет Тому. «Брайан чихал, и я хочу быть уверенной, что он не простудился».


«Что ж, это умно. Хорошо. До завтра, дитя. А теперь помни, улыбайся. Ты прелестна, когда улыбаешься».


Кэтрин кивнула и направилась по коридору к комнате 530. Она тихо отворила дверь. Том еще спал. Через трубку ему в руку капал физиологический раствор. В ноздри были вставлены маленькие трубочки с кислородом. Кожа была белой, как полотно. Губы пепельного цвета. Дежурная медсестра поднялась навстречу. «Он спрашивал Вас, миссис Дорнан. Я подожду снаружи».


Кэтрин пододвинула стул ближе к постели. Села и положила свою руку на его, лежащую на покрывале. Она изучала лицо мужа, замечая каждую деталь: высокий лоб, обрамленный коричневато-рыжими волосами точно такого же, как у Брайана, цвета; толстые брови, которые всегда выглядели непокорными; хорошей формы нос и губы, обычно изображавшие полуулыбку. Она думала о его глазах, более синих, чем серых, и излучаемых ими теплом и пониманием. Он придавал уверенность своим пациентам, подумала она. О, Том, я хочу рассказать тебе, что пропал наш маленький мальчик. Я хочу, чтобы ты был здоров и был со мной, чтобы найти его.


Том Дорнан раскрыл глаза. «Здравствуй, дорогая»! произнес он слабым голосом.


«Здравствуй»! Она наклонилась и поцеловала его. «Прости, я была такой невозможной сегодня. Ты можешь назвать это старомодным. Но ты же знаешь, как я сентиментальна. Я плачу даже от счастливых концов».


Она выпрямилась и посмотрела ему прямо в глаза. «Да ты, я вижу в порядке. В самом деле, знаешь»?


Она видела, он не верит ей. Пока нет, подумала она.


«Я думал, ты хотела привести вечером детей»? У него был низкий и прерывающийся голос.


"Она поняла, что при Томе было невозможно без надлома упоминать имя Брайана. Тогда она быстро проговорила, «Я боялась, что они повиснут на тебе. И подумала, что будет гораздо лучше, если они подождут до следующего утра».


«Звонила твоя мать», глухо сказал Том. «Медсестра говорила с ней. Она сказала, что послала с тобой особый подарок, чтобы вручить его мне. Что это»?


"Только не без мальчиков. Они сами хотят передать его тебе ".


« Хорошо. Но обещай привести их утром. Я хочу их видеть».


«Конечно. Но уж, поскольку мы сейчас одни, может, мне стоит прилечь тут рядом»?


"Том вновь раскрыл глаза. «Сейчас, ты говоришь»? Улыбка пробежала по его губам. И вскоре он вновь уснул.


Еще долго ее голова покоилась на его покрывале. Когда медсестра вошла в комнату, Кэтрин встала. «Разве он не выглядит фантастически»? спросила она, когда медсестра стала пальцами щупать пульс Тома.


Она знала, что даже во сне, Том может слышать ее. Потом, бросив последний взгляд на мужа, она поспешила из палаты. По коридору до лифта, потом через вестибюль на улицу, где ее ожидал полицейский автомобиль.


Просто одетый человек ответил на незаданный ею вопрос: «Пока ни словечка, миссис Дорнан».

Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Добавить материал | Нашёл ошибку | Наверх