Глава 13

Вернемся во времена, когда Сталин только стал генсеком и когда начали воплощаться в жизнь решения недавно состоявшейся Генуэзской конференции, прошедшей с 10 апреля по 19 мая 1922 года.

Ведь мы идем не по прямой Времени — иначе невозможно соединить воедино множество важных моментов, влияющих на последующие события, ибо прямой отрезок — это, условно говоря, узкий отрезок. Мы же подбираемся к вершине событий волнообразно, то поднимаясь, то снижаясь, захватывая таким образом все больший диапазон событий, приводящих, как говорилось, к последующим деяниям, — расширяя таким образом узкий временной отрезок до мировых масштабов…


Для участия в Генуэзской конференции от Советской республики Троцкий отправил в качестве руководителя делегации Г. В. Чичерина. И где он, говоря языком советских историков и идеологов, «…отверг домогательства империалистических государств, пытавшихся добиться экономических и политических уступок, которые вели бы к реставрации капитализма в России. Одновременно Чичерин выразил готовность обсудить вопрос о форме компенсации бывших иностранных собственников при условии признания Советского государства де-юре и предоставления ему кредитов. Одновременно делегация выдвинула контрпретензии о возмещении Советской республике убытков, причиненных интервенцией и блокадой».

Уже в процессе работы конференции Троцкий получил дополнительную установку из Ордена для делегации, возглавляемой Чичериным. И тот озвучил мысль, что выдвинутые предложения советской делегации неприемлемы и следует работу конференции перенести. После чего в том же году состоялась Гаагская конференция, и был заключен Рапалльский договор 1922 года с Германией.

В инструкции Троцкому Орден предписывал продолжать разыгрывать спектакль, участниками которого были члены делегации Чичерина, талантливо играя в особенности в те моменты, когда отвергались домогательства Запада, якобы ведущие к реставрации капитализма, и шла речь о компенсации за ущерб, а также о предоставлении кредитов.

Этим самым Орден исключал всяческую возможность русских хотя бы в малейшей степени попытаться воссоздать разрушенную экономику России, не говоря уже о реставрации власти.

Кроме того, инвестиции, которые вводились в экономику Советской республики, позволяли с помощью агентов Ордена — Рыкова, Томского и других членов Совнаркома — захватить контрольные пакеты производств, выкачивающих богатства из недр России. Как и прибрать к рукам остатки разрушенных или полуразрушенных экономических центров.

Еще в первые дни после переворота в России первым, кто прибыл сюда с миссией Ордена, был известный миллиардер Арманд Хаммер, который открыл свои концессии (предприятия) в Московской губернии и в Грузии.


К 1917 году Орден оказывал существенную помощь большевистскому перевороту не только деньгами, оружием, обмундированием, но также и дипломатической поддержкой в Вашингтоне и Лондоне.

При этом использовался финансовый капитал Моргана и ряда других членов Ордена, которые оплачивали деятельность всех левых партий, а одновременно и правых, оказывая таким образом влияние на деятельность самих партий. Одновременно осуществлялась финансовая поддержка левых и правых партий Германии.

Орден влиял на все банки и предприятия, которые начиная с середины XIX века по 1917 год активно финансировали разрушение российской государственности и уничтожение русских.

Эти фирмы в большинстве своем располагались в здании 120 по Бродвею в Нью-Йорке. В списке:

120, Бродвей — Синклеар Галф Корпорейшн;

120, Бродвей — Дженерал Электрик (эта фирма участвовала в обеспечении Спецотдела Г. И. Бокия необходимыми электрогенераторами, которыми воздействовали на психику беременных женщин и детей до 1 года);

120, Бродвей — Стон и Вебстер;

60, Бродвей — офис Амос Пинчот;

110, 40-я Стрит — Советское Бюро (основное место деятельности во время неофициальных визитов в США А. Е. Голованова);

120, Бродвей — Мартене офф Вейнберг и Познер (это было одно из мест советского торгового представительства; также место пребывания А. Е. Голованова);

15, Бродвей — Стентсон, Дженнинингс и Рассел (здесь «работала» супруга члена правления этой фирмы, одного из членов Ордена, а после смерти мужа — член правления фирмы княгиня Е. В. Мещерская, резидент бывшего шефа Имперской разведки графа Канкрина);

120, Бродвей — Гугенхейм эксплорейшн;

14, Уолл-стрит — Уильям Бойс Томпсон;

120, Бродвей — Томас Д. Тэчер («Симпсон, Тэчер и Барлетт»);

120, Бродвей — клуб банкиров на верхнем этаже;

120, Бродвей — Федеральный Резервный Банк Нью-Йорка;

23, Уолл-стрит — фирма Дж. П. Моргана (член правления фирмы княгиня Е. В. Мещерская, она же Кэт Уитни);

120, Бродвей — Американская Международная Корпорация;

59, Бродвей — У. А. Гарриман Компани (Гарриман — будущий агент партийной разведки Сталина);

120, Бродвей — Эдвард X. Гарриман (незадолго перед своей кончиной);

120, Бродвей — Гаранти Секьюритиз;

140, Бродвей — Гарантии Траст Компании;

233, Бродвей — Англо-русская торговая палата;

Индивидуальные члены Ордена, работающие в здании 120, Бродвей:

— Джордж Вебстер Адаме (член Ордена с 1904 г.);

— Филипп Линдон Додж (член Ордена с 1907 г.).

Информация о членах Ордена еще до так называемой Октябрьской революции в России была предоставлена графом Канкриным императору Николаю II, а впоследствии — с согласия графа Владимир Забрежнев предоставил ее Сталину как руководителю ВКП(б).

В конце августа 1918 года резидент Мещерская сообщила графу Канкрину, что в Орден в середине года введен Аллен Уоллес Эймс.


После встречи в Магараче Сталина и Дитриха Забрежнев уведомил генсека, что бывший шеф Имперской разведки готов предоставить Сталину все материалы, накопившиеся за время его руководства разведкой — с 1898 года по февраль 1917 года включительно. А также остальные материалы, формируемые его структурой с февраля 1917-го по 1923-й.

Главным и единственным условием, которое ставил находившийся в эмиграции Александр Георгиевич, было сохранение жизни низложенному императору Николаю II, членам его семьи, а также возможность постоянных встреч вдовствующей императрицы — матери Николая II — с ее сыном. Устройство встреч граф берет на себя. Граф также передал свое сожаление, что обстоятельства лишили его возможности еще ранее отнестись со всей серьезностью к Сталину, Возможно, иначе можно было бы предпринять определенные шаги для спасения жизни родственников Николая II — Великих князей, казненных еще ранее.

Тем самым и при таких вот обстоятельствах граф Канкрин давал согласие на сотрудничество с И. В. Сталиным.

Сделка состоялась, и Забрежнев по распоряжению своего бывшего шефа передает многие уникальные сведения, оказавшиеся необходимыми для дальнейшей деятельности Сталина.

В частности, им были предоставлены документы, доказывающие, что вся подготовка к свержению Николая II и установлению диктатуры Троцкого, Ленина, Свердлова и других руководителей еврейско-большевистской власти в России, как членов резидентуры Ордена во главе с резидентом Троцким, осуществлялась из Нью-Йорка, с Бродвея, 120. В первую очередь, из фирмы «Екавитайбл Траст Билдинг». По этому адресу работает член Ордена Э. X. Гарриман. Здесь же находится и Американская Международная Корпорация. Клуб, в котором члены Ордена совместно с банкирами с Уоллстрит обычно встречались во бремя ланча, находится на самом верхнем этаже здания. В этом клубе член Ордена Уильям Бойс Томпсон и предоставил стратегический план участия Уолл-стрит в свержении императора Николая II и последующего захвата власти резидентом Ордена Троцким и членами его резидентуры: Лениным, Зиновьевым, Бухариным, Рыковым, Томским, Семашко, Бокием, Тухачевским, Егоровым, Путна и другими.

Здесь же, в здании, имелись другие компании, возглавляемые членами Ордена. В частности, «Гаранти Секьюритиз», согласно плану Томпсона, должна было финансировать обеспечение безопасности агентов в деле свержения Николая II, а также безопасности в отношении установления советского правительства Троцкого. На эти средства впоследствии финансировалась ВЧК (!), возглавляемая Дзержинским. Значительная часть денег этой компании поступала на подкуп бывших филеров Третьего отдела МВД, бывших военных специалистов из числа царских офицеров, находившихся в отставке, но возрастом и здоровьем способных к службе в создаваемой большевистской армии Лейбы Троцкого.

Здесь же находилась и фирма «Гаранти Траст», принимавшая самое активное участие в оказании помощи по созданию Троцким бандитской Красной армии.

В числе документов, предоставленных графом Александром Георгиевичем Канкриным, а значительно позже (в конце 20-х — середине 30-х гг.) подтвержденных другими документами А. Е. Головановым, был подготовленный и изданный членом Ордена «Меморандум», в котором излагается план и действия Ордена в отношении большевистского переворота 1917 года. Автором этого «Меморандума» является Томас Д. Тэчер, член Ордена с 1904 года. Его соавторами были адвокаты, собранные в расположенной на Уолл-Стрите фирме адвокатов «Симпсон, Тэчер и Барлетт». Деятельность этой адвокатской фирмы заключалась в том, чтобы дискредитировать ряд русских юристов, покинувших большевистскую Россию. Среди тех, кто пытался докричаться до света, воззвать к разуму, были Л. И. Петражицкий (1867–1931), бывший заведующий кафедрой философии и права Санкт-Петербургского университета, который, иммигрировав в Варшаву, возглавил созданную им кафедру социологии Варшавского университета, П. И. Новгородцев (1866–1924), продолжатель школы русской юриспруденции и философии права Б. Н. Чичерина (1829–1904). Отчаянно боролись за права России выдающиеся русские юристы И. В. Михайловский, князь Е. Н. Трубецкой… И многие-многие другие русские юристы и философы права, находившиеся в эмиграции и представлявшие правовую опасность для преступных замыслов Ордена на территории бывшей Российской империи.

Добавлю для размышлений: в новом анклаве Ордена — большевистской России — были созданы новые, так сказать, юридические школы: извращенные, искаженные школы правовой науки насадили оставшимся деградированным русскому и иным народам агенты Ордена — Д. И. Курский (первый Генеральный прокурор Советской республики, одновременно возглавлявший Институт советского «права», а с 1928 по 1932 г. был советским послом в Италии); вместе с ним в создании концепции «пролетарского права» участвовали: П. И. Стучка, М. Ю. Козловский, Н. В. Крыленко, Е. Б. Пашуканис, А. Я. Вышинский (Генпрокурор СССР и директор Института советского «права»). Они создали с помощью фирмы адвокатов «Симпсон, Тэчер и Барлетт» систему, обеспечивающую безопасность Советской республики, где господствовал тоталитарный «нормативизм» — «право» как совокупность приказов власти.

После чего эта адвокатская контора перебралась на Беттери Пласа все в том же Нью-Йорке.

Какие еще сведения содержались в поистине бесценных документах?

В 1917 г. адвокат Ордена Тэчер прибыл в Россию в составе миссии (под крышей миссии) Красного Креста Уильяма Бойса Томпса. Он… провел ревизию совершенного переворота! Затем, после проведенных им бесед и консультаций в Ордене, Тэчер прибыл в Лондон на переговоры с членом Группы лордом Нортклиффом; речь шла о происшедшей в России большевистской революции и их дальнейших действиях. Затем подобные переговоры он провел с банкирами в Париже. Разумеется, имел встречи и с членами кабинета министров.

А по его возвращении в Ордене началась выработка новых планов: интервенции против России не только вооруженной, но прежде всего финансовой.

И на дальнюю перспективу предусматривалось…признание чудовищного новообразования на 1/6 суши. После завершения интервенции и окончательного уничтожения русского народа и выведения нового вида хомо советикус следовало провести в одной из европейских стран международную конференцию по признанию Советской республики.

Таковой и стала Генуэзская конференция и заключение Рапалльского договора.

Однако когда многие страны Европы признали советскую Россию, США отказались это сделать. На то было условие Ордена существовавшему тогда своему правительству и президенту; дескать, мы подождем, когда там прекратятся античеловеческие безобразия, и подумаем еще, стоит ли вообще признавать чудовищный большевистский режим… Они хотели остаться чистенькими в глазах мирового сообщества; именно так США будут поступать всегда, сколько будут существовать на планете…

Тогда как «Меморандум» Тэчера, по сути, не только настаивает на признании с трудом, шатко (еще все возможно было исправить и повернуть вспять! — если бы «демократический» мир того хотел!) существующего советского правительства, которое в 1918 году контролировало крайне незначительную часть России, но также предусматривает оказание военной помощи Красной армии и осуществление интервенции, чтобы не допустить проникновения Японии в Сибирь, пока большевики ее полностью не захватят, в том числе и Дальний Восток, Курилы, Сахалин и, конечно же, Камчатку и Чукотку. (Жестко, навсегда отсекая при этом русскую Аляску! — речь о ней не идет…) Большевикам, считает Тэчер, нужно предоставить полную свободу действий по захвату власти на указанных территориях. (…Мол, пусть русские расшибут головы и полягут там костьми, а мы уж сумеем попользоваться богатствами этих просторов… Обращаю внимание на такой важный нюанс: в 1945-м Сталин использует этот фактор, так разыграв партию, что Орден приказывает президенту США Трумэну совершить бомбардировку японских городов Хиросима и Нагасаки. Сталин перенял опыт: он чист перед мировым сообществом…)

Из «Меморандума»: «…во-первых, …союзники должны предотвратить японскую интервенцию в Сибири. Во-вторых, должна быть оказана всемерная помощь советскому правительству, возглавляемому Лениным и находящемуся под общим руководством Троцкого, в его попытках организовать добровольную революционную армию. В-третьих, союзные правительства должны оказать моральную поддержку советскому народу в его усилиях выработать свою собственную политическую систему, свободную от влияния какой-либо иностранной державы… В-четвертых, будет существовать возможность мирного коммерческого проникновения Немецких фирм в советскую Россию, поскольку нет разрыва в отношениях между Германией и Россией, вероятно, будет невозможно полностью предотвратить такую коммерческую деятельность. Поэтому следует предпринять шаги по воспрепятствованию, насколько это возможно, вывозу зерна и сырья из России в Германию».

Что еще добавить?!

Забегая вперед, напомню читателю: именно это было существенной помехой для Ордена, когда созданный Кремлем Третий рейх Адольфа Гитлера получал в огромном количестве от Советского Союза зерно и сырье, как… союзник по борьбе против Ордена и Группы.

Здесь, в «Меморандуме», пожалуй, очень важна мысль, Которая гласит: «во-вторых, должна быть оказана всемерная помощь советскому правительству… в его попытках организовать добровольную революционную армию». Вот эту всемерную помощь И. В. Сталин, разгромив резидентуру Троцкого и уничтожив агентов его резидентуры (в том числе так называемую ленинскую гвардию), стал использовать для индустриализации Советского Союза, для создания самых мощных в мире Вооруженных сил с целью захвата Европы откуда он стремился вышвырнуть в Атлантику все центры Ордена и Группы, которые со времени создания и функционирования 1-го и 2-го Интернационалов методично и планомерно изводили русский народ и разрушали его государственность.

Удивителен тот факт, что возглавил это дело не русский, и вовсе не вина Сталина, что он не довел его до логического конца. Ведь еще до рождения Иосифа Джугашвили во многом уже были потрясены основы русской государственности и нравственное здоровье русского народа. И что-либо изменить во спасение русской государственности и народа даже этому сверхординарному грузину было не под силу! Ибо бежавшие когда-то из Британии бандиты и голодранцы, создавшие священный союз — Орден, заполонили мир людьми, которые создали своеобразный синтез евреев многих стран. И которые сделали все возможное, чтобы разрушить русское государственное управление и русский образ понимания и восприятия высшего Вселенского разума. Осуществив свой грандиозный нечеловеческий план, они постепенно нарядились в новую личину — под русских — народа, психику, гены и физиологию которого методично разрушали…


В «Меморандуме», принятом в высших финансовых эшелонах, Орден прописал свою политику, которую осуществлял в абсолютнейшей тайне. Манипулируя событиями и людьми, делалась нужная политика Соединенными Штатами как государством. Так же действовала Группа в Великобритании, в особенности ее член Милнер.

Как показывал анализ графа Канкрина, миссия Тэчера в Лондоне увенчалась успехом. Но такого результата ему не удалось достичь в Париже.

Тогдашний президент США Вудро Вильсон, во исполнение постулатов «Меморандума», послал армию США с целью захвата и контроля Транссибирской железной дороги России и лично проинструктировал командующего этим экспедиционным корпусом генерала Уильяма С. Грейвса.

Эти инструкции, среди прочих, также стали известны Сталину.

Из них видно, что военная интервенция американцев ничего общего не имеет с антибольшевистской деятельностью, как это утверждали Ленин и члены его кабинета, обдуривая мир и простых советских граждан.

Впоследствии правительство Советов отблагодарило Орден за американскую помощь в революции; когда в 1920 г. солдаты американского корпуса покидали Владивосток, местное большевистское руководство устроило им торжественные, дружественные проводы. По этому поводу газета «Нью-Йорк тайме» 15 февраля 1920 г. писала: «Владивосток, 1 февраля (Ассошиэйтед Пресс). Сегодня второй день город отмечает полное освобождение от власти Колчака парадами, уличными митингами и речами. Красные флаги развеваются над правительственными зданиями, на многих деловых учреждениях и домах.

Налицо ярко выраженные проамериканские настроения. Перед американской штаб-квартирой революционные лидеры поднялись на ступеньки расположенного напротив здания и в своих речах называли американцев настоящими друзьями, которые в критический момент спасли существующее движение. Люди настаивают на проведении совместной политики невмешательства во время оккупации города и благодарят за помощь в мирном разрешении ситуации».

США по указанию Ордена вооруженным методом захватили Транссибирскую магистраль и управляли ею до тех пор, пока местные органы советской власти и чекисты не окрепли настолько, чтобы передать им в управление дорогу.

Что касается помощи Красной армии, то Госдеп США поставлял большевикам оружие и снаряжение. Тогда же Троцкий, в 1919 г., по указке все той же организации выступал с антиамериканскими речами и одновременно… просил посла США Френсиса предоставить американские военные инспекционные части для обучения новой Красной армии!


Орден делал все, чтобы исключить возможные военные акции против большевистского режима со стороны других государств; но главное, сделанное им в международных делах и политике — практически удалось зомбировать общественное мнение Европы, Юго-Восточной Азии, Ближнего Востока и своей страны, США.

Несмотря на официальный запрет, им же направленный в конгресс США, Орден сделал возможным осуществление поставок из США в советскую Россию стратегического сырья, товаров, а также немалой финансовой помощи и займов для становления и закрепления бандитского режима.

Политика поддержания искусно создаваемых противоречий продолжалась: члены Ордена поддержали амбициозные намерения советского руководства в самих США, но поручили Департаменту юстиции высылать в Россию так называемых «красных». Внутри правительства США функционировала мощная сила, поддерживающая едва встающую на ноги Советскую республику.


Пришедшие в партийную разведку Сталина молодые, талантливые люди, постепенно развившие в себе сверхуникальные возможности (и это не просто комплимент их неординарности), Александр Голованов и Борис Пономарев рекомендовали генсеку с помощью наработанного Имперской разведкой материала расширить сферу влияния в самом Ордене в виде сети своей резидентуры. Не забывая при этом о политиках США, чтобы помимо уже завербованного Франклина Делано Рузвельта выбрать и других американских граждан с целью дальнейшей разработки в качестве своих агентов.


В процессе неустанной работы молодым помощникам советского вождя приходилось много анализировать, сопоставлять, добывать сведения и подтверждения уже имеющимся материалам…

Вместе с Забрежневым Пономарев тщательным образом проанализировал среди прочих документов письмо Амоса Пинчота, члена Ордена с 1897 года, копия которого была передана графом Канкриным генсеку Сталину. В состав элитарной финансово-промышленной организации Амоса ввел брат Джордж, состоявший в рядах Ордена с 1889 года и имевший немалый опыт — он координировал действия 2-го Интернационала.

Амос Пинчот в письме рассказывал, как он основал Союз американских гражданских свобод, и описывал свое участие в создании и становлении советской власти в первые дни большевистской революции.

Это письмо было направлено Сантери Нуортева 22 ноября 1918 г.; в тексте есть слова Пинчота, что «он сердечно сочувствует взглядам Сантери Нуортева на ситуацию и той работе, которую он имеет честь исполнять».

Забрежнев и Пономарев по каналам, предоставленным графом Канкриным, установили, что под именем Нуортева действует… советский представитель в США Александр Нюберг, работающий в Советском бюро по адресу: 110, 40-я стрит. Изначально то была структура, прикрывавшаяся вывеской «Финское Информационное Бюро», офис которой находился на Бродвее, 120, и где сотрудничали-вместе с Людвигом С. А. К. Мартенсом советский представитель и экс-вице-президент компании «Вайнберг и Познер». Правой рукой полпреда СССР Нюберга являлся Кеннет Дюран, корреспондент одной из американских газет, впоследствии работавший корреспондентом газет «Правда» и «Известия» в США. Одновременно он был помощником Уильяма Хауса — одного из ведущих и тщательно засекреченных сотрудников администрации президента США Вильсона.

Интересными были и другие сведения. К примеру, что торговый департамент в Советском Бюро возглавлял Эванс Кларк, впоследствии ставший исполнительным директором компании «XX век фаундейшн», где состоит на службе (а фактически руководит компанией!) член Ордена с 1918 г. Чарльз Фелпс Тафт. К тому же Тафт является племянником президента и судьи Уильяма Говарда Тафта… Пройдет некоторое время, и станет ясным, какую роль играли в «гегелизации американского образования» фирма «XX век фаундейшн» и господин Эванс Кларк, имевший кличку Товарищ, появившуюся по причине того, что он работал в Советском бюро.


Не менее интересным был документ, содержащий информацию о сотрудничестве двух университетских объединений Принстона и Гарварда. Документ гласил: «Бюро информации о советский России» 299, Бродвей, комната 1812

Заявление 19 апреля

Товарищ Эванс Кларк оставил свой пост директора исследовательского бюро социалистической Эльдерсанической делегации в Нью-Йорке и назначен помощником директора торгового департамента Бюро представителя Российской Социалистической Федеративной Советской Республики со штаб-квартирой в «Уорлдз тауабилдинг» по адресу 110, Уэст, 40-я улица.

Товарищ Кларк был членом социалистической партии с 1911 года и принимал активное участие в рабочем движении в Соединенных Штатах. Он окончил колледж в Амхерсте, университет в Гарварде и Коламбскую юридическую школу. Он был инструктором по вопросам политики в Принстонском университете и являлся одним из организаторов межуниверситетского социалистического общества, первым президентом которого он был. Товарищ Кларк будет оказывать помощь товарищу Геллеру в деле установления торговых отношений между Соединенными Штатами и советской Россией».

Этот важнейший документ свидетельствовал, что Орден ставил серьезную и важную в своем преступном деле задачу уничтожения профессионального университетского образования в России, основу которого заложил Петр Великий, а на деле реально осуществили русский ученый Михайло Ломоносов и президент Российской академии наук княгиня Екатерина Дашкова. Благодаря их талантам впоследствии университетское образование Российской империи в своем развитии и совершенствовании достигло таких высот, до которых не способно было подняться европейское образование, не говоря уже об американском.

Степень подготовки в университетах России была уникальной; а получаемые профессии, специальности и специализации были настолько значимы в истории русской государственности и ее отраслях хозяйственной и общественной деятельности, что не имели себе равных в мире.

Орден поставил целью не то что свести на нет русское образование, но и не оставить камня на камне на месте университетов Москвы, Санкт-Петербурга, Харькова, Киева, Нижнего Новгорода, Казани и других вузов империи. Замещение должностей профессорско-преподавательского состава университетов, а также средних специальных заведений, реальных училищ и гимназий должно было произойти за счет деградированных элементов, подвергнутых психологической и иной обработке со стороны агентов Ордена, имя которым революционеры.


Одним из таких «выдающихся специалистов», оказавших влияние на институты медицинского профиля, да и на всю медицину страны в целом, был первый нарком здравоохранения правительства Ленина, уже упоминавшийся Николай Александрович Семашко (20.09.1874, село Ливенское Орловской губернии — 18.5.1949, Москва). Он являлся организатором советского здравоохранения, т. е. здравоохранения, перечеркивающего и извращающего школы Сеченова, Павлова, Пирогова и многих других русских ученых, стараниями которых была создана уникальная врачебная система помощи русским семьям и конкретным больным.

Н. А. Семашко в 1893 году был принят в члены РСДРП. Во время учебы на медицинском факультете Московского университета он был завербован в качестве агента Ордена; и уже с 1893 г. самым тщательнейшим образом проходит подготовку в марксистском структурном подразделении, засоряя мозги небылицами о справедливой борьбе за счастье рабочих, за что спустя два года был арестован и сослан в родное село Ливенское под гласный надзор местной полиции.

С 1904 года резидентурой Ордена он был направлен в Нижегородский комитет РСДРП. После столкновений с местной полицией в следующем, 1905-м, был вновь арестован Как организатор забастовки на Сормовском заводе. Но вскоре был отпущен под «честное слово» (это какая же «жестокая» была страна! — разве такой мягкий режим мог устоять против напора гнусных лжецов и жестоких разбойников?!). Затем, после известных событий 1905 года, организованных из-за океана, Семашко был отправлен в Швейцарию для обучения методам медицинского воздействия для разрушения физиологии и психики Homo sapiens. Там же он вначале познакомился со своими единокровниками Троцким, а спустя некоторое время и с Лениным.

В августе 1907 года как активный агент он был делегатом Штутгартского конгресса 2-го Интернационала от Женевского медицинского центра переподготовки Ордена, прикрывавшегося вывеской «Большевистского заграничного центра».

Через год от этого центра отпочковался — под той же вывеской — центр переподготовки медперсонала в Париже, который возглавил Н. А. Семашко. Он же разработал курс домедицинской подготовки будущих руководителей партии в известном учебном зарубежном центре для РСДРП под названием «партийная школа в Лонжюмо»; читал курс лекций, приобретая большое количество нужных слушателей.

Свою работу Семашко проводил и на 6-й Пражской конференции РСДРП в 1912 г. и в 1913 г. в Сербии и Болгарии. С началом Первой мировой войны был интернирован. Но так этот человек избежал мобилизации в русскую армию в качестве военного врача, а проще говоря, дезертировал.

Особый период жизни у него начался в связи с государственным переворотом в 1917 году.

Однако сам Семашко считал, что новая власть на первом этапе его слишком низко оценила, назначив всего лишь заведующим медико-санитарным отделом Моссовета.

Но далеко за океаном так не считали. Там тщательно отслеживали подготовленных садистов-врачей, каковым являлся и Семашко (…после Второй мировой войны в нашей печати и литературе стало гулять имя фашистского врача Йозефа Менгеле, совершавшего изуверские опыты над заключенными концлагерей. Судя по всему, это имело место. Но Менгеле было у кого учиться: школу фашизма привили нашим людям, воспитав из них садистов, еще во второй половине XIX — в первом десятилетии XX вв.; и которые с успехом применяли свой чудовищный опыт во втором десятилетии XX века; руководителем же и основателем этого направления в советской медицине был Семашко. О чем советские историки, как всегда, не подозревают…).

В июле 1918 года Николая Александровича вызвал к себе Троцкий и сразу же сказал:

— Вы будете заниматься тем, чем вам будет приказывать заниматься наша партия. Отправляйтесь к Ленину и ознакомьтесь с постановлением СНК о назначении вас наркомом здравоохранения.

В этой должности Н. А. Семашко проработал до 1930 года.

Под его руководством были заложены основы советского здравоохранения, созданы системы охраны (разрушения!) материнства и младенчества, охраны (уничтожения!) здоровья детей и подростков.

Это на выделенные Орденом средства были созданы ряд специальных НИИ, занимавшихся созданием бактериологического, генетического оружия; выведены были новые формы чумы, сибирской язвы и прочие чудовищные заболевания, которые разрушили психику и физиологию русского человека.

Сам же Семашко занимался профессорско-преподавательской деятельностью в этих институтах. Совместно с органами НКВД и ОГПУ он участвовал в так называемой борьбе с беспризорностью. Да, вначале их расплодили, как подопытных кроликов, а после отправили на лесоповал и на рудники в качестве зэков; и это называлось борьбой с беспризорностью! Немалая часть этих подростков, оставшихся в результате развязанной Орденом Гражданской войны, не без помощи Семашко попали под влияние АРА — филиала Ордена на территории советской России.

После чего эти подростки исчезали навсегда. Над некоторыми из них в закрытых центрах по подготовке международных террористов проводили садистские опыты, из некоторых готовили убийц. (А врачом-садистом, пугалом в глазах мировой общественности стал лишь один гитлеровец Менгеле…)

По окончании Второй мировой войны Семашко, уже находясь в преклонном возрасте, как коммунист, заслуживший персональную пенсию и иные льготы, все не мог спокойно усидеть на подмосковной даче. Он рвался на передний край — и добился своего: был назначен директором Института школьной гигиены Академии педнаук РСФСР, где и применял свои знания с целью дальнейшего разрушения психики подростков. Или, как утверждали, занимался формированием подрастающего поколения будущих строителей коммунизма; разве это не преступное извращение психики молодых людей?!

Одновременно он с 1947-го по 1949 г. курировал работу Института организации советского здравоохранения (стоит только вдуматься: в СССР существовали 1-я, 2-я, 3-я и т. д. советские больницы, подразумеваем: медицинские филиалы Ордена для разрушения физиологии и психики, в первую очередь, русского человека. Разве медицина, как наука о здоровье человека, может быть советской или какой-то иной?). В 1965 г. этот институт стал называться ВНИИ социальной гигиены и организации здравоохранения имени Семашко.

Как деятельный и верный агент Ордена, он до конца своих дней считал важным для себя вести общественную работу. Он инициировал создание Центральной медицинской библиотеки (1918 г.), Дома ученых (1922 г., Москва); в течение 9 лет, с 1927 г. по 1936 г., возглавлял редакцию «Большой медицинской энциклопедии»; был первым председателем Высшего совета по делам физической культуры и спорта. Это его заслуга — разрушение здоровья советских спортсменов и невозможность не то что восстановить здоровье, а хотя бы поддержать его, и как итог — нищета этих людей. Это ему должны быть «благодарны» выдающиеся советские спортсмены, на которых наживались руководители советского спорта и другие чиновники правительства. Спортсмены потеряли здоровье, но принесли славу советскому спорту и баснословные состояния тем, кто стоял у руля советского спорта.

За свои поистине выдающиеся заслуги (а кто скажет, что цели его звучали не благородно?) Н. А. Семашко был удостоен заслуженных дьявольских наград — ордена Ленина и ордена Трудового Красного Знамени.





 

Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Добавить материал | Нашёл ошибку | Наверх