«Бочаров ручей»


К появлению в аэропорту Николая Аксененко председатель правительства отнесся спокойно. Во всяком случае, так показалось. Поздоровался, обменялся репликами. Для непосвященных интриги не было. Ну и что? Журналисты же стали искать скрытый смысл во всем. И в факте появления Акcененко в «Бочаровом ручье» и в целях.

Повод был серьезный. Практически сразу после назначения Степашин «взбрыкнул». Он заявил, что готов подать в отставку, если ему не дадут сформировать собственный кабинет. Формировал, но в муках…

«Конституционное большинство», полученное Степашиным, настолько впечатлило Ельцина, что он не только поздравил премьера, но и пригласил его пообедать. Пользуясь случаем, Степашин вытащил подготовленный заранее список нового кабинета министров. Ельцин пробежал фамилии и небрежно вернул список.

Степашин понял, что ему определяют роль декоративного премьера. Ельцин с его мнением считаться не собирается».

Ощущение угрозы не покидало Степашина практически весь срок пребывания премьером. Оговорка президента, допущенная в разговоре с Селезневым, не давала покоя ни ему, ни аппарату правительства. Под какой срок закладываться? Насколько серьезно все это?

Пытаясь сгладить сделанную в разговоре с Геннадием Селезневым («Аксененко — премьер») оговорку уже при беседе со Степашиным и Аскененко, Борис Николаевич оговорился еще раз. Дескать, «не переживай, Николай. Сегодня он премьер, а завтра — ты. Поживем до осени, там видно будет». Бороться с потенциальными конкурентами Степашин не хотел (дело надо делать, а не заниматься интригами, только результаты влияют на оценку личностей), определив для себя формулу поведения — пока я председатель правительства, я буду исполнять эти обязанности как подобает. Аксененко же почувствовал себя уязвленным. С первых дней своего назначения он начал вести себя по меньшей мере нелепо, демонстрируя некую независимость. В многочисленных интервью он подчеркивал собственное особое мнение, которое не совпадало с мнением председателя. Несколько раз Степашин пытался в корректной форме поправить коллегу, но тот был прям, как железнодорожная шпала.

Но как бы то ни было, настроение у Степашина несколько испортилось. Разговора с глазу на глаз (Александр Волошин не в счет) с президентом могло не получиться.

Президент был выспавшийся и отдохнувший.

В течение первого дня была согласована структура кабинета министров, а также ряд ключевых фигур. Еще вылетая в Сочи, Степашин был намерен решить вопрос по двум, по его мнению, удачным кандидатурам. На пост первого заместителя премьера он хотел предложить Александра Жукова — председателя комитета Госдумы по бюджету.

Кандидатура Жукова президентом была отвергнута с порога (все, что хоть косвенно имело отношение к Госдуме, у Ельцина вызывало изжогу). Тогда Степашин предложил второй вариант — Михаил Задорнов становится первым вице-премьером и одновременно министром финансов. Президент согласился.

Но не принял ряд других кандидатур. Тем не менее Степашину удается назначить руководителем своего аппарата Андрея Черненко — заместителя министра внутренних дел.

После обеда президент прервал обсуждение. «Продолжим завтра. В пять».

Ситуация зависла до утра. Посетив премьера на госдаче номер два, он отравился на отдых.

Полдень Степашин, Волошин и Акененко встретили спящими в креслах. Президент в эту ночь бессонницей не мучился, а потому принял их только к обеду.

Начальник секретариата правительства мотался челноком от госдачи номер один к шифровальщикам, которые набирали на «красных» бланках новые указы.

Ситуация снова могла затянуться. Татьяна Дьяченко торопила: «Делайте все быстрей. Папа может лечь отдохнуть, тогда вы не улетите сегодня!»

Успели! К людям, с которыми работал его давний товарищ Евгений Примаков, Степашин относился с большим уважением. А поэтому около 70 процентов министров его кабинета составляли люди Примакова. Однако кое-кто его не устраивал. Не лично его, а интересы дела. Назначение после скандала со Скуратовым Николая Бардюжи (бывший секретарь Совета безопасности) на Государственный таможенный комитет было явно неудачным. Конечно, бывший глава погранслужбы был человеком авторитетным, профессионалом в своей области. Он, безусловно, понимал значение и роль таможни, но ее деятельность была значительно шире и сложнее… Бордюжа понял. Вместо него по инициативе Степашина был назначен Михаил Ванин — профессиональный таможенник. И хотя кое-кто считал эту кандидатуру неудачной (о таможне ходили разные слухи), Степашин остановился именно на нем. На должность министра внешней торговли был возвращен Михаил Фрадков. Министром по делам национальности назначен В. Михайлов.

На Пенсионный фонд назначается М. Зурабов. На первой встрече с ним Степашин осознает, что им была создана высокоэффективная система, позволяющая решить множество социальных проблем.

На одном из заседаний правительства Степашин поручает М. Зурабову рассчитаться по долгам с пенсионерами к 7 ноября. В октябре опальному Степашину позвонил председатель Пенсионного фонда: «Товарищ председатель правительства…» «Я не председатель», — перебил его Степашин.

«Товарищ председатель правительства, — словно не услышал поправки Зурабов. — Ваше поручение выполнено». Пенсии были выплачены раньше поставленного срока.

Хотя Ельцин согласился с предложением назначить вместо Жукова первым замом председателя правительства министра финансов М. Задорнова, буквально через несколько часов все перевернулось с ног на голову. Задорнова лишили поста министра финансов. И он объявил о своей отставке. Ельцин ее тут же принял.

Вакансия министра финансов осталась незаполненной. Через день на этот пост был назначен Михаил Касьянов. Ситуация была нелепой. Де-юре он был назначен, но де-факто Степашин еще хотел побороться за Михаила Задорнова.

И снова забарражировали слухи о неспособности Степашина назначить свое правительство. Расхожий термин о «слабости» раскручивался кремлевскими «пиарщиками». Примечательно, что после отставки Степашина В. Путин почти полностью сохранил состав правительства.

Но и здесь интриги нет. Просто в команду Степашина, за редким исключением помимо его воли, им были подобраны профессиональные люди.

И, зная их сильные и слабые стороны, он сегодня прекрасно осознает, какую ношу на свои плечи взвалил Владимир Путин. Впрочем, многие прежние завалы нерешенных проблем уже были разобраны. Будучи человеком последовательным, новый премьер, пришедший на смену Степашину, четко двигался по намеченного пути, согласно ранее подготовленному плану работы правительства. Он не отменил ни одной поездки, которые ранее стояли в плане Сергея Степашина.

Три месяца пребывания Степашина у власти были месяцами напряженной работы. И не только в Москве.

Приближались выборы, и необходимо было формировать выборные блоки. Президент размышлял. Степашин торопил. Вариантов было немного. Либо блок Лужков — Примаков, либо коалиция губернаторов. Первый вариант для Ельцина был просто неприемлем. По второму варианту надо было работать. Собственно, эту задачу и пытался решить председатель правительства во время своих многочисленных поездок по стране.

Более тридцати губернаторов идею коалиции поддержали. Но президент выжидал. Степашин организовывал встречу президента и пятнадцати губернаторов. Один из них в лоб задал вопрос: «Надолго ли правительство?» Ельцин от ответа ушел.

Ситуация, фактически созревшая, зависла на неопределенное время.

«Ранним утром, пугая редких прохожих, президентский кортеж промчался в Кремль. Ельцин экстренно вызвал секретаря Совета безопасности, директора ФСБ Владимира Путина и сообщил, что назначает его премьер-министром вместо Степашина. Путин робко возражает, но Ельцин давит на него, ссылаясь на нерешительность Степашина и на серьезную ситуацию в стране. Получив согласие Путина, говорит о необходимости действовать жестко, вплоть до введения в случае необходимости ЧП и роспуска Госдумы, компартии.

Вслед за Путиным вводят Аксененко, первого вице-премьера. Они переглядываются с Волошиным: мол, дело сделано. Затем на ковер вызывают Степашина. Аксененко уже увели, в кабинете, кроме президента, только Волошин и Степашин. Сергей Вадимович, конечно же, догадывался, с чем связано это неожиданное приглашение, и не собирался складывать руки.

— Вы исполняли обязанности председателя правительства, теперь займитесь Совбезом, — угрюмо бросил президент. — И вообще, не осадили Лужкова, не отрезали блок «Отечество» от губернаторов и Примакова.

— Я не исполнял обязанности, — возразил Степашин, — я был председателем правительства.

— Что вы там бормочете?! — не сдержался хозяин кабинета.

— Я не бормочу, а говорю о том, что сделано, — возразил премьер, напомнив о своей работе с Ельциным в 1990 году, в 1993-м, о том, что делается сейчас.

Б. Н. попросил Волошина выйти, и они еще час говорили один на один.

— Ладно, — заключил Ельцин и подчеркнул, что впервые в жизни отменяет свое решение. — Езжайте по регионам, укрепляйте связь с губернаторами. Поговорите с Титовым, Горячевым, Шаймиевым, убедите отказаться от союза с Лужковым. А там видно будет…»

Но это была лишь отсрочка.



Примечания:



2

Андрианов В., Черняк А. «Одинокий царь уходит». Кн. 3.— М. 2000.





 

Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Добавить материал | Нашёл ошибку | Наверх