4

Третья докладная записка кол. асесс. Б. К. Алексеева была отправлена 11 (24) ноября 1910 г. Асессор писал:

«Имею честь почтительнейше донести вашему превосходительству нижеследующее.

Некоторые исследователи масонского вопроса высказывали убеждение, что масонство представляет собою великую сплоченную организацию, которою двигает единый руководитель. Бесчисленные факты последних лет показали, что это убеждение не соответствует вовсе истине. Сплоченность и единство масонства существовали в самые ранние годы его расцвета, после чего произошел целый ряд расколов. В настоящее время „всемирного“ масонства нет; существуют три вполне определенные и разграниченные ветви масонства, играющие каждая свою роль в мировой политике. Эти три ветки - англосаксонское масонство, французское (или латинских стран) и германское - не только не объединены между собою, но находятся даже с 70-х годов во враждебных отношениях. Масонский орган „ľAcacia“, издаваемый одним из видных деятелей французского масонства - масоном высшей 33-й степени Шарлем Лимузеном (Limousin), {62} пишет 12(25) мая 1906 года, что Лимузен употребляет особые старания, „чтобы положить конец печальным недоразумениям, которые поссорили французских масонов с масонами Германии, Англии и Америки. Рознь с этими последними поднимает интересные вопросы, в курс которых необходимо ввести французских масонов, чтобы они познали значение Ордена на земном шаре, а также и трудности единения“. Рознь отдельных ветвей масонства заключается главным образом в различно трактуемых вопросах о Боге и в той или другой мере вмешательства в политику.

Англосаксонское масонство отстранилось от французского с тех пор, как это последнее уничтожило в своей конституции „Великого Архитектора Вселенной“, то есть идею творца-Бога. Рознь усилилась, когда французские масоны произвели в полном смысле слова политический захват своей страны. С этих пор, несмотря на все усилия французских масонов, - масоны Англии, не оправдывающие „политики своих соседей“, категорически отказываются от всякого слияния с ними. После войны 1870-1871 гг. произошло разъединение масонов Франции и Германии. В настоящее время французские масоны ведут деятельные переговоры с масонами Германии в смысле тесного объединения, но результатов переговоры эти пока не дали. Три главные прусские ложи, преданные императору, упрекают французское масонство в измене первоначальным принципам союза, то есть, иначе говоря, в неверии и в ведении недопустимой в ложах политики. Вряд ли состоится какое-либо соглашение между германским и французским масонством, тем более, что германские ложи поставили (говорят, по желанию императора) условие, чтобы французские масоны добились установления „entente cordiale“. Так или иначе, в настоящее время существуют три разрозненные отрасли масонства. Английское масонство имеет своим верховным начальником короля и представляет собой верную опору Великобританской монархии. Германское масонство, три главные ложи которого преданы династии Гогенцоллернов и помогают императору упрочивать свою власть во всех немецких княжествах, и, наконец, масонство латинских стран, главным {63} руководящим очагом которого является „Великий Восток“ Франции, преследующий одну интернациональную цель: установление всемирной республики. Еще до Великой французской революции французское масонство выставило три цели: уничтожение монархии, уничтожение церкви и разрушение границ (то есть всеобщее разоружение, уничтожение армии и тому подобное). Первая цель во Франции достигнута; отделение государства от церкви подвинуло вторую цель; усиленно проповедуемый антимилитаризм (знаменитое „affaire de fiches“) подрывает престиж армии… Но „Великий Восток“ Франции не довольствуется своей страной и деятельно ведет пропаганду своих разрушительных идей и в других государствах. Насколько успешно ведется эта пропаганда, можно судить по последним событиям в Португалии, Турции и Персии. О роли, сыгранной в этих странах масонством, говорят, не скрывая этого, сами масоны. 22 октября н. ст. 1909 года „ Великая ложа“ Венгрии (примыкающая к „Великому Востоку“ Франции) принимала в Будапеште младотурок турецкого посольства, в честь которых были произнесены речи. Великий мастер венгерской ложи в своем приветствии заявил: „Мы слишком хорошо знаем, что тирания уничтожена лишь благодаря заслугам турецких масонов“. В ответной речи Киазим-Намик-бей отвечал: „Мы никогда не забудем, что именно из масонских лож брызнула искра, которая зажгла порох…“ Далее венгерский публицист масон Сасвари говорит: „Именно у вас (в Турции) масонство достигло того успеха, который будет вечно одним из самых красивых венков его славы“. Наконец, Риза-Тефик-бей подтверждает, что „младотурецкий комитет с первого дня своего существования проникся великим масонским духом, который борется с предрассудками и который объединяет различные расы во всеобщем стремлении всего человечества. Этот комитет сформировал в Турции целую армию свободомыслящих (libres-penseurs). Он энергично шел на приступ здания, проеденного деспотизмом, подточенного микробами обскурантизма“. В июне 1910 года другая младотурецкая делегация была принята „Великим Востоком“ Франции и заявила, что недавно основанный „Великий Восток“ Турции {64} рассчитывает на „Великий Восток“ Франции в деле завершения великих реформ, предпринятых младотурками. В том же заседании масон Комбо (Combaut), профессор медицинской школы в Тегеране и мастер тегеранской ложи, работающей под большой тайной, произнес речь о положении масонства в Персии.

„Персия, - говорил он, - находится в критическом положении благодаря руководительству страны русскими. Франция, связанная, к сожалению, с Россией обязательствами, которые ей теперь вовсе не улыбаются, - не может, вследствие дипломатических соображений, прийти Персии на помощь. Вот почему либеральная и масонская Персия обращает свои взоры на Турцию, прося оказать существенную помощь“. „Тегеранская ложа одна совершила персидскую революцию“, - заканчивает Комбо свою речь, прося в дальнейшем помощи от „Великого Востока“ Турции. Этими выборками из речей не ограничиваются, конечно, доказательства о роли масонства в событиях новейшего времени, но и эти выборки, мне кажется, достаточно характерно рисуют эту роль.

По отношению к России „латинское“ масонство держится, как я уже умел честь докладывать раньше, с удвоенной законспирированностью. „Великий Восток“ Франции сознает, что пропаганда масонства в России сопряжена с большой опасностью, но это не останавливает его, а только заставляет действовать с крайней осторожностью. Что же касается до отношения „Великого Востока“ к русской монархии или к русскому правительству, то отношение это, несомненно, отрицательное. В 1896 году масонский орган „Revue Maçonnique“ выражал пожелание, чтобы „масонство нашло бы, наконец, в России гостеприимную страну. До сих пор оно не было разрешено в этой стране, и если кто-либо из верных поклонников Хирама захотел бы посадить там чтимую ветвь акации, то у него было бы много шансов быть отправленным в сумрачный Восток сибирских копей, в тот ад, где заживо погребено столько благородных жертв“ (Revue Maçoniuque. 1896. Окт. С. 220). Тогда же высказалось масонство и по поводу приезда его императорского величества во {65} Францию: „Немного более хладнокровия в народных манифестациях, которые встретили царя, - ничему бы не повредило…“ (Ibid. С, 218) „Дворцовые поцелуи рук отдались в символические головы Республики так, как будто бы Республика - по крайней мере на одно мгновение - оказалась забытой покойницей…“ (Ibid. С. 220). Наконец, масонство высказалось и по поводу самого франко-русского сближения, находя его нежелательным „вследствие политического и социального положения другой договаривающейся стороны“ (Revue Maçonnique. 1897. Авг. С. 18).

Первые упоминания о существовании в России масонских лож относятся, по-видимому, к 1903 году. В годовом отчете за этот год „Великого Востока“ Франции сказано: „Те несколько лож, которые существуют в России, изолированы и скрыты от взоров“ (С. 284). Вряд ли ложи эти проявляли какую-либо активную деятельность и представляли из себя серьезную организацию. Около 1905 года начинается посвящение „Великим Востоком“ русских и причисление их к французским ложам. 13 мая 1905 года были приняты в масоны Иван Лорис-Меликов, врач; Георгий Гамбаров, профессор гражданского права; Михаил Тамамшев, „chargé de cours à ľEcole russe des Hautes Etudes“; покойный Александр Трачевский, профессор и историк, и Александр Амфитеатров. Немного позднее, 17 июня 1905 года, был принят Евгений Васильевич Аничков - профессор по истории литературы, а 8 июля 1905 года - член первой Государственной думы - Кедрин. Кедрин был принят в ложу „Les Rénovateurs“, а остальные принадлежали, по-видимому, к ложе „Cosmos“. 30 января 1906 года эта последняя ложа возвела Лорис-Меликова, Гамбарова, Тамамшева, Трачевского, Амфитеатрова и Аничкова в 3-ю степень „мастера“. Этими лицами не ограничивается, конечно, число русских, посвященных в масоны: стоит только внимательно прочитать имена 30 000 масонов, заключающиеся в „Масонском репертуаре“, изданном антимасонской ассоциацией, чтобы натолкнуться еще на других русских масонов. Там находятся имена: Ходоровский (механик), Дмитрий Дубников (лирический артист), Ивановский (скульптор), Керков (?) {66} (промышленник), профессор Ковалевский, Краснов отец (комиссионер) и сын (инженер), Левидов (издатель), Райский (фабрикант), Розанов, Стойков (студент-медик), Трирогов (инженер в Алжире), Вильбушевич (публицист), Вырубов (литератор), Зелинский (врач). Любопытно отметить, что в этом „репертуаре“ встречается большое количество типично армянских имен: Агвинов Эмилий (артист), Аранджан, Арутиньян, Багадариан (профессор), Мисаак, Багдассариан (студент-медик), Рубен Бербериан (литератор), Назарен Дагавариан (врач), Яникиан (аптекарский ученик), Карекин (?), Медзадуриан (инженер-агроном), Меликиан (врач), Вагарчек Месробиан (аптекарь), Мецбуриан (служащий по торговой части), Микаелиан (ювелир-комиссионер), Тер-Микаелиан (в Ницце), Гавриил Сетиан (врач), Цулалиан (студент в Монпелье) и упомянутые выше Лорис-Меликов, Гамбаров, Тамамшев. В смысле „русских“ масонов „Repert. Маc.“ далеко не полный, так как он составлен на основании разных документов и изданий, не трактующих специально о России, как вообще ни о каком другом государстве, кроме Франции.

Все остальные мои сведения крайне обрывочны и сводятся к следующему.

5 августа 1906 года масон Баро-Форлиер (d-r Barot-Forliére), оратор ложи „Работа и Совершенствование“ в Анжере, произнес речь, которую закончил внесением некоторых пожеланий: 1) „адрес распущенной Думе, мученикам и героям русской независимой мысли, которые ежедневно борются и умирают за свое дело“, и 2) „выражение сожаления французскому правительству по поводу согласия последнего на русский заем и по поводу воздержания со стороны парламента от официального признания Думы“. Наиболее интересное из имеющихся у меня сведений касается приема 7 (20) сентября 1906 года Кедрина „Великим Востоком“. Я позволяю себе представить вашему превосходительству целиком весь номер антимасонского журнала, в котором подробно описывается прием, оказанный Кедрину, и произнесенные на собрании речи. По этим речам можно судить о {67} взглядах „Великого Востока“ на русское правительство, которое французские масоны называют „стыдом цивилизованных наций“. Все эти речи - грубого, памфлетного характера - комментарий не заслуживают, и я позволю себе лишь обратить внимание вашего превосходительства на речь Великого Оратора Великой Ложи Франции (С. 142. Стб. 1).

„…Нам вменяется в долг не только поощрять русских, которые страдают от давящей их тирании, но еще и доставлять им средства победить деспотизм…“ Если сопоставить эту последнюю фразу с извещением о том, что 7 мая 1907 года масон Лейтнер дал в ложе „Правосудие“ отчет о своей поездке (délegation) в „Комитет оказания помощи русским революционерам“ (Bull. Mac. 1907. 4 мая), - то можно усмотреть, что фраза Великого Оратора не осталась без выполнения, и что „Великий Восток“ тем или иным образом помогает русскому революционному движению. У меня нет данных утверждать, что оказываемая помощь существенна, но, принимая во внимание, что радикальное большинство „Великого Востока“ сменяется в настоящее время большинством социалистическим и что на некоторых социалистических конгрессах (например, на конгрессе 1 (14) октября 1906 года в Бург де-Пеаге) выставлено требование, чтобы все масоны-социалисты во всех вопросах, обсуждающихся в ложах, „имели прежде всего в виду высшие интересы международного социализма“, - то в недалеком будущем можно ожидать от „Великого Востока“ Франции самого широкого содействия противоправительственным планам русских революционных элементов. Что же касается настоящего времени, то по многим признакам „Великий Восток“ уже пошел по этому пути, держа все свои решения и действия в строжайшей тайне.

Подобные ультрасекретные решения известны крайне ограниченному числу масонов, составляющих особый руководящий синклит. Руководителями являются масоны, достигшие крупного общественного положения, - главным образом депутаты и сенаторы. Исполнительным органом их и тайной их канцелярией является главный секретариат „Великого Востока“, в котором сосредоточены все нити масон-{68}ской политики. Заведующий секретариатом - главный секретарь - есть главное лицо активного масонства, посвященное во все тайны и хранящее у себя наиболее секретные документы. Уже несколько лет главным секретарем „Великого Востока“ состоит Нарцисс-Амедей Вадекар, которому и поручено, между прочим, хранение всей переписки, касающейся России и русских масонов. За пределы секретариата никакое секретное дело не переходит.

Я позволю себе теперь снова перейти к Association Antimaçonnique, а в частности к аббату Турмантэну.

Как я уже имел честь сообщить в предыдущем донесении, одним из наиболее крупных успехов, достигнутых антимасонской ассоциацией, было разоблачение в конце 1904 года системы доносов, практикующейся секретариатом „Великого Востока“ с целью дискредитирования офицеров-немасонов (так называемое affaire de fiches). Система эта была организована адъютантом военного министра Андрэ - капитаном Моленом, который получал через секретариат „Великого Востока“ десятки тысяч диффамирующих католическое офицерство сведений, каковыми руководствовался сам министр. Получаемые из всех лож сведения сосредоточивались у Вадекара, причем вся эта организация держалась в абсолютной тайне от всех масонов. К этому времени Вадекар собирался покинуть пост секретаря „Великого Востока“, так как ему было обещано Комбом (также масоном) место директора какого-то государственного здания. Кандидатом на место Вадекара был его ближайший помощник (Secrétaire Adjoint), Иван Бидеген (Bidegain), поставленный уже в курс всех тайных операций секретариата. Аббат Турмантэн давно уже выслеживал пресловутую систему доносов и после долгих разговоров перетянул на свою сторону Бидегена, который вручил аббату все компрометирующие „Великий Восток“ документы. Было решено выждать наиболее удобного случая и разоблачить все это дело с парламентской трибуны при содействии одного из видных антимасонских депутатов. Выбранный для этой цели депутат Гюйо де Вилленев не смог, однако, держать дело в абсолютной тайне, и пришлось выступить с разоблачением несколько ранее намеченного {69} момента. Впечатление получилось потрясающее, и министерству Комб-Андрэ пришлось подать в отставку; к сожалению, масонство успело оправиться до выборных агитаций и таким образом спасло себя от полного разгрома. После этого значение аббата Турмантэна, как антимасонского деятеля, поднялось донельзя. Любопытно, что сами масоны, клеймя аббата всячески, признают успешность его работ и его удивительную осведомленность. Известный масонский деятель Освальд Вирт (Wirth), редактор масонского органа „Lumiére Maçonnique“, говорит про аббата Турмантэна: „Он относится с похвальной честностью к своим разысканиям и всячески остерегается клеветы, ошибок и лжи, которые распространяются на наш счет… Он возымел честолюбие изучать масонство научно, базируя лишь на документах, признанных достоверными. И вот, он прибегает с той поры к поразительным хитростям, чтобы выманить наши тайны, выдвигая антимасонизм на высоту увлекательного спорта…“ (Lumiére Maçonnique. 1910. Сент. С. 123). Редактор другого масонского органа - „Acacia“ - Лимузен заявляет про того же аббата Турмантэна: „Несомненно, он очень хорошо осведомлен. Мы прибавим, что это приносит нам пользу, так как именно посредством его органа „ La Franc-Maçonnerie demasquée“ мы ознакомливаемся с секретными циркулярами, посылаемыми советом ордена начальникам лож". (Acacia. 1906. Июль-авг. С. 33). В другой раз, по поводу одной статьи, помещенной в „ La Franc-Maçonnerie demasquée“, - тот же Лимузен говорит, что статья эта „могла подать повод конкурентам г. Турмантэна в антимасонстве… обвинить его в том, что он пришел в неприятельский лагерь и сделался, несмотря на видимость, официальным органом „Великого Востока…“ Это объяснило бы, может быть, обилие сведений, находящихся в „Franc-Maçonnerie demasquée“ (Acacia. 1906. Дек. С. 343). Далее Лимузен уже переходит в серьезный тон: „Именно благодаря „Franc-Maçonnerie demasquée“ мы регулярно узнаем о тайных делах масонства. Этот журнал продолжает публиковать подробный отчет (протокол) конвента „Великого Востока“ 1906 года. Очевидно, протокол этот составлен не из „шикарного“ материала: он содержит тексты {70} документов. Является действительно непонятным, что совету ордена и администрации не удается раскрыть, кто же эти братья, так хорошо осведомленные, которые дают сведения аббату Турмантэну… Нельзя допустить и объяснить себе, что… совет ордена не может еще, несмотря на старания… узнать, по крайней мере, нескольких из этих неверных братьев, которые продают нас клерикалам за 30 сребреников… (Ibid. С. 388-389). Подобных цитат можно привести множество; в большинстве из них имя аббата Т. сопровождается далеко не лестными эпитетами. Вышеупомянутый О. Вирт упрекает его даже в безнравственности: „Постарайтесь-ка дать понять аббату Турмантэну, - пишет Вирт, - всю безнравственность его знаменитого „Repertoire Maçonnique“, содержащего 30 000 имен масонов Франции и колоний, почерпнутых в архивах и делах (иначе говоря, посредством доносов) антимасонской ассоциации…“ (Lumiére Maçonnique. 1910. Сент. С. 123). Несмотря, однако, на свою ненависть к аббату Т., масоны бессильны причинить ему какой-либо вред. Бидеген, человек, несомненно, умный и компетентный, сказал мне, что масоны очень хотели бы избавиться от аббата Т., но… они уже опоздали это сделать. Теперь Т. настолько известен всем и каждому, что всякая случившаяся с ним беда будет немедленно же приписана масонам - его единственным злейшим врагам - и причинит не меньший скандал, чем „affaire des fiches“. В 1906 году „Великий Восток“ попытался все-таки добраться до аббата Т. и его потайных ящиков. Наиболее влиятельные масоны настояли, чтобы правительство от себя, под благовидным предлогом, произвело бы обыск у Т., - но так как этот последний был предупрежден своими агентами за несколько месяцев до обыска, то он успел спрятать все те документы, до которых добирались полицейские чины, специально набранные из масонов. В настоящее время „Великий Восток“, отчаявшись в своих попытках раскрыть агентов Турмантэна, озабочен лишь тем, чтобы скрыть от возможно большего числа лиц секретнейшие документы и огородить себя от какого-либо разоблачения, подобного „affaire des fiches“. Кстати - о последнем деле сейчас снова говорят. Дело в том, что {71} главным защитником масонства в этом деле выступал в парламенте один из крупнейших масонских деятелей - депутат Антуан-Баптист-Луи Лафферр. При последней смене министерств этот Лафферр назначен министром работ; назначение это представляет собою уступку масонскому влиянию и сильно критикуется. На одной из главных улиц центра (Boulevard des Italiens) выставлена даже громадная карикатура, изображающая Лафферра на арене; он тащит за веревочку корзинку, переполненную „fiches“, над которыми возвышается имя Вадекара; вдоль арены - ряд рукоплещущих еврейских лиц… Таким образом, шестилетняя давность не предала это громкое дело забвению.

Представляя при сем номер журнала „La Franc-Maçonnerie demasquée" от 10 мая н.ст. 1907 года, в котором находится вышеупомянутая статья (Choses de Russie. С. 139-143) о приеме Кедрина „Великим Востоком“ Франции, я позволяю обратить еще внимание вашего превосходительства на те несколько строчек, которые предшествуют протоколу масонского заседания, и на воззвание к его императорскому величеству государю императору, помещенное в виде „открытого“ письма на 143 странице журнала. Как во вступительных словах, так и в воззвании - ясно выражено отношение антимасонской ассоциации, в лице аббата Турмантэна, к августейшему монарху и к России. „Мы никогда не скрывали и не будем скрывать, - начинает аббат Т. свою статью, - наших симпатий к царю. Когда мы видели его проезжающим по улицам Парижа, мы приветствовали эту манифестацию франко-русского союза, столь антипатичного масонству. Его власть, его жизнь выслеживаются тайными обществами; по мере возможности, мы будем продолжать разоблачать деяния и замыслы, направленные к тому, чтобы парализовать поступок властителя, который любит свой народ“. Что же касается до воззвания, то в разговоре со мной аббат Турмантэн заявил мне, что с его стороны было крайне наивно думать, что его смиренное письмо сможет дойти до его величества, - но что он был бы страшно счастлив, если бы это произошло. У него есть знакомый, который, как говорит аббат, состоит при императорском дворе; знакомый этот {72} передавал ему, что государь лично очень интересуется масонским вопросом и даже знает его, аббата, по имени.

Докладывая о всем вышеизложенном вашему превосходительству, - имею честь почтительнейше присовокупить, что переговоры мои с аббатом Турмантэном выльются на днях в определенную форму, после чего я не премину немедленно же представить их на благоусмотрение вашего превосходительства».





 

Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Добавить материал | Нашёл ошибку | Наверх