Две могилы

Это было в первый год войны, осенью, в ясный, погожий день, когда так хорошо выбежать на улицу, всю в золоте от опавших липовых листьев. Но я вынужден был сидеть в хате. В соседние деревни — Коновку, Паровивку, Теплые — приехали немецкие карательные отряды. У нас, в Хворостянах, карателей еще не было, но и здесь с тревогой и страхом ожидали их. Стрельба слышалась со всех сторон. Ходили слухи, что немцы расстреливают каждого, кого застанут за околицей. И моя мать, озабоченная, бледная, почти ежеминутно повторяла:

— Смотри не выходи никуда… А то сам знаешь…

Умирать я не хотел, а потому и не противился матери. Не отходя от окна, я все время глядел вдаль и готов был залезть под печь или зарыться в постель, как только покажутся немецкие разбойники. Но дорога была пустынна.

Первых немцев я заметил издалека, едва они показались на велосипедах из-за горки. Я хотел уже спрятаться, но меня заинтересовали две детские фигурки, которые маячили рядом с велосипедами. Вскоре я разглядел двух немцев в касках. Они ехали, низко пригнувшись, быстро, след в след, а за первым велосипедом бежали два малыша из деревни Теплые. Лица у них были в синяках, в подтеках грязного пота. Глаза вылезали на лоб. Они беспрерывно лизали языками пересохшие губы. Задний немец подгонял их, и они не отставали от первого велосипеда.

Немцы свернули к лесу. Вскоре оттуда послышалось два сухих выстрела.

— Неужто тех малышей? — со слезами заломила руки мама.

Назавтра, когда немцы куда-то исчезли, родители нашли своих детей в лесу мертвыми. Их везли на телеге через нашу деревню. Все высыпали навстречу. Матери убитых ехали на той лее телеге и голосили. Я шел рядом, и слезы катились у меня из глаз. Тела убитых были прикрыты белой простыней, и я не мог их разглядеть. Матери склонялись к сыночкам и, поливая простыню слезами, приговаривали:

— Намозолили вы глаза разбойникам… За что же они вас?.. Нет в них ничего человечьего.

Похоронили их на том месте, где нашли убитыми, и поставили два креста.

Я часто хожу на эти могилки, и перед моими глазами отчетливо встают те жуткие картины.

Они погибли смертью невинных, не дождавшись светлых дней.

Саша Мукгоров (1930 г.)

г. Минск, 2-й Р. Люксембург пер., д. № 11.





 

Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Добавить материал | Нашёл ошибку | Наверх