Немесида, эринии, керы

Словно ропот моря в час тревожный,

Словно плач потока, что стеснен,

Там звучит протяжный, безнадежный,

Болью вымученный стон.

Мукой исказили сь лица.

В их глазницах нет очей. Разверстый рот

Изрыгает брань, мольбы, угрозы.

С ужасом глядят они сквозь слезы

В черный Стикс, в пучину страшных вод.

Фридрих Ши ллер (пер. В. Жуковского)

Среди порождений извечной Ночи (Никты) была великая ее дочь Немесида (Божественное возмездие), карающая каждого, кто нарушает установленный богами порядок, за неумеренность желаний, чрезмерное счастье или богатство. Она могла принимать тысячи самых различных обликов. Обычно ее мыслили с крыльями – признаком быстроты наказания, с весами, определяющими меру вины, с уздечкой и мечом или плетью. На статуях Немесида изображалась с согнутой в локте рукой. Локоть был у греков единицей меры, и изображение, таким образом, указывало, что меру не следует превышать. Немесиде принадлежала колесница, запряженная грифонами – чудовищами с львиным туловищем и орлиными головами.

Сестры Немесиды эринии, называвшиеся также эвменидами (благосклонными) [67], семнами (досточтимыми), потниями (могущественными), относились к числу древнейших, доолимпийских божеств. Число их было первоначально неопределенным. Позднее их свели к трем и дали имена Алекто, Тисифона, Мегера, наделили обликом крылатых демонов со змеями в волосах, с бичами или орудиями пыток в руках. Их голоса напоминали и рев скота, и собачий лай. Обнаружив преступника, они его преследовали неотступно, как гончие псы.

Досточтимыми, благосклонными эринии выступают применительно к герою раннего поколения Эдипу, убившему, того не ведая, родного отца и женившемуся на родной матери. Они дают ему успокоение в своей священной роще. Здесь эринии осуществляют справедливость. Чаша мучений Эдипа переполнилась через край. Он уже сам ослепил себя за невольное преступление, а оказавшись в изгнании, страдал от эгоизма сыновей.

Как защитницы справедливости и правопорядка, эринии гневно прерывают пророчества коней Ахилла, вещающих о его скорой гибели, ибо не лошадиное это дело заниматься вещанием. Когда Солнце выходит за свою колею и грозит миру гибелью, эринии заставляют его вернуться на свое место.

Они карают за неумеренность, заносчивость, персонифицированную в абстрактном понятии «гордыни», когда человек берет на себя чересчур много: он чрезмерно богат, не в меру счастлив, слишком много знает. Рожденные этикой родового общества, эринии в своих деяниях выражают присущие ему уравнительные тенденции. В позднюю эпоху, когда распространяется рабство и возникает государство, эринии загоняются в подземный мир, превращаются в его обитательниц и исполнительниц назначенных душам мук. На земле им больше нет места.

К эриниям были близки керы, демонические существа, дети богини Никты, снующие среди битвы, волокущие и приканчивающие раненых, увлекающие окровавленные трупы. Так же как эринии, керы связаны с судьбой. Именно их, согласно Гомеру, Зевс взвешивает на золотых весах, определяя судьбу троянцев и их противников данайцев (ахейцев) [68].

Зевс распростер, промыслитель, весы золотые: на них он
Бросил два жребия смерти, в сон погружающих долгий, –
Жребий троян конеборных и меднооружных данайцев[69].

Призрак друга Ахилла Патрокла, явившийся к нему во сне, объясняет, что он был поглощен своей собственной керой, которая получила его в миг рождения. Таким образом, кера мыслится демоническим существом, которому вручается нарождающаяся жизнь, и Зевс, взвешивая кер, по их тяжести определяет, кому суждена жизнь и кому смерть.

У трагических поэтов на смену керам как «множеству» приходит демон смерти Танат (дословно: смерть), исполняющий волю божеств судьбы [70].


Примечания:



6

Океан – река, омывающая земную сушу и вообще первоначальные воды, воплощение Хаоса и сам Хаос. Слово имеет неиндоевропейское происхождение. Образ Океана, скорее всего, сложился под влиянием космогонии древнейшей в Месопотамии культуры Шумера.



7

Крон (Cronos) – представитель первого поколения богов, ради сохранения власти над миром уничтоживший собственное потомство. В орфической религиозной традиции примирился со своим сыном Зевсом и как добрый царь мирно правил Блаженными островами. Соответствует этрусскому богу Сатре, римскому Сатурну. Ошибочно отождествленный в древности со словом chronos (время), мыслился символом неумолимого времени.



67

Идентичность эриний и эвменид явствует не только из трагедии Эсхила "Эвмениды", но и из сообщения Павсания о принесении тем и другим в жертву суягной овцы, что позволяет видеть в них богинь плодородия.



68

Взвешивание душ – один из элементов древнеегипетских представлений о смерти и загробном царстве. Оно было распространено и в ахейском мире, который описывает Гомер. В шахтовых гробницах Микен второй половины XVI в. до н. э. найдена модель золотых весов в виде коромысла с двумя чашечками. На кипрском сосуде в слое, датируемом XIII в. до н. э., обнаружен сосуд с изображением человеческой фигуры с весами. Одно из созвездий, известное грекам с древнейших времен, называлось Весами. В микенском линейном письме Б знак весов употреблялся в качестве идеограммы для обозначения понятия меры веса (талант). Естественно, весы стали сначала частью жизни, а затем мифологемой.



69

Гомер, "Илиада", 8, 69-71, пер. Н. Гнедича.



70

В "Илиаде" Танат фигурирует как брат Гипноса (Сна), и эту генеалогию воспроизводит Гесиод, называя Таната и Гипноса сыновьями Никты. Как мифологический персонаж Танат впервые появляется на театральной сцене в не дошедшей до нас трагедии Фриниха "Алкеста", а затем в сохранившихся фрагментах трагедии Еврипида, где его похищает Сизиф.





 

Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Добавить материал | Нашёл ошибку | Наверх