Глава пятая

ТРОЯНСКИЙ КОНЬ ПО ИМЕНИ ООП

Могут ли они измениться?

Люди Запада приучены к компромиссам, и им трудно поверить в то, что стремление к ликвидации Израиля вовсе не является временным "интересом" ООН или преходящей "тактикой" этой организации. Им трудно понять, что стремление уничтожить Израиль представляет собой самую суть ООП, единственный смысл ее существования. Именно в этом состоит различие между ООП и арабскими странами; даже теми из них, чье политическое руководство придерживается самых радикальных идеологических концепций. Правители Ливии и Ирака не считают, что национальное существование их государств находится в прямой зависимости от уничтожения Израиля. Ни одно арабское государство не определяет себя через идею уничтожения Израиля. Но ООП – это Организация освобождения Палестины. Освобождения от чего? От присутствия там "сионистского образования". ООП определяет себя через идею уничтожения Израиля, она полностью подчинена этой цели, и без нее Организация освобождения Палестины перестанет существовать.

Если бы правительства Запада действительно захотели подвергнуть ООП экзамену на политическую вменяемость, они должны были бы потребовать однозначных доказательств того, что эта группировка перестала быть Организацией "освобождения Палестины". Им следовало бы потребовать официальной отмены "Палестинской хартии", убедительного отказа от Поэтапного плана, полной ревизии всех тех решений ПНС и исполкома ООП, которые декларируют необходимость уничтожения Израиля. Им следовало бы также добиться расформирования террористической структуры ООП под надлежащим международным контролем. Искренность своих миролюбивых намерений ООП должна была бы доказать с помощью прекращения ядовитой антиизраильской пропаганды. Противодействие абсорбции палестинских беженцев в арабских странах также должно было бы прекратиться.

Но эти основополагающие требования никогда не предъявлялись ООП правительствами Запада, поскольку даже самый бестолковый наблюдатель знает, что палестинская организация не захочет расстаться с вышеупомянутыми составляющими своей идеологической доктрины. В силу одного решающего обстоятельства – ООП целиком подчинена своей декларативной цели, которой была и остается ликвидация Израиля.

Возможно ли уклонение от этого курса? Могут ли появиться в ООП политические деятели, оспаривающие принципиальную доктрину собственной организации? Появление диссидентов возможно, но дни их будут сочтены. Инакомыслящих ждет такая же судьба, как члена Революционного совета ФАТХа Исама Сартауи, призывавшего к действительному примирению с Израилем. В 1983 году он был хладнокровно убит на конференции Социнтерна в Португалии. В 1979 году агентами ООП в Газе был убит имам Хусандер, приветствовавший визит Анвара Садата в Иерусалим/*113. В тот же период были убиты еще несколько палестинских деятелей, выступавших с умеренными предложениями. Глава политического отдела ООП Фарук Каддуми леденящими душу словами объяснил логику этих расправ:

"ООП и палестинский народ на оккупированных территориях и за их пределами прекрасно умеют пользоваться такими методами, которые не позволят некоторым личностям отклониться от революционного пути. Наши люди сознают свою ответственность, и они способны принять необходимые дисциплинарные меры против тех, кто пытается сойти с правильной дороги"/*114.

Сотни других, менее известных палестинцев, пытавшихся сойти "с революционного пути" и выступавших за примирение с Израилем, до конца познали смысл этой зловещей формулировки – "необходимые дисциплинарные меры". Они были уничтожены террористами ООП вместе с теми сотнями палестинских арабов медицинских работников, учителей, студентов – на которых пало подозрение в сотрудничестве с Израилем/*115.

До заключения Норвежского соглашения мне приходилось тайно встречаться н беседовать с некоторыми известными палестинскими деятелями. Все они говорили о своем стремлении к компромиссу и сосуществованию с Израилем, однако открыто высказать свои мысли они не могли, опасаясь расправы со стороны террористов ООП и ХАМАСа. Было бы глупо пытаться представить этих людей друзьями Израиля, напротив: некоторые из моих собеседников известны своими публичными выступлениями в поддержку ООП. Однако в глубине души все они расстались с дикими фантазиями о возвращении беженцев, о завоевании Яффо и Хайфы. Более всего они желали бы решить проблему путем переговоров, причем таким образом, чтобы это избавило их от страха перед ООП, лидеры которой определяли их судьбу, сидя в далеком Тунисе.

Опасаясь за свою жизнь, мои собеседники отказывались выступить с открытым изложением своих взглядов. Интифада превратилась к тому времени в чрезвычайно действенный инструмент подавления инакомыслия в палестинской среде. Арабские жители Иудеи, Самарии и Газы усвоили, что уклонение от официальной линии Арафата карается смертью. Изъявление инакомыслия возможно только в том случае, если оно осуществляется с еще более экстремистских позиций, таких, как у ХАМАСа и "Исламского джихада". Фундаменталистские организации способны обеспечить своим сторонникам надлежащую защиту.

Тот факт, что Запад не способен уразуметь кардинальные составляющие этой ситуации, свидетельствует о глубокой подспудной проблеме в сфере политического восприятия: какими бы ни были доказательства. Запад пасует перед фанатизмом, когда тот облачается в солидный костюм и повязывает модный галстук. Так, например, вопреки всякой очевидности, на Западе не могут поверить в то, что ООП искренне поддерживает тоталитаризм и восхищается им.

Когда в 1989 году все свободные народы мира осуждали правительство Китая за кровавую расправу над демократическими демонстрантами, Арафат направил приветственное послание китайским коммунистам:

"Пользуясь случаем, я рад выразить свое чрезвычайное удовлетворение тем, что вам удалось восстановить общественный порядок после недавних инцидентов в Китайской Народной Республике''/*116.

Когда Саддам Хусейн захватил Кувейт, лидер ООП восторженно ему аплодировал:

"Я говорю – да здравствует, да здравствует война… Ирак и Палестина выражают общую волю. Мы будем шествовать рядом, и после великой битвы, мы, с помощью Аллаха, вознесем совместную молитву в Иерусалиме… Иракским бойцам b палестинским метателям камней уготована общая победа''/*117.

Когда в августе 1991 года путч неосталинистов поставил под угрозу продолжение демократических реформ в Советском Союзе, Арафат поспешил поддержать заговорщиков:

"ООП всегда относилась к эксперименту перестройки с большим скептицизмом и с печальной тревогой"/*118.

В разгар путча официальный орган ООП "Радио Палестины" порадовал своих слушателей следующим комментарием:

"Происшедшее в Советском Союзе доказывает, что борьба против Запада является естественной и неизбежной. Период перестройки явился временным и исключительным состоянием советской политики"/*119.

Те немногие западные обозреватели, которые отмечали постоянную симпатию ООП к тирании, не раз говорили с сожалением, что палестинская организация "всегда поддерживает тех, кому суждено проиграть" – как будто речь идет о неудачной ставке в азартной игре. Но дело вовсе не в том, что ООП постоянно выбирает неправильную карту. В числе союзников этой организации всегда были те режимы, которые связывала с ООП органическая близость целей и методов. Здесь можно упомянуть СССР, диктаторские режимы Насера и Саддама Хусейна, однако традиция палестинского преклонения перед тиранией берет начало в более раннюю эпоху. В июне 1940 года, после того, как нацистская Германия, захватившая прежде Чехословакию и Польшу, разгромила Францию, муфтий Хадж-Амин эль-Хусейни писал Гитлеру:

"(Я хочу) передать Его Превосходительству великому фюреру свои самые искренние поздравления по случаю только что одержанных им великих политических и военных побед… Арабы повсеместно испытывают величайшую радость и глубочайшее удовлетворение в связи с этими великолепными успехами… Арабский народ будет связан с Вашей страной союзом дружбы и сотрудничества"/*120.

Невозможно отрицать существование той извращенной, но абсолютно последовательной логики, в соответствии с которой ООП и ее предшественники в палестинском лагере прошли долгий путь от договора между муфтием и Гитлером ("уничтожить еврейское сообщество в Палестине"*, через союз Ахмеда Шукейри с Насером ("сбросить евреев в море") к поддержке Саддама Хусейна ("сжечь половину сионистского государства''). Все эти союзы потерпели поражение и не привели к осуществлению поставленной цели, однако традиция блокирования с самыми одиозными диктаторскими режимами жива в ООП вплоть до настоящего времени.





 

Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Добавить материал | Нашёл ошибку | Наверх