Глава пятая

ТРОЯНСКИЙ КОНЬ ПО ИМЕНИ ООП

Начало понимания сути терроризма и необходимости борьбы с террором

Государства, стоящие за спиной террористов, стали объектом жесточайшей критики. Запад отказал террору в моральном одобрении, независимо от того, какие декларативные цели и лозунги провозглашаются террористами. Этой решительной кампании предшествовали многолетние усилия, целью которых было оказать влияние на позицию Запада по отношению к терроризму.

Мне довелось принять участие в этих усилиях, учредив "Институт Йонатана", названный в память о моем погибшем брате. Целью "Института Йонатана" было информирование западной общественности о методах террористов и о возможных способах противостояния террору. По инициативе этого института в 1979 году в Иерусалиме была проведена первая Международная конференция по проблеме борьбы с террором. В ходе конференции было заявлено, что терроризм является средством политической борьбы диктаторских режимов против демократических стран Запада.

Участники конференции, среди которых были покойный американский сенатор Генри Джексон и кандидат республиканцев на пост президента США Джордж Буш, сообщили существенные детали об участии арабских режлмов, СССР и некоторых других государств Восточного блока в международной террористической активности.

Интересно отметить, что эти сведения вызвали раздражение многих журналистов, освещавших работу конференции. "Доказательства причастности СССР и его европейских сателлитов к международному терроризму встретили серьезное раздражение значительной части корпуса прессы", писал корреспондент "Уолл Стрит Джорнэл", представлявший свою газету на конференции/*59. Тот факт, что террор не является делом отчаявшихся одиночек, но представляет собой эффективное орудие борьбы диктаторских режимов и щедро финансируемых ими террористических организаций, не вызывал тогда доверия в мире. Уже после крушения Советского Союза мне приходилось беседовать с высокопоставленными чиновниками из стран бывшего Восточного блока, и они выражали глубокое удивление наивностью, проявленной Западом в связи с террористической активностью коммунистических государств.

Участники второй Международной конференции, проведенной "Институтом Йонатана" в Вашингтоне в 1984 году, призвали Запад к применению военных, политических и экономических санкций против государств, оказывающих покровительство террору. В своей книге "Терроризм: как Запад может победить" я подвел итоги этой конференции и представил основные практические рекомендации ее участников. К этому материалу была присовокуплена моя пространная статья, в которой доказывалась необходимость нанесения военных ударов по террористическим государствам. Вскоре после выхода книги американские ВВС атаковали Ливию, и журнал "Таим" выделил несколько страниц для публикации выдержек из моей статьи (статья была прочитана президентом Рейганом). Может быть поэтому некоторые комментаторы арабской прессы объявили меня главным "виновником" новой американской политики.

С самого начала своей работы в "Институте Йонатана", а затем на занимаемых мною дипломатических постах, я придерживался твердого убеждения в том, что решающей победы над терроризмом можно будет добиться только в том случае, если к борьбе с этим отвратительным явлением будут привлечены Соединенные Штаты. Как только США займут правильную позицию по данному вопросу, остальные государства Запала последуют за ними, как за мощным локомотивом. Но убедить американцев в необходимости изменить их позицию по отношению к террору было весьма и весьма непросто. В конце 70-х и начале 80-х годов в Америке господствовало представление, согласно которому терроризм является порождением политического и социального гнета. Эта концепция гласила, что добиться прекращения террора можно только путем устранения вызывающих его объективных причин. Я решительно оспаривал эту концепцию, утверждая, что террор сам по себе является средством политического давления, и что он используется теми, кто, маскируя свои истинные намерения разговорами о правах человека, без колебаний подавляет всякую свободу, оказавшись у власти.

Вместе со своими коллегами по работе в "Институте Йонатана" я исходил из предположения, что ошибочная американская концепция не является неизменной данностью. Ее изменения можно добиться, сосредоточив необходимые усилия на разъяснении принципиальных фактов, характеризующих международный терроризм. Одним из самых действенных средств нашей деятельности стала публикация таких фактов, многие из которых ранее были абсолютно неизвестны широкой публике.

Данные и доказательства отбирались и проверялись самым тщательным образом, и когда они становились наконец достоянием гласности, всякому непредвзятому человеку становилось ясно, что террор не является делом отчаявшихся одиночек.

В современном мире он представляет собой результат порочного альянса между диктаторскими режимами и террористическими организациями, а против этого альянса можно и нужно бороться.

Государству Израиль принадлежит решающая роль в мобилизации Соединенных Штатов на бескомпромиссную борьбу с международным терроризмом. В военной области Израиль предоставил многочисленные примеры оперативного успеха, достигнутого в противоборстве с террором. Упорно отказываясь от капитуляции перед лицом террористического давления, Израиль снова и снова посылал своих солдат в схватку с террористами, захватывающими заложников. И солдаты ЦАХАЛа шли под пули везде, где в этом возникала необходимость от Маалот до "Энтеббе". Нанося удары по базам террористов в арабском мире, Израиль доказывал Западу, что с террором можно бороться военными средствами. В политической области Израиль сосредоточил свои усилия на попытках убедить правительство США в необходимости занять непримиримую позицию по отношению к террору.

*

Наша страна утвердила свой четкий курс в этой области, когда Моше Аренс стал израильским послом в США. Аренс прибыл в Вашингтон весной 1982 года, незадолго до начала операции "Мир Галилее". Как известно, эта широкомасштабная операция ЦАХАЛа в Ливане встретила негативное отношение Соединенных Штатов. На Израиль было оказано сильнейшее давление, одним из факторов которого стало временное прекращение поставок американских боевых самолетов израильским ВВС. Аренс сделал все возможное для того, чтобы добиться изменения американской позиции по отношению к палестинскому террору и событиям в Ливане. При этом он сумел установить совершенно особые личные связи с президентом Рональдом Рейганом и госсекретарем Джорджем Шульцем. В июле 1982 года я был откомандирован в распоряжение израильского посольства в США, где меня ожидала должность политического представителя. Сразу же по прибытии в Вашингтон я присоединился к деятельности Моше Аренса, направленной на изменение американской концепции в области противостояния террору. Ицхак Шамир, который занимал тогда пост министра иностранных дел в кабинете Менахема Бегина, безоговорочно поддерживал наши усилия. Став впоследствии премьер-министром Израиля, Шамир неоднократно подчеркивал значение тесного американо-израильского сотрудничества в сфере противостояния международному терроризму.

Когда в 1983 году Аренс вернулся в Израиль, чтобы занять пост министра обороны, я в течение полугода оставался исполняющим обязанности израильского посла в Вашингтоне (до прибытия нового посла Меира Розена). В течение этого времени я продолжил развитие частного политического диалога с госсекретарем Шульцем на основании тех принципов, которые были выработаны ранее Моше Аренсом. В ходе многочисленных дипломатических встреч и в выступлениях перед представителями американских средств массовой информации я постоянно говорил о необходимости сосредоточения усилий Запада на противодействии террористам и стоящим за ними арабским режимам. Моя точка зрения была предельно ясна: с международным терроризмом можно покончить только в том случае, если Запад будет последовательно придерживаться двух принципов. Во-первых, недопустимо сдаваться перед требованиями террористов; во-вторых, следует вести решительную борьбу против государств, оказывающих покровительство террору. Мне приходилось снова и снова выступать с этими тезисами, настаивая на применении жестких политических, экономических и даже военных санкций против государств, содействующих терроризму.

Однажды Джордж Шульц пригласил меня в свою канцелярию на частную беседу, в ходе которой он выразил крайнюю озабоченность в связи с распространением террора. Шульц сказал, что он твердо решил изменить политику США в сторону гораздо более решительного противодействия международным террористическим организациям. При этом госсекретарь отметил, что американская политика будет изменена соответствующим образом, "несмотря на сопротивление некоторых деятелей администрации" (было достаточно ясно, что он имеет в виду министра обороны Каспара Вайнбергера, выступавшего тогда против использования силы против террористов). Шульц предложил провести серию встреч для совместного обсуждения необходимых мер, с помощью которых США и их западные союзники смогут остановить эпидемию террора. Я сообщил госсекретарю о деятельности "Института Ионатана" и о планах проведения в Вашингтоне второй Международной конференций по проблеме борьбы с террором. Шульцу было предложено выступить на конференции с изложением новых принципов антитеррористической политики США.

4 июля 1984 года, через семь лет после операции по освобождению заложников в "Энтеббе", госсекретарь США выступил перед участниками конференции, созванной по инициативе "Института Ионатана". Обращаясь к собравшимся, Джордж Шульц сделал следующее заявление:

"Благодаря усилиям встревоженных правительств и частных организаций, подобных "Институту Йонатана", народы свободного мира решились, наконец, обратиться к проблеме террора… Сегодня мы знаем, что террор не является случайной, неуправляемой и бесцельной формой насилия. Он вовсе не может быть уподоблен землетрясению или сильному урагану – грозным явлениям стихии, перед которыми человечество пока бессильно. Террористы (и те, кто стоят за их спиной) ставят перед собой определенные цели, и террористическое насилие является средством достижения этих целей. Наша реакция должна быть двоякой: мы должны лишить их этого средства, но, главное мы должны лишить их возможности добиться осуществления поставленных целей. Террористы попытаются найти в нашей среде признаки слабости и раздора. Нам следует доказать им, что мы не позволим террору поставить нас на колени. Мы просто обязаны заставить террористов отчаяться и утратить надежду на достижение поставленных ими целей…

Я полагаю, что в практическом аспекте пассивная самозащита не может быть достаточно действенным средством противодействия террору и тем государствам, которые оказывают покровительство террористам. Настало время всерьез задуматься над более действенными средствами – такими, как самозащита с помощью превентивных ударов по террористическим группировкам"/*60.

На фоне политики левого израильского правительства, созданного в 1992 году, – политики, обеспечивающей террору возможность достижения поставленных целей, слова Джорджа Шульца обретают дополнительную актуальность. "Невозможно положить конец, террору и даже сократить его масштабы иначе, как посредством политического процесса" – твердят представители левых кругов в кнессете и правительстве. Таким образом, они декларируют свою готовность капитулировать перед политическим диктатом террористов. Рональд Рейган и Джордж Шульц приняли на вооружение прямо противоположную концепцию, и, благодаря их решимости, экспансия международного терроризма была почти полностью остановлена в 80-е годы.

США возглавили международную кампанию борьбы с террором. Вашингтон приступил к осуществлению политических и экономических санкции против таких террористических государств, как Ливия, Сирия и Иран. Американские спецслужбы проявили необходимую настойчивость в ходе преследования бандитов ООП, захвативших прогулочное судно "Акилла Лауро". Но самое главное США однозначно доказали серьезность своей новой политики террористам всего мира, когда в 1986 году американские и британские ВВС подвергли бомбардировке Ливию (в ходе этой воздушной атаки чуть было не погиб ливийский диктатор Муаммар Каддафи).

В том же году имел место еще один инцидент, подтвердивший решимость Рейгана и Шульца. Самолет авиакомпании ТWА был захвачен арабскими террористами и угнан в Бейрут. В обмен на освобождение заложников террористы потребовали освободить их сообщников, отбывавших наказание в Кувейте, и шиитских боевиков, находившихся в израильских тюрьмах. Желая подтвердить серьезность своих намерений, террористы хладнокровно убили одного из пассажиров самолета, американского гражданина, и выбросили его труп на взлетную полосу. У террористов были веские основания для того, чтобы опасаться американской операции по освобождению заложников, поэтому они рассредоточили пассажиров захваченного самолета по различным районам Бейрута. Таким образом, копирование операции, осуществленной Израилем в угандийском аэропорту "Энтеббе", стало невозможным.

С самого начала кризиса был создан прямой канал связи между госсекретарем США Шульцем, Шамиром (который был тогда министром иностранных дел Израиля) и Пересом (который возглавлял тогда израильское правительство национального единства). Будучи в тот момент послом Израиля при ООН, я был привлечен к решению проблемы в качестве координатора американо-израильских связей. Помощник госсекретаря США Чарли Хилл ежедневно звонил мне, чтобы передать информацию от Шульца Шамиру, а также с целью проведения текущих консультаций по различным аспектам кризиса в Бейруте. Я изначально полагал, что ключом к достижению успеха станет жесткая американская позиция, исключающая возможность капитуляции перед лицом террористического шантажа. Ситуация осложнилась, когда террористы рассредоточили заложников по Бейруту и заявили, что они без колебаний убьют их, если Соединенные Штаты откажутся удовлетворить выдвинутые ими требования.

В тот день, когда этот ультиматум был предъявлен террористами в самой зловещей форме, Чарли Хилл спросил меня, какая американская реакция представляется мне правильной при сложившихся обстоятельствах. "Угрожайте им, – ответил я помощнику госсекретаря. – Заявите со всей однозначностью, что если с головы еще одного заложника упадет хотя бы один волос, вы не успокоитесь до тех пор, пока не уничтожите всех участников теракта и их сообщников. Всех до единого". Хилл пообещал передать мой ответ Шульцу. Через несколько дней он сообщил мне, что администрация США действовала в соответствии с моими рекомендациями и добилась положительных результатов. Террористы умерили свои требования, напряжение спало.





 

Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Добавить материал | Нашёл ошибку | Наверх