Глава первая

РОЖДЕНИЕ И СТАНОВЛЕНИЕ СИОНИЗМА

Мечта о Возвращении

В самом деле, евреи пронесли сквозь века неумирающую надежду на возвращение в Эрец-Исраэль. Эта надежда не была преходящим эмоциональным порывом, но, напротив, она становилась тем сильнее, чем дольше евреи жили в изгнании. Сменявшие друг друга поколения стремились отстроить свою национальную жизнь на древней родине не только потому, что это была земля их предков, но и в силу глубокого убеждения, что только в Эрец-Исраэль, где евреи стали народом и обрели свою веру, они смогут снова вернуться к полноценному духовному и физическому существованию.

Невозможно переоценить значение идеи Возвращения в еврейской истории, равно как и ее центральное место в современном возрождении Израиля. Однако, в силу принятого сегодня пренебрежения к историческим фактам, появилась точка зрения, согласно которой главным фактором, обеспечившим создание Государства Израиль, стала Катастрофа европейского еврейства.

Без сомнения, Катастрофа является стержневым событием не только еврейской, но и мировой истории. Очевидно и то, что она заставила многих людей осознать трагическую судьбу еврейкою знарода. Волна сочувствия к евреям, вызванная беспрецедентным нацистским геноцидом, создала благоприятную политическую почву для провозглашения Государства. Израиль. Но, прежде всего, Катастрофа была апогеем истребления. Погибли миллионы сердец, устремленных к Сиону. В гитлеровских лагерях была почти полностью уничтожена человеческая основа, на которой предполагалось создать жизнеспособное еврейское государство.

И потому – не благодаря Катастрофе возник Израиль, но вопреки ей. Катастрофа, предвиденная основоположниками сионизма с такой мучительной ясностью, стала кульминацией еврейской трагедии. Но если бы не вековая мечта о Возвращении и не громадные усилия, предпринятые для ее реализации, то Катастрофа вызвала бы лишь беспредельный ужас и, возможно, сострадание народов мира. Не исключено, что, не будь сионистских усилий первой половины ХХ века. Катастрофа положила бы конец национальному сушествованию еврейского народа.

В идее Возврашення заложен секрет еврейской. живучести. В ней заключалась движущая сила возрождения Израиля и в ней же хранится ключ к его будущему. Эта мечта сохранилась в неприкосновенности – от античности до наших дней благодаря уникальной природе иудаизма.

На Западе многие считают, что иудаизм, подобно христианству, представляет собой религию – и только. Но с момента своего возникновения иудаизм сочетает религиозную и национальную природу. Прозелиты, принимающие еврейскую религию, тем самым, становятся членами евройской национальной общности. Так Рут-моавитянка, самая прославленная из новообращенных, говорит своей свекрови Наоми:

"Твой народ – мой народ. Твой Бог – мой Бог".

В период рассеяния двойственная природа иудаизма обрела еще более выраженный характер. Когда евреи лишились родины, самоуправления и общего языка, религия превратилась в главный фактор их национальной самоидентификации. В этом сосуде хранили евреи свои мечты о возвращении в Эрец-Исраэль и воссоединении рассеянных по миру изгнанников. Иудаизм установил ежегодный цикл траурных дней и поминовения разрушения Иерусалима, еврей каждый день троекратно возносили молитву '"Собери изгнанников наших с четырех концов земли". Таким образом, еврейская религия стала кладезем воспоминаний и надежд на возвращение к Сиону/*34.

Эта неизменная привязанность народа к своей земле отличает иудаизм от всех других религий. Католики, к примеру, не возносят молитву "В будущем году в Ватикане".

Паломники различных конфессий периодически отправляются к святым местам, дабы углубить свои религиозные чувства или сподобиться мистического вдохновения. Но когда в сотнях разных стран, столетие за столетием, евреи произносят "В будущем году в Иерусалиме", они имеют в виду нечто совершенно иное. Это не надежда отдельного человека посетить святые места и вознести там молитву, но надежда целого народа вернуться на родину и отстроить там свою национальную жизнь/*35.

Сторонние наблюдатели часто принимали это страстное желание за предсмертный стон угасающего народа, но не так обстояло дело в действительности. Стремление к Возвращению было источником жизненной силы еврейства, свидетельством упорного отказа смириться с уготованной изгнанием исторической судьбой. Возьмите наугад любое столетие, и вы найдете в еврейской литературе множество выражений острой тоски по утраченной родине. Это чувство было общим для великих философов и самых простых людей, для поэтов и кодификаторов религиозного права. Так, в X веке еврейский философ Саадия Гаон писал:

"Да будет воля твоя, Господи, чтобы в сии времена закончилось изгнание народа твоего, Дома Израилева. Положи конец рассеянию и печали нашей, да завершатся дни муки и притеснения"/*36.

В XII веке великий еврейский поэт Йегуда Галеви писал о Иерусалиме на иврите в Испании:

Радость вселенной, обитель Царя!

К тебе душа устремлена

От дальних Запада пределов.

Сердце сжимается воспоминанием

Славы поруганной. Храма сожженного.

О, полететь бы на крыльях орлиных,

Прах твой слезой оросить/*З7

.

Позднее, в том же столетии, великий философ Маймонид провозгласил, что возвращение в Эрец-Исраэль есть единственная надежда положить конец страданиям евреев от рук арабов, о которых он писал: "Никакая иная нация не была столь враждебна Израилю; не мучила, не терзала и не унижала нас так, как они". И он обещает: "Не может такого быть, чтобы не встал из потомков царя Соломона (Шломо) человек, который соберет изгнанников Израиля и сотрет наш позор"/*38.

В XIII веке Нахманид пошел еще дальше, провозгласив, что проживание в Эрец-Исраэлъ есть прямая религиозная обязанность каждого еврея/*З9. Он не ограничился включением этой обязанности в свод 613 заповедей Торы, но осуществил свои убеждения на практике, переселившись в Эрец-Исраэль, где ему удалось немало содействовать восстановлению разгромленной крестоносцами еврейской общины.

В XVI веке получила распространение идея союза между евреями и христианами, цель которого освободить Эрец-Исраэль от мусульманского владычества. Эта идея была с энтузиазмом воспринята в еврейских общинах Италии и среди португальских марранов (евреев, насильственно обращенных в христианство)/*40. Изгнанники из Испании отстроили еврейский квартал в Хевроне, а руководителю португальской общины Дону Йосефу ха-Наси удалось получить разрешение султана на восстановление города Тверии. Волна возвращения в Эрец-Исраэль породила также беспрецедентный духовный и культурный расцвет в Цфате. К концу XVI столетия в этом галилейском городе проживало от 10-ти до 20-ти тысяч евреев.

Тогда же известный пражский раввин Йегуда-Леви бен-Бецалель (МААРАЛ) с полной уверенностью писал:

"Изгнание и рассеяние, несомненно, являются нарушением того порядка, который установлен Творцом. Ибо Господь определил каждой нации подобающее место, и то место, в котором подобает обитать евреям – это Эрец-Исраэль… И евреям не сообразно находиться вечно в их нынешнем положении, но надлежит им жить в Эрец-Исраэль своей властью, а не под игом иного народа/*41".

В XVII веке мессианское движение Шабтая Цви сопровождалось новым всплеском надежд на скорое освобождение. Крах саббатианства вызвал глубокий кризис в еврействе, однако очень скоро практические приготовления к возвращению в Сион возобновились в Польше. В XVIII веке Виленский Гаон и основатель хасидизма Баал Шем-Тов, два виднейших еврейских духовных вождя в Восточной Европе, призывали своих учеников переселяться в Эрец-Исраэль организованными группами. Один из учеников Виленского Гаона оставил следующее свидетельство:

“Учитель с волнением сказал, обращаясь к тем из своих учеников, которые пообещали ему отправиться в Святую Землю: "Вам выпала великая честь – исполнить заповедь проживания в Эрец-Исраэль, которая весит столько же, сколько все остальные заветы Торы, вместе взятые. Вам выпало счастье стать соратниками Всевышнего, возвращающего пленников Яакова и оказывающего милость его обители. Господь – зиждитель Иерусалима, устанавливает Он пределы вдовы обездоленной, расширяет Он пределы Израиля… Исполнение заповеди этой (возвращение в Эрец-Исраэль) приведет к собиранию изгнанников”/*42.

И действительно, когда сионисты-первопроходцы стали прибывать в Эрец-Исраэль в конце XIX столетия, они нашли здесь маленькие общины, созданные учениками этих великих наставников и другими евреями, приехавшими в страну еще ранее. При этом, в Иерусалиме евреи уже составляли большинство населения.

Ручейками и струйками, а иногда и потоками, возвращались евреи на свою землю в течение многих столетий. Одни из них пересекали российские равнины, а затем проникали в Эрец-Исраэль с севера, через Дамаск и Бейрут. Другие прибывали в Яффо после длительного путешествия по кишевшим пиратами водам Средиземного моря. Отсюда они направлялись в Иерусалим, Хеврон, Тверию и Цфат, где веками существовали древние еврейские общины. В истории не было периода, когда в Эрец- Исраэль не проживали евреи. В галилейских деревнях Пеки'ин и Шефар'ам евреи жили всегда – с самой древней поры вплоть до настоящего времени/*43.

Однако массовое переселение евреев в Эрец-Исраэль было невозможно до появления современного сионизма во второй половине XIX века. Сионизм перевел вековую мечту о Возвращении на язык политических планов и конкретных действий. В своих сочинениях Моше Гесс ("Рим и Иерусалим", 1862) и Лео Пинскер ("Автоэмансипация", 1882) доказали, что древняя мечта может и должна быть реализована – уже сейчас. Волна погромов, прокатившаяся по России в 1881 году, ускорила развитие этого процесса. В начале 80-х годов прошлого века движение "Ховевей-Цион" совершило первую (в новейшую эпоху) попытку организованного переселения в Эрец-Исраэль.

На этом фоне в самом конце XIX столетия и появился современный политический сионизм. Правившая на Ближнем Востоке Османская империя была ослаблена – она рушилась под собственной тяжестью. Впервые со времени разрушения Второго Храма у евреев появилась практическая возможность восстановить свою государственную независимость на древней родине*.

* Еще один довод израильских авторов, принадлежащих к "новой исторической школе", состоит в следующем: евреи утратили свое право на Эрсц-Исраэль в силу отсутствия массовой еврейской репатриации к течение минувших столетий. Этот факт свидетельствует о том, что евреи не испытывали искреннего желания возобновить свою связь с древней родиной, а такое нежелание равносильно декларативному отказу.

История еврейской диаспоры последних 1200 лет однозначно доказывает несостоятельность вышеприведенного утверждения. В течение всего этого времени евреи предпринимали чрезвычайные усилия для того, чтобы сохранить и укрепить свою связь с Эрец-Исраэль; во многих случаях эти усилия обретали практическое выражение, когда евреи переселялись в страну. Однако переселение носило неизбежно ограниченный характер, поскольку правившие в Эрец-Исраэль мусульмане и христиане препятствовали массовой репатриации. Организованное возвращение евреев на родину расценивалось ими как серьезная религиозная угроза.

Только ослабление религиозного влияния в Европе и усиление национально-освободитсльных движений в конце XIX века, совпавшее по времени с развалом Османской империи, создало практические условия для массового возвращения евреев в Эрец-Исраэль. Историческая возможность была использована сионистами, усилиями которых было создано Государство Израиль. Подробный анализ этих событий представлен в работе изнестного израильского историка Бенциона Динура*Борьба поколений".

Эта возможность была распознана Теодором Герцлем и Максом Нордау. Герцль не ограничился составлением общего плана – он создал конкретную политическую структуру, призванную реализовать его на практике. Начиная с 1897 года Всемирная сионистская организация становится активной действующей силой на международной арене.





 

Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Добавить материал | Нашёл ошибку | Наверх