Глава 2 Мурад I и корпус "ени чери" (янычаров)

Мурад I (1359-1389) был первым правителем осман что принял титул султана. Это подняло его международный авторитет и усилило позиции среди мусульманских государей. Тем более что Мурад был страстным рыцарем ислама и был готов много воевать для его торжества, что привлекало в его стан представителей мусульманского духовенства, давно искавших сильного лидера.

Мурад был храбрым воином и отличался необычайно зычным голосом, что всегда был слышен во время битвы на большом расстоянии. Он был красноречив и справедлив. От воинов требовал неукоснительно верности долгу и вере и соблюдения воинской дисциплины.

В 1362 году Мурад I разгромил войска византийцев у Адрианополя и захватил этот город для империи Османов. В 1365 году он перенес в этот город столицу своего государства. И называть его стали Эдирне.

Завоевание Фракии придвинуло границы Османского государства к Болгарии и Сербии. Но они не смогли оказать достойного сопротивления Мураду. Болгарский царь Шишман признал себя данником султана и болгарский город Пловдив (Филипполь) стал частью империи.

Основной военной проблемой Мурада был недостаток пехоты и её относительно слабая подготовка. Принцип формирования пехоты из воинов- христиан был недостаточно хорош. Они были ненадежны. Пленные христиане зачастую фальшиво принимали ислам, чтобы сохранить жизнь и относительную свободу, и при случае дезертировали к своим.

Это побудило султана Мурада I в 1362 году изменить старый способ комплектования янычарского корпуса. Султан решил набирать в пехоту не пленных христианских солдат, но формировать его из захваченных во время походов на Балканы детей отобранных у христианских семей. Этим детям втолковывали исламские истины и делали из них фанатиков веры и "священного газавата" (войны против неверных). Посему когда эти юноши подрастали, то становились верными солдатами султана.

Каждый пятый или седьмой год чиновники султана отбирали в каждой христианской общине, на покоренных османами землях, мальчиков в возрасте от семи до четырнадцати лет (так называемая дань кровью) для службы в янычарском корпусе. Всех отобранных мальчиков подвергали обрезанию и обращали в ислам. Затем самых способных и физически крепких отправляли в школу кадров для дворцовых служб, государственной администрации и конного войска. Большую же часть детей выделяли для янычарского корпуса. На первом этапе их посылали для воспитания в семьи турецких крестьян и ремесленников (в основном, в Малую Азию). Там они осваивали турецкий язык и мусульманские обычаи. Через несколько лет их возвращали в военные школы и зачисляли в состав аджем огланов ("неопытные юноши") – подготовительный отряд янычарского корпуса. Эта стадия обучения продолжалась семь лет и состояла из военной подготовки и тяжелых физических работ для государственных нужд. Аджем огланы жили в казармах подразделениями по двадцать-тридцать человек, подчинялись суровой дисциплине и получали небольшое денежное содержание. Они не покидали пределов Стамбула и не участвовали в военных действиях. В них воспитывались исламский фанатизм, абсолютная преданность султану, слепое повиновение командирам. По достижении двадцати пяти лет наиболее физически крепкие аджем огланы, доказавшие свое умение в совершенстве обращаться с оружием, становились янычарами. Остальных – чикме ("отвергнутые") – направляли на вспомогательные общественные службы. Принцип почти тот же, что мы видели у мамлюков, за исключением религиозной обработки.

Янычарский корпус носил название очак ("очаг"). Он делился на тактические соединения – орты (также "очаг"). Например, в эпоху великого султана Сулеймана II (1520-1566) их насчитывалось 165, затем это количество возросло до 196. Число членов орты не было постоянным. В мирное время оно варьировалось от 100 в столице до 200-300 воинов в провинции; в период войны оно увеличивалось до 500. Каждая орта делилась на небольшие отряды по 10-25 человек. Орты были объединены в три большие группы: бюлюк, боевые единицы, дислоцировавшиеся в Стамбуле и пограничных крепостях (62 орты); себган, дрессировщики собак и охотники (33); чемаат, вспомогательные соединения (101).

Принципы жизни янычар были установлены законом Мурада I.

Янычарам предписывалось беспрекословно подчиняться своим начальникам, избегать всего, что не подобает воину (роскошь, сладострастие, ремесло и т.д.), не вступать в брак, жить в казарме, соблюдать религиозные нормы.

Янычары были подсудны только своим командирам и обладали привилегией подвергаться особо почетному виду смертной казни (удушение). Продвижение по службе осуществлялось строго по принципу старшинства. Оставлявшие корпус ветераны обеспечивались государственной пенсией. Каждая орта представляла собой своеобразную большую семью, сплоченную группу мужчин, объединенных общим делом и общим образом жизни. Здесь для карьеры не требовались ни знатность, как в Европе, ни богатство. Янычар делал карьеру мужеством в бою и преданностью исламу и своему повелителю.

Начальник всего янычарского корпуса, гениш ачерас, своим рангом превосходил командующих других родов войск и гражданских сановников и являлся членом дивана (государственного совета). Он обладал абсолютной властью над янычарами. Гениш ачерас, как и остальные офицеры, происходил из простых янычар и поднимался по карьерной лестнице благодаря принципу старшинства, а не по милости султана и поэтому был относительно независим от верховной власти. Селим I (1512-1520) ликвидировал эту независимость и начал назначать гениш ачераса по своему выбору, что вызвало сильную оппозицию со стороны янычар: они стали воспринимать агу как чужака, и во время их мятежей тот часто оказывался первой жертвой. В конце XVI века властям пришлось восстановить старый порядок избрания гениш ачераса, установленный Мурадом I.

Военной инсигнией корпуса янычар являлся священный котел. Каждая орта имела большой бронзовый котел для варки мяса. Во время похода казан несли перед ортой, в лагере его ставили перед палатками. Потерять котел, особенно на поле боя, считалось самым большим позором для янычар – в этом случае всех офицеров изгоняли из орты, а простым солдатам запрещали участвовать в официальных церемониях. В мирное время каждую пятницу орты, дислоцированные в столице, шли с казанами к султанскому дворцу, где получали продовольственный пилав (рис и баранину). Если орта отказывалась принимать пилав, опрокидывала котел и собиралась вокруг него на Ипподроме, это означало отказ от повиновения властям и начало мятежа. Казан также считался святым местом и убежищем: спрятавшись под ним, виновный мог спасти свою жизнь.

Контроль за питанием являлся главной функцией офицеров среднего и низшего звена. Это отражалось в большинстве названий офицерских должностей в орте. Во главе ее стоял корбачи баши ("распределитель похлебки"); важную роль играл ашчи баши ("главный повар"), исполнявший одновременно обязанности квартирмейстера орты и палача. Младшие офицеры носили звания "главный водонос", "поводырь верблюдов" и т.д.

Государство частично обеспечивало янычар питанием, одеждой и денежным содержанием. Денежное жалование выплачивалось только по прошествии трех лет пребывания в войске. Размер жалования зависел от срока службы и ранга. Его получали раз в квартал по предъявлению особых билетов, причем 12% суммы янычары оставляли в войсковой казне. Эта казна, пополнявшаяся также за счет платы за учеников и имущества умерших янычар, представляла собой резервный фонд, расходовавшийся на улучшение условий жизни солдат, питание и одежду, помощь больным и новобранцам, выкуп пленных. Задержки выплаты жалования и попытки властей прибегать к практике порчи монеты часто вызывали янычарские восстания.

Униформа янычар состояла из длинного платья (доламана), головного убора (каука) с пристегнутой впереди деревянной ложкой, шаровар и наколенников. В походе и в бою полы доломана собирались по бокам в складки и закреплялись ремнем.

В мирное время не проводились общих военных занятий и каждый янычар упражнялся со своим оружием самостоятельно. На марше не поддерживалось никакого особого порядка но в момент боя каждый солдат оперативно занимал свое место в строю. В казармах же царила суровая дисциплина. В них поддерживалась абсолютная чистота, туда не допускались женщины. Дисциплина обеспечивалась системой наказаний вплоть до смертной казни. Самыми тяжелыми проступками считались дезертирство и трусость на поле боя.

С самого начала, со времени Мурада I, янычары были ударной силой османских завоеваний. Именно им империя обязана своими крупнейшими военными успехами в XIV-XVI веках. Численность и удельный вес янычар в турецкой армии постоянно возрастали. При Сулеймане II их насчитывалось уже 40 тысяч. Корпус мог выступить в поход только под командованием самого султана.





 

Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Добавить материал | Нашёл ошибку | Наверх