II СОСТЯЗАНИЯ НА КОЛЕСНИЦАХ

Пожалуй, самым древним и уж точно самым популярным видом спорта в Риме были состязания на колесницах. Целые состояния выигрывались и проигрывались на тотализаторах ипподрома. Победы приносили успешным возничим большие богатства и огромные земельные угодья, в то время как неудачники обрекали себя на всеобщее презрение или погибали под колесами стремительно несущихся колесниц победителей. Римляне считали состязания на колесницах исключительно собственным изобретением. Однако первые римляне ничего не знали ни о колесницах, ни уже тем более о гонках.

Согласно дошедшим до нас письменным источникам, в молодом государстве не было колесниц. Воины сражались либо в пешем порядке, либо верхом на лошадях, а о колесницах нет ни единого упоминания. Самая древняя колесница, обнаруженная в центральной части Италии, была найдена в гробнице в Риголини и датирована приблизительно 650 г. до н. э. Судя по всему, это средство передвижения пришло из Греции, где колесницы перестали быть боевыми машинами тремя столетиями раньше и использовались только для различных церемоний или когда командиру нужно было быстро добраться до поля битвы. В Италии колесницы появились именно для проведения церемониалов: первые римляне использовали их во время триумфальных процессий.


Рим. Состязания на колесницах. Четыре команды, или фракции, возничих (Красные, Синие, Зеленые и Белые) неистово поддерживаются зрителями. На этом изображении побеждают Красные.


Идея устраивать гонки между легковесными колесницами родилась в Италии в VI веке до н. э., однако, возникла ли эта идея в самом Риме или пришла из какой-нибудь провинции, мы не знаем. На территории Центральной Италии гонки на лошадях и на колесницах устраивались в честь богов плодородия. Ромул, основатель Рима, организовал лошадиные скачки в честь бога Конса, покровителя урожая.

Другие состязания устраивались в честь Сегесты, богини прорастающих посевов, или Цересы, богини зерновых культур. Первоначальное религиозное значение гонок было утрачено. Дата, когда гонки на лошадях заменили гонками на колесницах во время церемоний, также неизвестна.

Сначала колесницы, лошади и возничие предоставлялись римскими всадниками, знатным сословием, в которое входили граждане богатые, но не имеющие аристократического происхождения. Участие в состязаниях было священным долгом, так как это обеспечивало дальнейшее процветание и благополучие города. Позднее людей стали больше интересовать выигрыши, поэтому они начали нанимать профессиональных возничих или покупать их, если те были рабами. К тому времени, когда в письменных источниках появилось первое подробное описание состязаний на колесницах, независимые возничие и владельцы команд были вытеснены двумя самыми крупными и богатыми командами, или фракциями, которым соответствовали определенные цвета: Белыми и Красными. Приблизительно в 30 году до н. э. была создана фракция Зеленых, а еще через какое-то время фракция Синих. В 80-х годах н. э. император Домициан создал еще две фракции — Пурпурных и Золотых — однако эти команды не смогли завоевать расположения римлян и вскоре исчезли.

Каждая фракция имела в своем распоряжении собственные конюшни, расположенные к северу от Рима, на Марсовом поле, некогда площадке для военных учений, где они содержали лошадей и колесницы между состязаниями в Циркусе. За пределами Рима располагались также племенные фермы, где разводили лошадей, и тренировочные плацы, где лошади и возничие изучали и оттачивали мастерство. Существовали также и клубы, где поклонники той или иной фракции собирались и обсуждали состязания, возничих или лошадей. В таких клубах комнаты, предназначенные для знатных граждан, были украшены красивыми мозаиками, настенной живописью и дорогой мебелью; помещения же, в которых собирались свободные граждане и рабы, отличались менее роскошной обстановкой.

Каждый в Риме поддерживал ту или иную фракцию и был ей фанатически предан. Фанаты и почитатели заключали между собой пари. Перед началом состязаний зрители на трибунах распевали песни, стараясь поднять боевой дух, и размахивали кусками материи соответствующих цветов. Толпа придумывала различные способы размахивания тканью, поэтому цветные волны перекатывались и кружились вдоль и поперек переполненных трибун ипподрома. Шум на трибунах Циркуса Максимуса, когда лошади неслись по кругу, стоял оглушительный.

Взрослые мужчины падали в обморок, если их команда проигрывала гонку, выкрикивали советы возничим, которые тот не в силах был услышать, и ругательства в адрес своих соперников. Когда участники гонки приближались к финишной черте, на трибунах между фанатами соперничающих команд могли вспыхивать драки или зрители, наоборот, могли стоять молча, ошеломленные поражением или победой своей команды.

Те немногие, кто в день состязаний находились за пределами Циркуса Максимуса, могли понять, что происходит на арене ипподрома, по доносящимся с трибун крикам и песням сотен тысяч человек. Во II веке н. э. богатый почитатель Зеленых начал сажать в клетки диких птиц и красить их головы в зеленый цвет. Если его команда выигрывала гонку, птиц выпускали на волю, и каждый, кто видел их, понимал, что сегодня победу празднуют Зеленые.

Греки, посещавшие римские состязания на колесницах, были несколько удивлены поведением римлян. В Греции восхищенных аплодисментов или разочарованного улюлюканья заслуживали исключительно мастерство возничего или скорость лошадей. В Риме же это был успех или неудача фракции. Греки не могли понять, как римляне могли один день буквально носить возничего на руках, а на следующий день подвергнуть его жесточайшей критике, если он подписывал контракт с другой фракцией. Возничие были общественными фигурами, о жизни, взаимоотношениях и предпочтениях которых было известно всем и каждому. Жажда узнать какую-либо новость из жизни лучших возничих была поистине неутолимой, поэтому даже безродные конюхи, работающие на конюшнях фракций, становились желанными и почетными гостями, если они приносили свежие новости.

Чужестранцы не могли понять ни столь отчаянную преданность римлян фракциям, ни их неутолимое желание знать все об их возничих и лошадях. Сегодня, в век футбольных фан-клубов и глянцевых журналов, рассказывающих о жизни знаменитостей, возможно, легче понять мотивы такого поведения римлян.

В центре всего этого восхищения, ажиотажа и слухов было то, что происходило в цирке. Колесницы, задействованные в состязаниях, отличались от колесниц, используемых для других целей. Церемониальные колесницы были большими тяжелыми махинами, украшенными позолоченными изображениями и способными перевозить одновременно несколько человек. Гоночные колесницы были максимально упрощены и на высокой скорости могли перевозить только одного человека.

Колеса были небольшими, около 46 см в диаметре, и сделаны из насаженного на шесть или восемь спиц деревянного обода, укрепленного металлической шиной. Колеса свободно вращались на зафиксированной оси, выполненной из единого куска древесины. Колеса надевались по обе стороны оси, длиной і м 52 см, которая присоединялась к дышлу колесницы, идущему прямо к лошадям.

В месте соединения оси со стволом находилась деревянная платформа, размером 60 на 45 см, на которой стоял возничий. От передней части платформы шло вверх деревянное кольцо, которое достигало возничему до уровня талии. Внешняя сторона кольца была обернута кожей или тканью, выкрашенной в цвет фракции. Все это обеспечивало колесницу широкой колесной базой и низким центром тяжести, что позволяло добиться большей устойчивости и маневренности на крутых поворотах арены Циркуса. Тормозов, конечно же, не было. Чтобы увеличить или снизить скорость, возничий полагался исключительно на свое мастерство и лошадей.

Дышло колесницы шло вверх под углом от передней части колесницы и доходило лошадям до уровня лопаток. Лошади по обе стороны от дышла были облачены в простую упряжь, состоящую из опоясывающей живот подпруги и стяжного хомута. Упряжь была присоединена к короткой деревянной перекладине-ярму, которая прикреплялась к дышлу и лежала на холках лошадей. Дополнительные лошади были облачены в такую же упряжь и присоединены к дышлу с помощью перекладины.

Гоночные колесницы должны были быть очень легкими, поэтому для их строительства применялись новейшие технологии и достижения. По всей империи собирали и привозили в Рим лучших умельцев, постоянно искали лучшие строительные материалы. Считается, что гоночная колесница весила всего 25 кг — невероятно мало для транспортного средства, изготовленного до изобретения современных полимеров. Учитывая, что состязания проходили на ровных поверхностях, столь легкий вес не мог притормозить несущихся во весь опор лошадей.

Все гоночные колесницы строились по единому образцу. Конечно, в разных состязаниях использовались разные типы колесниц, но в основном они отличались друг от друга не устройством, а количеством запряженных лошадей. Самым распространенным типом была квадрига — колесница, запряженная четверкой лошадей в один ряд, с двумя лошадьми по обе стороны от дышла. Не менее популярным типом была бига, запряженная двойкой лошадей. Бига двигалась немного медленней, но в то же время отличалась большей маневренностью. Управляя бигой, возничий мог продемонстрировать зрителям все свое мастерство. Трига, или колесница, запряженная тройкой лошадей, использовалась только во время священных гонок, устраиваемых в честь Цересы, богини плодородия и зерновых, и никогда не использовалась в спортивных состязаниях.

Имеются письменные свидетельства существования сеииг и октоиг, запряженных соответственно шестеркой и восьмеркой лошадей. Тем не менее стартовые ворота и дорожки Циркуса были слишком малы для таких колесниц и их использовали крайне редко. Состязания, вероятно, начинались перед стартовыми воротами, используемым для квадриг. Известно по меньшей мере об одном состязании, в котором приняли участие колесницы, запряженные двадцатью лошадьми каждая. Такие колесницы были слишком неповоротливыми для состязаний на скорость и, скорее всего, предназначались для того, чтобы показать мастерство возничего, а не хороший спортивный результат.

Первое время колесницы возили домашние лошади местного происхождения, которые выставлялись друг против друга в спортивных состязаниях или использовались в религиозных церемониях. Прошло много времени, прежде чем лошадей, идеально подходящих для состязаний на колесницах, стали разводить специально, а к тому моменту, когда фракции захватили в свои руки контроль над этим видом спорта, коневодство уже было крупной самостоятельной индустрией.

Лучших жеребцов — а в состязаниях принимали участие только самцы лошадей — привозили из Северной Африки и Испании. Конезаводы в Малой Азии и Греции также имели своих поклонников, однако они поставляли в Рим гораздо меньше лошадей, чем западные провинции. Лошади были особо почитаемыми созданиями. Те из них, кто показывал в Циркусе хорошие результаты, могли рассчитывать по завершении карьеры на сытую жизнь при конезаводе, а также на официальные похороны и достойную могилу. «Рожденный на песчаных равнинах Гетулии, быстрый как ветер, не знающий себе равных, теперь ты пребываешь в царстве богов» — гласила стандартная надпись на камне, установленном на могиле такой лошади.

Изучив скелеты лошадей, извлеченных из этих могил, и тщательно проанализировав прекрасно исполненные скульптуры, изображающие состязания на колесницах, современные коневоды смогли дать четкое описание скаковых лошадей Древнего Рима. Они были несколько ниже современных верховых лошадей: высота в холке составляла всего около 137 см, но для античного мира они являлись одними из крупнейших представителей рода. Это были довольно-таки стые жеребцы, с относительно короткими ногами и крупными корпусами, по сравнению с современными верховыми лошадьми. В силу своего телосложения они плохо прыгали, но превосходно бегали, что и требовалось для состязаний на колесницах. Пожалуй, среди современных пород они ближе всего к андалузским лошадям.

Лошади могли становиться настоящими объектами поклонения. Поэт Марциал, умерший в 104 году н. э., был фаворитом при дворах императоров Домициана и Тита и вращался в высших кругах римского общества.

Но даже столь известный человек, как он, однажды с прискорбием заметил: «Я известен во всех провинциях и среди всех народностей Римской империи, но в Риме я менее прославлен, чем конь Андрамон». Богатые люди украшали свои дома изображениями и мозаиками своих любимцев. «Побеждаешь или проигрываешь, я люблю тебя Полидокс» — таковы слова на одной из мозаик.

Возничие, или аврига, были не менее знамениты, чем лошади. Однако ни в III веке до н. э., ни в более позднее время ни один уважающий себя римлянин-аристократ даже и не мечтал о том, чтобы стать «у руля» колесницы. Возничие, так же как проститутки или гладиаторы, зарабатывали себе на жизнь собственным телом, а не умом, как ораторы, или руками, как кузнецы. В глазах римлян подобный род деятельности лишал человека какого-либо почтения, он становился недостойным участия в выборах, с ним не принято было разговаривать на публике.

Возничими были рабы, вольноотпущенники и плебеи. Как правило, большинство из них начинали свою карьеру в качестве рабов или служащих фракций. В начале они работали конюхами или помощниками конюхов и учились водить колесницу на загородных племенных фермах, где дрессировали лошадей. Некоторые возничие приезжали во фракции из провинций, будучи уже мастерами своего дела, но таких было немного.

Техника вождения значительно отличалась от обычной. Возничие не стояли в колесницах с кнутом в одной руке и вожжами — в другой. Вместо этого возничий обматывал вожжи вокруг тела. Затем он занимал позицию на колеснице, упираясь ногами в деревянное кольцо спереди. Одной рукой он крепко держался за это колесо, а другой рукой управлял кнутом. Чтобы пришпорить коней, возничий наклонялся вперед, ослабляя тем самым поводья. Чтобы притормозить, отклонялся назад и натягивал поводья. Чтобы заставить лошадей повернуть в сторону, аврига наклонялся в ту или иную сторону. Только в самых чрезвычайных обстоятельствах возничий убирал руку с деревянного кольца и брался за поводья, так как одно неловкое движение могло привести к потере равновесия и падению с колесницы.

Несчастные случаи происходили довольно-таки часто и, несомненно, привносили в этот спорт некоторое оживление и возбуждение. Падения возничих и опрокидывания колесниц были привычными явлениями во время состязаний, однако порой случались и полные падения — колесницы, возничего и лошадей — получившие название навфрагиум, или кораблекрушение. Один такой эпизод был записан неким писателем, жившим в пятом веке: «Его лошади рухнули на землю, множество ног смешались с колесами, все двенадцать спиц слились в одну: раздался треск; вращающийся обод раздробил застрявшие в нем ноги. Затем возничий, пятая жертва, слетел с колесницы, которая в довершение всего упала на него. Кровь потекла по лицу несчастного».

Конечно, во время таких эпизодов возничие рисковали получить серьезные травмы. Для защиты они надевали маленькие круглые шлемы, изготовленные из многослойной толстой кожи, которые крепились ремешком на подбородке. Тело было защищено толстым кожаным доспехом, а конечности — стегаными щитками, обернутыми кожей.

Обвязывая поводья вокруг тела, возничий получал контроль над лошадьми, но в то же время в случае падения мог погибнуть под колесами. Поэтому в костюмах всех возничих были спрятаны короткие изогнутые ножи, чтобы они могли перерезать поводья и освободиться.

Некоторые могильные камни, увековечившие возничих, сохранились до наших дней. Они позволили получить некоторую информацию о людях и их спортивных достижениях. Например, Гай Аппулей Диокл ушел из гонок в возрасте сорока двух лет. Он проработал возничим более двух десятилетий, и за свою долгую карьеру выиграл не меньше 1462 гонок и принял участие в немыслимом количестве состязаний — в 4257.

Менее успешным оказался аврига, на могильном камне которого было написано:

«Марк Аврелий Полиник, рожденный рабом, прожил двадцать девять лет, девять месяцев и пять дней. Завоевал пальмовую ветвь победителя 739 раз, 655 раз за Красных, 55 раз за Зеленых, 12 за Синих и 17 за Белых. Погиб во время состязаний».

Достижения отдельно взятых возничих показывают определенную закономерность. Как и Полиник, они выступали за разные команды, однако большинство побед было одержано за одну конкретную команду. Вероятно, на заре своей карьеры возничий мог беспрепятственно переходить из одной команды в другую, но как только он начинал приносить победы, он оставался в одной команде до конца своих дней. Крайне редко возничие, находясь на пике своей карьеры, переходили из одной фракции в другую. Тем не менее такое случалось, так как известны случаи, когда знаменитые возничие избивались на улице фанатами фракции, из которой ушли.

Некоторые возничие, так же как и многие современные звезды спорта, становились фантастически богатыми людьми. За победу в крупных состязаниях, проходящих во время великих праздников в Циркус Максимус в Риме, выплачивали огромные призовые.

В среднем за каждую гонку платили по 20 тысяч сестерций, а за победу в особо престижных соревнованиях — по 60 тысяч сестерций. Для сравнения: недельная зарплата солдата, служащего в римском легионе, составляла 20 сестерций, и большинство жителей Рима получали приблизительно такие же деньги. Конечно, возничие отдавали внушительную часть призовых в казну фракции — на содержание лошадей и колесниц, но даже это не мешало успешному возничему стать очень богатым человеком.

Сами состязания проходили согласно установленным правилам. Сначала фракции бросали жребий, выясняя, какие стартовые ворота займет та или иная команда. После этого лошадей запрягали в колесницы и вели на стартовую позицию.

Писатель Сидоний Аполлинарий так описывает сцену ожидания начала состязаний. «Там за воротами стоят разгоряченные бестии, уткнувшись носами в задвижку, и только горячий воздух вырывается через деревянные брусья; даже до начала скачек на еще пустующем поле уже ощущается их разгоряченное дыхание: их ноги всегда в движении, неустанно перебирая копытами, стучат они по твердому деревянному настилу… Другие поглощены аплодисментами и криками, и повсюду пот возничих и гарцующих лошадей каплями орошает землю. Мощный рев аплодирующих трибун будоражит кровь, соревнующиеся, и люди, и лошади, дрожат от нетерпения и страха в ожидании предстоящих скачек».

Когда магистрат взмахивал белым платком, стартовые ворота распахивались и возничие устремляли свои колесницы вперед. Команды появлялись с северной, или квадратной, стороны здания Циркуса. Колесницы двигались против часовой стрелки, поэтому командам приходилось перемещаться по правую сторону от «спины», или каменного хребта, расположенного в центре ипподрома. На песке, между «спиной» и внешним краем скакового круга, была прочерчена белая линия. Гонки начинались с того момента, когда колесницы пересекали эту линию, а не когда появлялись из ворот. Расстояние между стартовыми воротами и линией предназначалось исключительно для того, чтобы колесницы могли набрать скорость, а не для того, чтобы они могли изменить свою позицию или обойти соперника.

Вергилий так писал о начале состязаний: «Видели ли вы когда-нибудь, как колесницы вылетают из ворот и в бешеном темпе несутся по ипподрому, когда молодые возничие полны надежд, а страх, некогда сковывавший бьющиеся сердца, отступает? Вот они взмахивают кнутом и наклоняются вперед, ослабляя поводья; бешено крутятся раскаленные колеса.

То опускаясь, то поднимаясь, они будто отрываются от земли и воспаряют в небо. Не знают они ни передышки, ни остановки; только облако желтого песка взмывает ввысь, и мокрые они от пены и дыхания своих преследователей…».

Однако едва колесницы пересекали линию, возничим позволялось поступать так, как им вздумается. Они были вольны выбирать наиболее подходящий для себя маршрут, подрезать соперников или вытеснять из круга, используя собственных лошадей, лошадей другой команды. Главный трюк заключался в том, чтобы поворачивать на острых углах ипподрома на максимально возможной скорости и держаться как можно ближе к «спине». На поворотах легковесные колесницы заносило в сторону: они врезались друг в друга и скользили по песку. Возничие старались вытеснить друг друга с лучшей дорожки и втиснуть свои колесницы в любое образовавшееся пространство.

Вся дистанция, а это было семь кругов вокруг Циркуса Максимуса, равнялась приблизительно 4 км 800 м. Гонки продолжались около десяти минут, следовательно, средняя скорость колесниц составляла 34 км/ч. Это крайне медленно для скачущей во весь опор лошади: все дело в том, что возничим приходилось снижать скорость на поворотах и вновь разгоняться на прямой.

После завершения состязаний проигравшие команды тихо покидали Циркус, а победитель подъезжал к подиуму, где сидел президентствующий магистрат. Там, возле подиума, возничий получал пальмовую ветвь и призовые деньги. Затем колесница украшалась лавровыми венками, и победитель делал круг почета. Совершив этот ритуал, возничий покидал ипподром.

Существует, тем не менее, один момент, который до сих пор остается загадкой. На многих мозаиках, посвященных состязаниям на колесницах, изображены всадники, скачущие рядом с колесницами. Эти люди, так же как и возничие, были одеты в защитные доспехи и туники цвета их фракций. На некоторых из них рядом с фигурами этих всадников написано их название — гортаторы. Каждую колесницу сопровождал один такой всадник, независимо от того, сколько колесниц принимало участие в гонке. К сожалению, ни в одном письменном источнике нет упоминания о них. Кем они были и какую функцию выполняли, неизвестно.





 

Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Добавить материал | Нашёл ошибку | Наверх