Женские Профессии: Гувернантка

В Англии середины 19го века слово "гувернантка" могло относиться к женщине, преподававшей в школе, приезжавшей давать уроки в дом нанимателя или же постоянно проживавшей в доме нанимателя в качестве учительницы и компаньонки его детей. Последнюю иногда называли "частной гувернанткой". Со времен Тюдоров гувернанток нанимали высшие слои общества, а в середине 19го века они сделались по карману и среднему классу. Таким образом, гувернантка стала еще одним символом благосостояния, наравне со слугами, собственным выездом и т.д. Хотя гувернантку не посадишь на каминную полку, словно какую-нибудь статуэтку, хозяева часто упоминали ее в разговоре, хвастаясь что их дочерей обучает образованная леди. Еще лучше, если гувернантка была иностранкой – тогда можно было поддержать беседу рассказом об ее экзотическом происхождении.

Гувернантка была символом статуса не только хозяина, который оплачивал ее жалование, но так же и хозяйки. Ведь основная функция матери – обучение детей. Мальчики и девочки из среднего класса начинали познавать мир под руководством любящей матушки. Позже мальчиков отсылали в школу, в то время как девочки зачастую продолжали образование дома. Но появление гувернантки освобождало хозяйку даже от этого занятия. Теперь, фактически, ей не нужно было делать по дому ни-че-го и она могла предаться самому женственному времяпровождению – украшать гостиную своей собственной персоной.

Попробуем обрисовать портрет типичной гувернантки, что смотрит на нас печальными, замученными глазами со страниц множества романов. Зачастую гувернантками нанимались женщины, принадлежавшие к среднему классу и получившие образование, но в силу обстоятельств оставшиеся без средств. К примеру, в семье случилось банкротство и девица, прежде помышлявшая о балах, теперь грустным взглядом провожает описываемое имущество и размышляет, что ей делать дальше. Поскольку леди не может наняться прачкой или пойти торф копать, профессия гувернантки кажется единственным подходящим вариантом. Ведь таким образом она будет жить в доме и заниматься фактически тем же, чем и другие леди. Такова судьба Агнес Грей, героини одноименного романа Анны, младшей из сестер Бронте. Родителями Агнес были пастор и дочь помещика, который препятствуя этому браку, оставил ее без средств. Тем не менее, на жизнь семье хватало, благо что детей было немного – из 6х выжили только Мэри и Агнес. И все-то было хорошо, пока друг не подговорил отца вложить деньги в предприятие, которое должно было принести крупный доход. На радостях отец Агнес рискнул фактически всем имуществом и, по законам жанра, дело потерпело крах. Семья почувствовала вкус бедности. Тогда Агнес, младшая из сестер, предложила помочь. Хотя родители противились, она все таки подалась в гувернантки.

Кроме того, многие девочки с детства учились этой профессии. Например, в небогатой семье слишком много дочерей-бесприданниц, а богатых родственников нет вовсе. Поскольку родители понимают, что девочкам на выгодную партию можно не рассчитывать, они отдают их в пансион, где их научат зарабатывать себе на кусок хлеба и глоток эля. Так случилось с самими сестрами Бронте, посещавшими Cowan Bridge School, где за дополнительные 3 фунта в год им преподавали французский и прочие науки, необходимые гувернантке.

Как можно заметить, гувернантками становились зачастую девушки из среднего класса. Но бывали исключения. Иногда ремесленники или фермеры отдавали дочерей в школы, чтобы те впоследствии могли служить гувернантками и таким образом поднять свой статус в обществе. На такие потуги вырваться "из грязи да в князи" викторианцы смотрели косо. Кому приятно, если его отпрысков учит особа плебейского происхождения. Мало ли чего она в детстве насмотрелась! Классическим примером такой адской плебейки-гувернантки является, конечно, Бекки Шарп, дочь обанкротившегося художника и оперной танцовщицы.

Когда девушка утверждалась в желании работать гувернанткой, назревал практический вопрос – где искать подходящее место? Существовало несколько способов. Самым проверенным были друзья и родственники, которые могли порекомендовать хорошую семью. Таким образом, у девушки была хоть какая-то гарантия, что она попадет не в паучье гнездо, а в респектабельный дом. Так же гувернантку могли порекомендовать хозяева, у которых она служила в настоящий момент и которые по каким-то причинам более не нуждались в ее услугах. Так мистер Рочестер в своейсвенной ему издевательской манере предлагает найти Джейн Эйр подходящий дом

"- Примерно через месяц, надеюсь, я буду уже женат, – продолжал мистер

Рочестер. – А тем временем я сам займусь подысканием для вас какой-нибудь

работы и убежища.

– Благодарю вас, сэр, мне очень жаль, что я вас затрудняю.

– О, пожалуйста, не извиняйтесь! Я считаю, что любая из моих служащих,

которая так прекрасно исполняет свои обязанности, как вы, имеет некоторое

право на мое участие в устройстве ее дальнейшей судьбы. Кстати, я слышал от

своей будущей тещи относительно места, которое для вас, по-моему, подойдет:

вам придется взять на себя воспитание пяти дочерей миссис Дионайзиус О'Голл

из Биттерн-лоджа, Коннот, Ирландия. Надеюсь, вам понравится Ирландия;

говорят, люди там необыкновенно сердечны."

Особенно мило, что этот дом порекомендовала леди Ингрэм, которая прямо таки славилась теплым отношением к гувернанткам! Можно себе представить, что это было за развеселое местечко. Вот и доверяй знакомым – чего доброго, смеха ради засунут тебя в какой-нибудь медвежий угол.

Другим способом устроиться на сулжбу были различные агенства и организации – например, Governesses' Benevolent Institution. Созданное в 1843 году, это общество помогало гувернанткам найти подходящее место работы, обеспечивало их временным жильем, и назначало пожилым гувернанткам небольшие пенсии. Так же в промежутке между 1849м и 1862 гг были созданы организации, целью которых являлась помощь гувернанткам, желавшим поискать счастья в колониях. Колонии страдали от недостатка гувернанток, да и женского пола вообще. Так же многие учительницы переезжали на Континент. Существовало нечто вроде круговорота гувернанток – наиболее рискованные англичанки уезжали во Францию или в Бельгию, где преподавали английский язык. Так поступила Люси Сноу, героиня романа Шарлотты Бронте "Городок" (Vilette). Причем школа для девочек, куда она устроилась, оказалась совершеннейшим гадюшником. В свою очередь француженки ехали преподавать в Англию, где гувернантки-иностранки ценились благодаря их знанию престижного французского языка. Кроме того, общение с иностранными гувернантками сглаживало многие неприятные моменты. Иностранки отличались более раскованными манерами, непозволительными для англичанки, и не дулись на судьбу, заставившую их фактически наняться в услужение. Тем не менее, отношение к французским гувернанткам бывало настороженным – например, "Дядя Сайлас" Шеридана ле Фаню повествует об ужасной гувернантке мадам де ля Рогер.

В конце концов, можно было рассчитывать на собственные силы и искать место самой, через газетные объявления. Этот способ был ненадежным, так как многие респектабельные наниматели не доверяли объявлениям – ведь за скупыми строчками может скрываться кто угодно. Да и для самой гувернантки существовал значительный риск. Всегда можно очутиться в поместье, где по ночам раздается демонический женский смех, а хозяин на все вопросы лишь загадочно улыбается. Или где постоянно снует призрак бывшей гувернантки, даже в классную комнату заходит, ну совсем покоя не стало!

Но несмотря на возможный риск, газетные объявления были популярны. Вот так звучало объявление, которое дала Джейн Эйр:

""Молодая особа, имеющая преподавательский опыт (разве я не была два

года учительницей?), ищет место в частном доме к детям не старше

четырнадцати лет. (Я решила, что, так как мне самой всего восемнадцать, было

бы неразумно брать на себя руководство учениками почти моего возраста.)

Кроме общих предметов, входящих в школьную программу, преподает также

французский язык, рисование и музыку. (Теперь, читатель, этот список

предметов обучения показался бы весьма ограниченным, но тогда он был

обычен.)

Адрес: Лоутон, в …ширском графстве, до востребования Дж. Э. "."

А таков был ответ:

""Если Дж. Э., поместившая объявление в "…ширском вестнике" от

последнего четверга, обладает всеми перечисленными ею данными и если она в

состоянии представить удовлетворительные рекомендации относительно своего

поведения и своих познаний, ей может быть предложено место воспитательницы к

девятилетней девочке с вознаграждением в 30 фунтов за год. Просьба к Дж. Э.

прислать указанные рекомендации, а также сообщить свое имя и фамилию,

местожительство и другие необходимые сведения по адресу:

Мисс Фэйрфакс, Торнфильд, близ Милкота, в …ширском графстве".

Я долго рассматривала письмо; почерк был старомодный и довольно

неуверенный, – так могла бы писать пожилая дама. Это обстоятельство меня

обрадовало: я все время опасалась, как бы, действуя на свой страх и риск, не

попасть в какую-нибудь неприятную историю, и больше всего на свете желала,

чтобы мои поиски привели к чему-то достойному, приличному, en regle

[солидному (фр.)]. "Пожилая дама, – рассуждала я, – это уже недурно"."

На что могла рассчитывать гувернантка? Оплата ее услуг была весьма скромной, от 15 до 100 фунтов в год (последнее предложение распространялось лишь на очень образованных дам в богатых семьях). Для сравнения, в 1848-52 гг. кухарка получала 15 – 16 , горничная – 11 – 13 фунтов в год. Жалованье гувернантки можно сравнить с жалованием камеристки. За прачечную, дорожные и медицинские расходы гувернантка платила из своего кармана. Разумеется, она не могла наряжаться в шелка и бриллианты, чтобы ее не спутали с хозяйкой дома, но ее платье должно было быть чистым и добротным. Значит, нужно было иметь хотя бы пару платьев. Кроме того, разумная гувернантка откладывала деньги на черный день, а в некоторых случаях ей приходилось содержать родителей или младших братьев и сестер. Выражаясь современным языком, профессия гувернантки была негламурной.

Обязанности гувернантки разнились от дома к дому. Некоторые счастливицы занимались с детьми лишь несколько часов в день, а оставшееся время могли проводить по собственному усмотрению. В других семьях гувернантки сопровождали своих учениц по магазинам, читали вслух, пока те занимались вышиванием, или просто наблюдали за ними во время их игр. Круг обязанностей Бекки Шарп был еще шире:

"Но не только игрой в триктрак маленькая гувернантка снискала

расположение своего нанимателя, она находила много способов быть ему

полезной. С неутомимым терпением перечитала она судебные дела, с которыми

еще до ее приезда в Королевское Кроули обещал познакомить ее сор Питт; она

вызвалась переписывать его письма и ловко изменяла их орфографию в

соответствии с существующими правилами; она интересовалась решительно всем,

что касалось имения, фермы, парка, сада и конюшни, и оказалась такой

приятной спутницей, что баронет редко предпринимал свою прогулку после

раннего завтрака без Ребекки (и детей, конечно!)."

С другой стороны, она и не стремилась засиживаться в гувернантках, а на своих учениц давно уже махнула рукой. Джейн Эйр тоже трудилась по хозяйству:

"(…)Миссис Фэйрфакс привлекла к работе и меня, и теперь проводила целые дни в

кладовых, помогая – вернее, мешая – ей и поварихе. Я училась делать кремы,

ватрушки и французские пирожные, жарить птицу и украшать блюда с десертом."

Но вряд ли миссис Фэйрфакс можно назвать эксплуататоршей. Джейн, выросшая в приюте, наслаждалась домашней работой – это помогало ей почувствовать себя нормальной женщиной, которую не прогонят, если ей захочется испечь пирожки. Женщиной, у которой есть кухня, а значит и дом.

Главной обязанностью гувернантки было, конечно, обучение детей. Но дети детям рознь. Очень часто отношения детей и гувернантки были теплыми и уважительными, но не менее часто ребятишки превращали жизнь своей наставницы в ад на земле. Чего стоит только рассказ Бланш Ингрэм из "Джейн Эйр":

"Я могу сказать обо всем этом племени только одно: они несносны!

Правда, я не слишком от них пострадала и скорее

старалась им сама насолить. Какие проделки мы с Теодором устраивали над

нашей мисс Уилсон, и миссис Грейс, и мадам Жубэр! Мери была слишком большой

соней, чтобы участвовать в таких шалостях. Особенно смешно было с мадам

Жубэр. Мисс Уилсон была жалким, болезненным существом, слезливым и

ничтожным, и она не стоила того, чтобы с ней бороться, а миссис Грэйс была

груба и бесчувственна, на нее ничто не действовало. Но бедная мадам Жубэр!

Как сейчас вижу ее ярость, когда мы, бывало, окончательно выведем ее из себя

– разольем чай, раскрошим на полу хлеб с маслом, начнем подбрасывать книги к

потолку и оглушительно стучать линейкой по столу и каминными щипцами по

решетке. Теодор, ты помнишь это веселое время?

– Да, конечно, помню, – грассируя, отозвался лорд Ингрэм. – Бедная

старушенция обычно кричала: "Ах, гадкие дети!" А тогда мы начинали читать ей

нотации за то, что она дерзает учить таких умных детей, как мы, а сама так

невежественна.

– Да, я помню. А потом, Тедо, я помогала тебе изводить твоего учителя,

этого бедного мистера Вининга, ходячую проповедь, как мы его звали. Он и

мисс Уилсон осмелились влюбиться друг в друга, – по крайней мере мы с Тедо

так решили. Нам удалось подметить нежные взгляды и вздохи, которые казались

нам признаками de la belle passion [нежных чувств (фр.)], и все скоро узнали

о нашем открытии. Мы воспользовались им для того, чтобы выжить их из нашего

дома."

"Агнес Грей" повествует о еще одном маленьком монстре по имени Том Блумфилд. С ранних лет этот мальчик копирует поведение своего отца, хозяина дома, добавляя к снобизму еще и детскую жестокость. Он запросто может ударить младшую сестренку "чтобы приучить ее к порядку", а его любимое развлечение – ставить силки на птиц, чтобы после разрезать несчастных на маленькие кусочки или изжарить живьем. У мисс Грей просто руки чешутся надрать ему уши, но в этом случае он непременно нажалуется матери, которая примет его сторону. Так что гувернантка не смеет ударить его даже в качестве самообороны. Осознавая, сколь бесплодны все ее попытки наставить маленьких Блумфилдов на путь истинный, Агнес Грей принимается искать новое место. Интересно, что сама Анна Бронте долгое время работала гувернанткой и повидала всякое, так что ее роман кажется очень и очень достоверным. Зато ее старшая сестра Шарлотта, промучившись в гувернантках 3 месяца, не выдержала и навсегда оставила это занятие.

Но отношения гувернантки и детей – это обоюдоострый меч. Гувернантка могла потенциально принести своим подопечным столько же вреда, сколько и они ей. Или даже больше. Особенно в такой ситуации, когда родители и опекуны абсолютно не интересовались жизнью детей. О том что может произойти, если дети останутся один-на-один с психически нестабильной наставницей, рассказывается в романе Генри Джеймса "Поворот Винта." Критики рассматривают эту книгу под разным углом – с одной стороны, "Поворот Винта" можно считать готическим романом, в котором призраки запросто бродят среди живых и отравляют детские души развратом. Гувернантка же предстает спасительницей, старающейся сделать все возможное чтобы вырвать детей из этого кошмара. С другой точки зрения, у гувернантки, мягко говоря, не все в порядке с головой, так что призраки лишь плод ее разгоряченного воображения. А своими попытками защитить от зла, она доводит своих подопечных – маленьких Флору и Майлса – до исступления, а последнего еще и до смерти. Роман показывает более мрачную сторону викторианского детства. Даже если оставить в покое безымянную рассказчицу-гувернантку, предыдущая гувернантка детей, мисс Джессел, чей призрак якобы бродит по дому, была не менее ужасной. Складывается впечатление, что Майлса и Флору растлили как морально, так и физически. Разумеется, прочитав роман, каждый волен делать собственные выводы.

Итак, гувернанткам часто доставалось от учеников, но как же относились к ним сами наниматели? Очень часто родители принимали сторону своих чад, лишая учительниц последней опоры. Вполне логично, что мать семейства стремилась выгораживать своих проказников – они, все же, плоть от плоти, а гувернантка чужая. И не просто чужая, а еще и воплощение материнских страхов. Ведь кто-то же научил гувернантку игре на фортепиано и французскому, и между тем она вынуждена трудиться за деньги. Что если ваши собственные дочери, которые сейчас беспечно гоняют обруч, в будущем займут ее место? Что если отец не сумеет их обеспечить, они не выйдут замуж? Поистине ужасно!

Более того, гувернантка была как соринка в глазу из-за ее неопределенного статуса в семье. Никто – ни хозяева, ни слуги – не знали как с ней обращаться! Будучи образованной женщиной, она не считалась прислугой, но и настоящей леди быть не могла, ведь благородные дамы не могут зарабатывать себе на жизнь. Ее наняли чтобы подготовить дочерей к беспечной жизни, которой она сама была лишена. Она должна учить их хорошим манерам, будучи ниже по статусу. Гости не могли общаться с ней как с равной, шутить и флиртовать, но вместе с тем не могли и фамильярничать с ней, как с обычной горничной. Иными словами, наниматели должны были вырабатывать стратегию общения с гувернанткой. Проще всего было игнорировать ее присутствие. В таком случае, сама гувернантка стремилась стать незаметной и вела себя сдержанно, особенно по отношению к хозяину дома. Учительница могла рассчитывать на партию с мужчиной, равным по положению – например, с пастором как Агнес Грей – но наниматель ей не ровня. Тем не менее, в литературе флирт с хозяином – любимое времяпровождения гувернантки, от Джейн Эйр до безымянной рассказчицы из "поворота Винта" и от Ребекки Шарп до Марии из "Звуков Музыки."

Источники информации

"The Victorian Governess. Status Incongruence in Family and Society" by M. Jeanne Peterson

У.М. Теккерей, "Ярмарка Тщеславия"

Anne Bronte, "Agnes Grey"

Шарлотта Бронте, "Городок"

Шарлотта Бронте, "Джейн Эйр"

Генри Джеймс, "Поворот Винта"

Joseph Sheridan le Fanu, "Uncle Silas"







Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Добавить материал | Нашёл ошибку | Наверх