ЧТО УПАЛО-ТО ПРОПАЛО. ТРЕТИЙ КРЕСТОВЫЙ ПОХОД

За морем назревал глобальный перелом. После ухода крестоносного войска в христианских государствах начались внутренние раздоры. В Иерусалиме королева Мелизенда конфликтовала со своим сыном королем Балдуином III, в Антиохии правительница Констанция - со своими баронами, в Триполи выясняли отношения граф Раймонд и его супруга Годиерна.

В области внешней политики - то заключали союзы с египетским халифом против турецких эмиров, то с турецкими эмирами против него. У мусульман взаимные симпатии и антипатии тоже постоянно менялись местами. Кончились же все эти хитросплетения


*Н 275

тем, что и Египет, и турецкие эмираты в Сирии и Месопотамии оказались под единой властью талантливого правителя и полководца Салах-эд-Дина («Защитника веры»), принявшего титул султана. Европейцы называли его Саладином. Под этим именем он стал персонажем многих рыцарских романов, причем персонажем положительным - что нехарактерно для людей не только того времени, но и нашего, глубоко плюралистичного. Еще не хватало - воспевать врага! Но Саладин был умен, благороден, отважен в бою, великодушен с побежденными. Случалось быть и жестоким, но редко.

Своим долгом перед Аллахом Саладин считал изгнание крестоносцев с Востока. Столкновения начались сразу. Христиане победили при Аскалоне (1177 г.), но потерпели поражение на берегах Иордана (1179 г.). После этого было заключено перемирие, во время которого султан подчинил себе еще несколько мусульманских владений.

А потом случилось для христиан непоправимое. Рыцарь-разбойник Рено Шатильонский, владевший по обыкновению таких господ мощным замком на скале, напал на караван купцов-мусульман. Среди захваченных в плен оказалась сестСултан Салах-эд-Дин ра Саладина.

Султан был в страшном гневе. Он потребовал, чтобы иерусалимский король Гюи де Лузиньян немедленно освободил пленников. Король ответил отказом. Тогда Саладин поклялся лично убить разбойника Рено и двинулся в поход.

В сражении при Тивериаде христианские рыцари, обессилевшие от зноя, были оттеснены к крутой скале. Сарацины подожгли траву и кустарники, после чего сопротивляться стало невозможно. Иерусалимское войско сложило оружие.

Саладин своей рукой поднес пленному королю чашу - утолить жажду. Потом к нему подвели зачинщика конфликта - сеньора Рено Шатильонского. Саладин словесно излил на него все свое благородное негодование, после чего исполнил клятву - прикончил. Казнены были также рыцари-монахи - тамплиеры и госпитальеры, все простые воины. Знатные господа, как мы помним, были важным источ* 276 -: 9 ником дохода. Мусульманам досталось «древо Истинного Креста», которое рыцари брали с собой на битву как священное знамя.

В короткое время сдались все города королевства. Настал черед Иерусалима. Осада была недолгой. Когда сарацины пробили брешь в стене, защитники сдались. На этот раз Саладин был милостив: он повелел всем христианам покинуть город, заплатив выкуп: 10 золотых за приличного мужчину, 5 за такую же женщину и 35 тысяч за всю бедноту скопом. Изгнанникам были даже отведены другие земли для поселения, но многие из них не перенесли лишений.

С церквей были сняты кресты, колокола разбиты, а уцелевшие во время христианского господства мечети были очищены курением ладана.


***

Фридрих Барбаросса (Краснобородый), Ричард Львиное Сердце, Филипп II Август. Имена звучные и достопамятные. Эти монархи двинулись в поход на Святую Землю после того, как горем был объят весь христианский мир. Гроб Господень опять в плену у неверных… А ведь какой ценой было заплачено за его освобождение!

Папа Целестин III, провозгласивший новый крестовый поход, призвал всех христиан к посту и усердной молитве, объявил всеобщий мир на семь лет. Всем отправляющимся на священную битву были отпущены грехи, остальные христиане должны были отдать на нужды крестоносного войска десятую часть от своих доходов («Са-ладинову десятину»).

Германский император Фридрих Барбаросса, недавно смирившийся перед папой после долгого, ставшего уже традиционным во взаимоотношениях двух высших ветвей власти противостояния, жаждал теперь поднять свой престиж подвигами на Востоке. Он был полон боевого задора, хотя стоял на пороге семидесятилетия. На съезде всех немецких князей в Майнце, где было принято решение об участии в походе, Фридрих, по словам хрониста, «не мог устоять против дуновения Святого Духа и принял крест».

Старый полководец издал мудрый указ: чтобы ряды войска не переполнялись в очередной раз всяким сомнительным элементом, в поход могли отправиться только те, кто владел имуществом не менее чем на три марки серебра. Но и так набралась стотысячная рать.

Шли путем Первого крестового похода - сначала вдоль Дуная, потом через Болгарию. В армии поддерживался почти полный порядок. Она была разделена на батальоны по 500 человек, у каждо^ 277 НИ * го был свой командир. При императоре состоял совет из 60 виднейших военачальников.

В Константинополе - неизбежные трения с императором Востока. Но вот позади Геллеспонт (Дарданеллы). Теперь - трудный путь через Малую Азию. Жара, отсутствие фуража, стычки с турками - но всего этого ожидали. А в Киликии, когда основные тяготы, казалось, позади, свалилось несчастье. Фридрих, пообедав на берегу реки, пожелал искупаться - и вдруг его уносит течением. Возможно, у старика случился удар. Было это в июне 1190 г.

Немцы были потрясены. Потрясены настолько, что большинство войска повернуло назад. Поход продолжили лишь незначительные отряды, да и те понесли значительный урон от эпидемии.


***

Король Англии Генрих II и французский Филипп II перед походом вели между собой упорную войну. Но в январе 1188 г. они съехались под огромным старым Жизорским вязом - традиционным местом встреч французских королей и нормандских герцогов, обнялись и приняли крест. Впрочем, люди есть люди, и после этой трогательной сцены военные действия возобновились.

Существует предание, что новые раздоры там же, под вязом и начались. Англичане во время встречи стояли в тени дерева, а французы жарились на солнце, и беспардонные партнеры по переговорам в открытую ехидно потешались над этим. Когда разъехались, Филипп, подверженный иногда гневу, приказал срубить безвинного великана.

Во время этой военной вспышки союзником французов стал находящийся в раздоре с отцом сын Генриха II Английского - Ричард, неукротимый рыцарь и талантливый трубадур (тот самый будущий Ричард Львиное Сердце). Но вскоре он сам стал королем после смерти Генриха. Война прервалась, и в 1190 г. французская и английская рати отправились в крестовый поход.

Они предпочли морской путь. Поначалу двигались порознь, соединились в итальянской Мессине. Сразу же стали возникать проблемы с местными жителями - рыцари вели себя по обыкновению вызывающе. Острый конфликт возник из-за сущего пустяка (пустяк стал последней каплей). Англичанин не сошелся с торговкой в цене за хлеб, оскорбил ее, за что сам получил по шее от сбежавшихся мес-синцев. Всех чужаков, бывших в городе, выпихнули за ворота и заперли их накрепко.


Король Ричард дал волю своему буйному нраву - он вообще редко когда мог сдержать себя. По его приказу город был взят приступом и отдан на разграбление. Вот за это недостойное деяние английский король и получил от насмерть перепуганных мессинцев свое звучное прозвище - Львиное Сердце, с которым и вошел в историю.

Всю зиму союзники ссорились между собой на Сицилии. Наконец, весной 1191 г. французы благополучно переправились в Сирию. У англичан же часть кораблей отнесло к Кипру. Правивший там тогда претендент на византийский престол Исаак Комнин завладел ими согласно береговому праву. Ричард не мог снести такого, и к острову причалил весь английский флот. Король потребовал возмещения морального ущерба, Исаак отказался, и начались боевые действия. Кипр был захвачен. На это, а также на свадьбу с дочерью наварр-ского короля Беренгарией, сыгранную там же, герою не потребовалось и месяца.


***

К моменту, когда англичане и французы сосредоточились в Сирии, крестоносные добровольцы со всей Европы уже два года осаждали там важнейший мусульманский портовый город Акру. Им указал на эту цель, посулив огромную добычу, иерусалимский король (утративший Иерусалим) Гуго Лузиньян - ему очень нужна была удобная гавань. Однажды христиане ворвались было в город, но рубившиеся в авангарде тамплиеры по-быстрому заделали за собой пролом в стене - чтобы грабить в одиночку. Это, исходя из соотношения сил, было несколько легкомысленно. Сарацины перебили храбрецов, а стены от продолжающегося приступа отстояли.

Вскоре мусульмане тоже получили поддержку. К городу подошло войско Саладина и расположилось на близлежащих холмах. Связь с осажденными султан поддерживал с помощью почтовых голубей и опытных ныряльщиков. Гавань была блокирована кораблями крестоносцев, но иногда мусульманам удавалось проскользнуть с грузом продовольствия.

Осада затянулась еще на месяцы. В постоянно происходящих стычках Ричард выказал всю свою рыцарскую доблесть. Когда он возвращался после боя к своему шатру, его щит иногда напоминал подушечку для иголок - так густо он был утыкан вражескими стрелами. С пленными король был беспощаден, и матери-мусульманки пугали своих детей: «Молчи, не то я позову короля Ричарда!» Сардин, и тот понукал заартачившегося коня: «Ты что, увидел короля Ричарда?!»







Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Добавить материал | Нашёл ошибку | Наверх