Загрузка...


НОВАЯ ФРАНЦИЯ

СТАРТ ТРЕТЬЕЙ РЕСПУБЛИКИ

Понятно, что после подавления коммуны в правительстве возобладали консервативные тенденции. Ставший президентом Тьер высказался на этот счет: «Республика или будет консервативной, или ее вообще не будет». Выдвигалось даже требование об отмене установленного в 1864 г. права создания коалиций.

Правительство Тьера воззвало к патриотическим чувствам французов. Им пришлось поднапрячься, но вся огромная контрибуция была выплачена всего за два года, и германские войска покинули пределы страны. Французские крестьяне -NN 723 Н^ Мысль о реванше, о восстановлении национального достоинства, о возвращении Эльзаса и Лотарингии крепко засела в душах людей. Поэтому не было сколь-нибудь громких возражений против проведения военной реформы. Франция перешла на всеобщую воинскую повинность по немецкому образцу. Но на социальную уравниловку это правительство не пошло. По жеребьевке кто-то мог пойти служить на 5 лет, а кому повезло - всего на год. Но тот же год служили и те, кто мог заплатить 1500 франков «за амуницию» (это немало - примерно годовой заработок хорошего рабочего). Священникам и студентам полагалась отсрочка.

Была тенденция возврата к монархии. Неудивительно - Национальное собрание на две трети состояло из монархистов. Вскоре им удалось отстранить умеренного республиканца Тьера и сделать президентом своего идейного собрата генерала Мак-Магона (который успешно командовал армией союзников в Крымскую войну, но капитулировал под Седаном).

Но ряды желающих видеть во главе Франции государя не были однородны: были сторонники старшей ветви Бурбонов (их называли легитимистами), кто-то питал симпатии к Орлеанскому дому, иные числились в бонапартистах. В 1873 г. две первые группы сошлись было на кандидатуре графа Шамбора, внука Карла X. Но тот, принимая делегацию своих сторонников из собрания, вежливо, но твердо заявил, что примет только белое с лилиями «знамя Генриха IV и Жанны д'Арк» и решительно осудит революцию 1789 г. Это отдавало слишком дремучей стариной и вряд ли могло быть принято народом.

Но правительство Мак-Магон все равно набрал из сугубо правых, охарактеризовав его как «кабинет нравственного порядка». Сразу же началось устранение республиканцев с высоких государственных постов, на их место возвращались прежние чиновники Второй империи. Опять подверглись стеснениям печать и театр, было даже запрещено распространение газет уличными мальчишками-разносчиками.

Зато полную свободу получили клерикалы. Католические ордена, в том числе иезуиты, открывали новые школы и лицеи, расширяли религиозную пропаганду. Иезуиты устроили массовое шествие к часовне Сердца Иисусова в Париже. Верующие распевали при этом: «Спаси, Господи, Рим и Францию!». Подразумевалось восстановление светской власти папы в Риме и монархии в собственной стране.

Национальное собрание подарило ордену участок земли на Монмартре, и там была возведена церковь Сакре-Кер (Священного Сердца), хорошо видная со всех концов столицы. По преданию, это то самое место, на котором основатель ордена иезуитов Игнатий Лойола провел первое собрание своих последователей. * -зН 724 ни- *


Но результата правые добились не того, на который рассчитывали: в стране становилось все больше твердых сторонников республики, а на досрочных перевыборах повсюду побеждали республиканцы. Вскоре они почти сравнялись в палате со своими противниками, а когда к ним примкнуло несколько бывших монархистов - смогли (с перевесом всего в один голос) добиться того, чтобы глава государства однозначно именовался «президентом республики». Затем был образован новый кабинет.

В 1875 г. была принята новая конституция, которая оказалась жизнеспособной (действовала до 1940 г., когда ее отменил после жестокого поражения Франции во Второй мировой войне Петен). Палата депутатов избиралась всеобщим голосованием. Верхняя палата, - сенат формировалась сложнее: четверть членов назначались нижней палатой, остальные представляли департаменты. Президент, наделенный широкими полномочиями, избирался совместным голосованием палат. На таком же общем заседании могли приниматься поправки к конституции. Больше прав получили местные органы власти. Должность мэра, которому был подчинен начальник городской полиции, стала выборной. Будущее показало, что Франция избрала путь парламентской демократической республики.

Мак-Магону все это очень не нравилось, и в своем монархизме он решил «идти до конца». Он отправил в отставку кабинет министров-республиканцев и попытался заменить их монархистами. Но палата отклонила предложенные им кандидатуры. Тогда президент распустил Национальное собрание.

Во время предвыборной кампании вовсю использовался административный ресурс - ведь в органах власти на местах успели утвердиться консерваторы. Республиканцам чинили препятствия в организации собраний, мешали распространять газеты. На стороне монархистов было духовенство и клерикалы. * ^ 725 к

Тогда республиканцы всех оттенков стали действовать сообща. Они выдвинули два основных лозунга. Первый - «настоящий враг наш - клерикализм». Он был актуален: в стране становилось все больше рационалистически мыслящих людей, и их все больше раздражало засилье иезуитов в школах. Другой лозунг адресовался непосредственно президенту: «Когда страна выскажется, надо будет подчиниться и подать в отставку».

На выборах республиканцы победили, и у президента оставалось одно средство настоять на своем - самому стать Бонапартом. На это он не решился, и через год послушался хорошего совета - отказался от поста. На его место в 1879 г. был избран Жюль Греви, республиканец с давним стажем, стоящий в стороне от борьбы партий - он стал настоящим гарантом конституции, каковой и требовался тогда для стабилизации политической системы страны.


***

Новое правительство предприняло целый ряд мер по укреплению республиканских начал. Одним из первых своих декретов оно амнистировало коммунаров. Истоки устанавливающихся порядков стали возводить к лучшим традициям Великой французской революции. День взятия Бастилии 14 июля был объявлен национальным праздником. Гимном страны стала «Марсельеза», а аллегорическим образом Франции -1 крепкотелая красавица Марианна в красном фригийском колпаке (та, что еще в 1830 г. взметнула трехцветное знамя над баррикадой на картине Делакруа «Свобода, ведущая народ»). Отпрыски всех прежних династий больше не могли баллотироваться на пост президента.

Была обеспечена полная свобода печати. Начальное образование стало обязательным, бесплатным и светским. Каждая община должна была иметь школу, которая содержалась отчасти на государственные, отчасти на местные средства. Преподавание Закона Божьего стало «факультативным». В 1881 г. появились первые детские сады.

Католические высшие учебные заведения утратили статус университетов. В средних школах запрещено было преподавать членам неразрешенных конгрегаций. К таковым отнесли и орден иезуитов - его братьев буквально брали под руки и высылали из страны.

Был принят и стал проводиться в жизнь план огромных по масштабу общественных работ, таких, как прокладка и совершенствование железных дорог, строительство каналов, улучшение гаваней.

При этом правительство в лице популярного министра Гамбет-ты призывало рабочих к умеренности, убеждало, что «химеры уче ний об общественном равенстве» приносят лишь вред. «Труд и капитал должны не бороться между собой, а мирно соперничать на общее благоденствие Франции».

Но рабочее движение, оправившись от разгрома 1871 г., было настроено более радикально, особенно после того, как вернулись из тюрем или из ссылки участники коммуны. Бланки не отказался от своих прежних коммунистических прожектов, ради которых не грех поднять народ на восстание. На состоявшемся в 1876 г. в Париже национальном рабочем конгрессе особой популярностью пользовались взгляды Прудона, недоверчиво относившегося к опеке буржуазного государства. В 1879 г. была основана первая во Франции Рабочая партия - у ее истоков стояли последователи Маркса Жюль Гед и Поль Лафарг. Ее программной целью была заявлена «политическая и экономическая экспроприация класса капиталистов и возвращение к коллективной собственности на все средства производства». В ближайшем будущем, в 1893 г. в Национальном собрании было уже 50 депутатов-социалистов во главе с Жаном Жоресом и Мильераном.

Правительство, со своей стороны, в 1884 г. приняло закон о синдикатах, который позволял рабочим объединяться в профессиональные союзы по образцу английских тред-юнионов. В рабочем движении появилось направление синдикализма, оформившееся в 1895 г. во Всеобщую конфедерацию труда - объединение французских профсоюзов. Его лидеры стояли на том, что трудящиеся должны больше внимания уделять своим ближайшим насущным задачам, а не вопросам глобальной политики. Но из синдикализма произошло и крайне левое течение - анархо-синдикализм, идеологи которого презирали и политические партии, и государство как таковое. Они полагали, что «профсоюза достаточно для всего» - в том числе для построения справедливого общества. Самым действенным средством для установления народовластия анархо-синдикалисты считали всеобщие стачки.

В 1889 г. во время работы всемирной выставки в Париже собрались представители социалистических партий и рабочих организаций разных стран Европы. Несмотря на разногласия между сторонниками марксизма, синдикализма и других течений, они договорились о приостановке работы 1 мая 1890 г. как акции в поддержку требования 8-часового рабочего дня.

Опасным явлением стал развязанный анархистами в начале 90-х годов террор. Анархисты отрицали традиционные ценности: религию, семью, патриотизм - называя их лживыми: «Какое нам дело до родной земли, от которой нам никогда не получить ни клочка!». Единственным отечеством для «человека, истинно достойного это 727 §пф к го звания», им виделся «весь земной шар». При этом анархисты отрицали и тот справедливый строй, к которому стремились идеологи социализма: он может привести только «к новой разновидности диктата государства».

Анархисты совершили ряд громких покушений, в 1894 г. был убит президент Карно (внук не раз упоминавшегося деятеля Великой французской революции). После этого Национальное собрание приняло запретительные меры против анархических газет, социалисты стали исключать их из своих национальных и международных объединений. Но ряды сторонников «матери порядка» не таяли.


***

К концу 80-х гг. относится последний всплеск монархизма во Франции. Военный министр генерал Буланже придвинул войска к германской границе и стал выступать с патриотическими речами. Сам по себе это был человек ума не очень великого, но его активно поддерживал и субсидировал граф Парижский, он же принц Людовик Филипп Орлеанский, внук короля Луи-Филиппа. В 1848 г. дед отрекся от престола в его пользу, а потому он считался законным претендентом на французский престол (интересно, что принц был автором большого труда «О положении рабочих в Англии»).

Франция не была готова воевать с немцами, дипломатам с трудом удалось отвести угрозу конфликта. Буланже был отправлен в отставку. Тогда он сплотил вокруг себя «партию буланжистов» - весьма разнородную по составу, в которую входили и высшие аристократы, и социалисты - и включился в политическую борьбу. Пройдя в Национальное собрание, он стал добиваться пересмотра конституции - действуя явно в том же направлении, что и Луи Бонапарт в начале 50-х.

Но его партия, преобразованная в «Лигу патриотов», на выборах 1889 г. потерпела поражение, а сам он был обвинен в государственной измене. Буланже бежал в Бельгию, потом в Англию. В 1891 г. он застрелился на могиле своей бывшей возлюбленной госпожи Боннмэн.

Тем не менее в собрании образовалась сильная группировка консервативных и умеренных сил - от прежних монархистов до прежних левых республиканцев, вставших на более благопристойные либеральные позиции. Она послужила основой для возникших вскоре правых партий, на выборах ориентирующихся на голоса крестьян, крупной буржуазии, католического духовенства. Поддержку они находили преимущественно на востоке и юге Франции.









Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Добавить материал | Нашёл ошибку | Наверх