ГЛАВА 4 Возникновение денежной экономики и развитие торговли на Западе с середины X до середины XIV в.

С тех пор как кратковременное экономическое возрождение в эпоху Каролингов закончилось неудачей, натуральная или поместная экономика становилась все прочнее. В первые два столетия феодальной эпохи экономика движимого имущества, или денежная экономика, для которой источником является торговля, имела лишь очень малое значение. Роль денег была очень мала, а богатством были земля и получаемая с нее продукция. В этом чисто сельскохозяйственном обществе, на которое земельная аристократия надела жесткий каркас своей власти, экономическая жизнь переживала застой. Феодальное государство было устроено так, что препятствовало коммерческой деятельности, а не помогало ей. Более того, все слои общества неверно представляли себе роль торговли и для общественного мнения торговец по-прежнему был паразитом, спекулянтом, ростовщиком, а движимое богатство - результатом обмана и грабежа, а не труда. При этом в экономике крупного поместья у торговли было лишь узкое поле деятельности. Каждая группа населения сама производила все необходимое для ее существования, и торговля имела дело лишь с небольшим числом природных продуктов или изделий - излишками производства, торговля которыми происходила там же, где их произвели. Товар обычно продавали за наличные деньги, а часто примитивно меняли на другой товар. Кто-нибудь обменивал лошадь на мешок зерна, отрез сукна на меру соли, фунт перца на пару башмаков. Существовали только местные рынки, которые располагались у ворот замка или монастыря или в окрестностях соседнего города. Отсутствие безопасности, анархия, многочисленные сеньориальные монополии и пошлины, малое количество транспортных средств и трудности перевозки товара, беспорядочное множество разнообразных единиц мер и весов, а также денег, несовершенство кредитных инструментов - все это препятствовало обороту товаров.

Потребление иностранных товаров было таким малым, а способы их приобретения столь неудобными, что на Западе, за исключением нескольких регионов - Италии, Южной и Северной Франции, Фландрии, Рейнланда и нескольких областей на Дунае, - еще не было особого сословия местных купцов ( mercatores ) - посредников между производителем и потребителем. Это сословие состояло почти исключительно из иностранцев и даже не христиан - евреев, которые существовали на периферии феодального общества и торговали в первую очередь предметами роскоши и драгоценными металлами или отдавали деньги в рост, удовлетворяя потребности аристократии. Как правило, они не торговали на одном месте, а ходили и ездили по дорогам, как нынешние разносчики, но на более дальние расстояния, или ездили с караванами из страны в страну на ярмарки, которые феодалы организовывали при хорошей погоде по случаю какого-нибудь религиозного праздника. Но, несмотря на привилегии, предоставленные этим выездным собраниям торговцев, купца, как любого иностранца, считали непрошеным гостем-чужаком, «иноземцем». Его товары и корабли могли быть арестованы или конфискованы, и он сам мог оказаться под арестом согласно законам о праве правителя на выморочное имущество, бесхозное имущество и имущество, уцелевшее при кораблекрушении. Согласно праву репрессалий, торговцу угрожали все виды мести и возмездия, которые феодал, на чьей земле он находился, считал себя вправе применить к феодалу, своему врагу, чьим подданным был купец. Ни на море, ни на суше не было безопасности для людей этого рода занятий, так что торговцы по необходимости были авантюристами, и только жажда прибыли давала им смелость для того, чтобы продолжать столь опасную жизнь.

В конце XI в. сочетание нескольких благоприятных обстоятельств избавило торговлю от враждебного отношения окружающих. Великое движение жителей Запада в чужие страны, организованное церковью для распространения христианской веры среди язычников и защиты христианского мира от мусульман, на два с половиной столетия вырвало западные страны из их первоначальной изоляции. На севере и востоке Европы благодаря действиям римских пап возникли и стали доступны для торговли новые провинции мировой империи христианства - Скандинавия, Венгрия, Богемия (Чехия), Польша и области на побережье Балтики. На юге и юго-востоке, на земле, отвоеванной у мусульман, возникли христианские государства в Испании, Португалии, Сицилии и Сирии (а также в Палестине. - Ред. ), и во время Крестовых походов торговцы шли следом за крестоносцами. Великие святыни Франции, Испании, Италии и Востока привлекали толпы верующих, и торговцы шли вместе с паломниками. Новым полем для торговой деятельности в странах Запада стали не только берега северных морей, но и Средиземное море, которое снова стало великим торговым путем между молодыми государствами Западной Европы и древними богатыми и цивилизованными землями, которые в то время находились под властью либо Арабской, либо Византийской империи (после битвы при Манцикерте (Маназкерте) (1071) и взятия Антиохии (1084) в Малой Азии и в Леванте укрепились турки-сельджуки. - Ред. ). Как молодое растение, полное горячим как огонь юным соком, протягивает во все стороны новые побеги, так молодой феодальный мир посылал своих людей вперед, во все стороны на поиск новых мест для поселений, где все эти люди - дворяне, служители церкви, крестьяне и купцы - надеялись добыть себе богатство и счастье. Теперь торговля получила сильнейший стимул для развития, так как все обстоятельства были благоприятны для нее - защита, которую давали ей феодальные и монархические государства, заинтересованные в увеличении своих ресурсов, возникновение городов-республик, чье процветание было связано с прогрессом торговли, развитие сельскохозяйственного и промышленного производства, которое все больше расширяло область и увеличивало число видов ее деятельности, создание новых рынков и больших ярмарок и даже преобразования в жизни общества, вызывавшие потребность в новых удобствах или предметах роскоши. Коммерция расцвела так пышно, как никогда раньше, такой мощной коммерческой деятельности не было даже в лучшие периоды античной эпохи, когда поле деятельности у торговли было гораздо шире.

Теперь у новой экономики были свои общественные учреждения, подходящие именно для нее. На ее основе возникли четко отделенные одно от другого сословия и различные формы общественной организации. Над уровнем мелких производителей-крестьян и местных ремесленников, по-прежнему продававших свои товары напрямую потребителю, возник более высокий уровень, на котором вел свои дела торговец-профессионал ( negotiator, mercator ) - посредник, чьим главным занятием была покупка и перепродажа товаров. Первоначально в этом торговом сословии были смешаны, с одной стороны, крупные купцы и организаторы перевозок, а с другой - разносчики и мелкие розничные торговцы. Оно было разнородным по составу, и те, кто входил в него, часто не знали покоя, поскольку торговцы жили главным образом в окрестностях городов и на перекрестках дорог или рек, где их защищало особое «право торговца ( jus mercatorum ). Прошло не так уж много времени, и ряды торгового сословия пополнили городские капиталисты и менялы.

Внутри этого сословия, возникшего из неравенства в богатстве или из разделения труда, началось деление на группы. Большинство торговцев перестали странствовать с места на место. Возникла городская мелкая торговля, отличавшаяся и от крупной торговли национального или международного масштаба, которую осуществляла элита сословия, и от разъездной торговли, которой занимались кочевники. Центром этой городской торговли были, кроме городов, пригороды и городские округа, а происходила она на рынке каждый день или раз в неделю. На нем торговец предлагал на продажу - либо под открытым небом на площади, либо в рыночном зале, либо, чаще всего, в своей лавке или на своем лотке - те местные товары, которые были необходимы для удовлетворения основных жизненных потребностей, а иногда также привозные товары, в первую очередь зерно, вино, рыбу, скот и мясо, дрова, шерсть, лен, воск и товары, изготовленные здесь же на месте. Так возникали и быстро развивались различные виды торговли местного уровня, особенно торговля продовольствием и одеждой. Такая торговля развивалась рядом с ремеслами, продукция которых продавалась напрямую потребителю, и конкурировала с торговлей через посредников. Выше этого уровня оседлых розничных торговцев - на еще более высоком уровне - находилось меньшинство из должностных лиц и богатых торговцев ( meliores, divites ), которые монополизировали оптовую торговлю. Эти две группы едва терпели странствующих торговцев, разносчиков и «иноземцев», а также «перекупщиков», то есть розничных торговцев, и подчиняли их строгим ограничениям. Но городская коммерция, при ее ограниченном масштабе, малых ресурсах, не слишком больших запасах и к тому же скованная суровыми правилами, не занималась крупными операциями.

Именно по этой причине крупные торговцы - те, кто торговал пряностями, галантереей, шкурами и мехами, организаторы перевозок, судовладельцы и банкиры - организовали торговлю нового рода, с более широкой областью охвата, то есть в масштабе всей страны и в международном масштабе. Такие купцы специализировались на торговле предметами роскоши, пряностями, тонкими тканями, мехами и сырьем для мануфактур, а также занимались кредитными операциями и организацией таких торговых предприятий, которые требовали использования больших капиталов, но и приносили большие прибыли. Поэтому купцы, бравшиеся за коммерческие дела этого рода, часто объединяли свои ресурсы и делили между собой риски прибыли. Христиане начали вытеснять евреев из этой крупномасштабной коммерции, и ведущее положение в ней скоро заняли итальянцы. Они организовывали коммерческие общества с ограниченной ответственностью, в которых объединялись вместе капиталисты, купцы и их агенты. С середины XII в. они служили посредниками между народами христианского Запада и народами Востока. Предприимчивые, изобретательные, хитрые, порой неразборчивые в средствах, эти уроженцы Ломбардии, Генуи, Лукки, Сиены и Флоренции посылали свои купеческие караваны на ярмарки, создавали одну коммерческую компанию за другой и один склад за другим и были чем-то вроде королей коммерции в Центральной Италии, Франции, Испании, Англии и на юге Германии. В 1292 г. в Париже было шестнадцать итальянских торговых фирм. Процветающие колонии итальянских купцов существовали в Неаполе, Барлетте, Ниме, Монпелье, Лондоне и многих других городах. Итальянские купцы - ломбардцы, как их называли, - 200 лет были истинными хозяевами международной торговли.

Вскоре купцы Каталонии, Прованса и Лангедока тоже объединились для участия в этой торговле, а торговцы из Северной Франции, из области вокруг Парижа, Нормандии и Пикардии, а также из Фландрии и Рейнланда с конца XI в. объединились в гильдии, то есть общества для взаимной защиты, похожие на Сент-Омерскую гильдию (1072-1083). Вскоре они начали создавать мощные союзы федеративного типа, которые назывались ганзы, а в XII и XIII вв. эти купеческие федерации приобрели огромное могущество. Одна такая Ганза, целью которой было облегчить ведение торговых дел на ярмарках Шампани, вначале состояла из семнадцати городов, а в конце своего существования охватывала шестьдесят городов Шампани, Пикардии, Геннегау (Эно), Фландрии, Франции, Нормандии и Брабанта. Существовала также Лондонская ганза, столицей которой был Брюгге. Она включала в себя тоже семнадцать городов, в числе которых были Ипр и Лилль, а ее задачей было регулирование торговли, в первую очередь торговли шерстью, с Британскими островами. По этому же образцу был создан знаменитый немецкий Ганзейский союз, задачей которого было монополизировать торговлю северных стран с Западом. В Англии тогда же возникла Компания торговцев главным товаром (Merchants of the Staple, 1267), объединившая английских торговцев - экспортеров сливочного масла, сыра, соленого мяса, шерсти и металлов на главные оптовые рынки (которые тоже назывались staples ) в Кале, Брюгге, Антверпене и Дордрехте.

Достойны похвалы работы по восстановлению дорог, речных путей и транспортных средств, предпринятые в некоторых случаях по инициативе крупных феодалов, но в основном по инициативе городских правительств, купеческих компаний, церкви и центральных правительств. Во Франции появились первые королевские шоссе, а в Королевстве обеих Сицилии, Германии и Нидерландах были проложены военные или национальные дороги ( heerstraten ). Церковь организовывала религиозные братства мостостроителей, которые назывались Братья-понтифики (по-французски Frиres Pontifs ); самое знаменитое из них было основано французским пастухом из горной области Виваре - святым Бенезе, у которого позже появились подражатели в Италии. Благотворный дух соревнования в течение трех столетий увеличивал число деревянных и каменных мостов, и как раз в этот период были построены мосты Авиньона, Пон-Сент-Эспри, Лиона, Парижа, Тура, Лондона, Стратфорда, Флоренции и испанской Валенсии. Шла война против разбойников, и была сделана попытка расчистить непроходимую чащу пошлин и платежей. Главные дороги континентальной Европы, которые соединяли Италию, Францию и Центральную Европу и шли через Женеву, перевалы Мон-Сени, Сен-Бернар, Сен-Готард, Шплюген и Бреннер, наполнились купеческими караванами, и то же произошло с дорогами в долинах Роны, Рейна, Мааса, Шельды, Сены, Луары и Гаронны, которые вели в западную часть Европы или же через перевал Ронсеваль через Западные Пиренеи либо через котловину Сердань через Восточные Пиренеи - в Испанию. Речной транспорт был развит еще больше, чем сухопутный, из-за его более высокой скорости и большой грузоподъемности: одно речное судно могло перевезти столько груза, сколько 500 вьючных животных. Судоходные реки были улучшены с помощью плотин, наклонных плоскостей и шлюзов-ворот: шлюзы с камерой тогда еще не были изобретены. С помощью очень разных по типу речных судов, в том числе малого размера, многочисленные транспортные компании-ганзы, например Союзы водных торговцев Парижа, нижнего течения Сены и Руана, созданные в 1315 г., перевозили все виды продукции и товаров. Вся речная система Запада, от Гвадалквивира, Эбро и По до рек Северной Германии, стала, особенно с XII в., сетью торговых путей с очень интенсивным движением. «Ярмарочные» города, то есть речные порты, например Кремона, Арль, Ньор, Дуэ, Мехелен (Малин), Дуйсбург, Кельн, Франкфурт, Регенсбург, развивались благодаря этой активной навигации. Стараниями церковных или городских торговых объединений или даже государства были созданы первые более или менее регулярно работавшие транспортные службы, перевозившие пассажиров в каретах, письма с помощью курьеров и товары на возах. Почтовая служба появилась в Италии в XII в., а в Германии - около 1237 г. На горных перевалах выросли гостиницы и убежища - такие, как те, которые основал в Альпах святой Бернар из Ментоны. Путешествия становились все легче и быстрее. Теперь грузовые возы могли перевезти груз из Парижа в Геную за тридцать пять дней. Курьеры банков доезжали от Флоренции до Неаполя за пять или шесть дней, а купеческие обозы с охраной - за десять или двенадцать.

Коммерция нашла неизвестное ей раньше средство освоения новых территорий - увеличение количества денег - и выпускаемых, и находящихся в обороте, а также новое учреждение - кредит. Именно благодаря этому денежная экономика развивалась, вытесняя варварскую экономику бартера и натурального обмена. Она возникла в Италии и Нидерландах и оттуда распространилась на другие страны Запада. Запасы металлов постепенно увеличивались благодаря торговым связям с Востоком и разработке месторождений драгоценных металлов. Некоторые просвещенные правительства, например в купеческих республиках Италии, в Королевстве обоих Сицилии и королевстве Англия, в графстве Фландрия и, на короткое время, в правление Людовика IX Святого во Франции, проводили мудрую политику стабильной денежной системы, которая очень благоприятна для развития торговли и является полной противоположностью губительной привычке менять денежную единицу и иметь много разновидностей одной и той же единицы, которая сохранялась в большинстве государств. Норманнские (происходившие из Нормандии) короли Южной Италии и купеческие республики Флоренция и Венеция, усвоившие опыт Византии, а также графы Фландрии, короли Англии, Франции и Кастилии и Гогенштауфены в Германии, учившиеся у итальянцев, - все они выпускали либо золотые монеты - тары, цехины, дукаты, су, марабутины, мараведи, либо серебряные монеты - денье, динары, турнуа, паризи, имевшие постоянную стоимость и всегда одинаковое соотношение составных частей в сплаве, из которого сделаны. В особенности золотые монеты, в перечень которых надо еще добавить византийский безант (номизма), очень способствовали прогрессу международной торговли, дав Западу почти неизвестный до этого способ платежа.

До XI в. существовали только примитивные виды кредита - единственные, которые подходили для натуральной экономики, в которой не было ни активного производства для рынка, ни широкого распространения торговли. Тогда были известны только займы для использования или потребления, которые люди брали для удовлетворения простейших жизненных потребностей, - то есть займы натурой и займы под залог. Церковь считала, что брать любые проценты за такой кредит - ростовщичество. Но нужды торговли и промышленности привели к появлению займов для производства, когда данный взаймы капитал служил заемщику для расширения его предприятия и увеличения прибылей. С этих пор стало трудно соблюдать старые строгие правила, и было придумано много различных способов, чтобы обойти их. Например, требование процента в договоре скрывали, указав, будто капитал больше, чем в действительности, или делали это с помощью всевозможных компенсационных платежей, начислявшихся главным образом за любую задержку в возвращении займа.

Даже знатоки канонических церковных правил, продолжая запрещать как ростовщичество взимание процентов с займов, предназначенных для потребления или использования (которые, впрочем, становилось трудно отличить от остальных видов займа), вслед за святым Бонавентурой и Иннокентием IV, признали законной плату за капитал, вложенный в коммерческие или промышленные предприятия, если предприятие связано с риском ( damnum emergens ) или заимодавец временно лишался возможности пользоваться своим капиталом ( lucrum cessans ). Нам известно, что в XIII в. папы, преследуя ростовщиков, в то же время брали под свое покровительство итальянских банкиров - предоставляли им защиту в церковных судах и угрозой религиозного осуждения заставляли должников возвращать им займы. Позже светские юристы XIV в. вслед за Бальдусом провозгласили законность договоров, предусматривающих взимание процента, а затем и всех займов под проценты.

Тем временем, чтобы избежать громогласных угроз церкви или процесса в медлительном церковном суде, кредит стали предоставлять на новых условиях, и так возникли формы кредита, лучше приспособленные к потребностям коммерции, - например, продажа с правом выкупа или с гарантией, ссуды под ценные бумаги с правом их выкупа или под пожизненную ренту, займы под залог недвижимости и, в первую очередь, ссуды на условиях товарищества на вере, под обеспечение в виде металлических денег либо золотых или серебряных слитков, а также займы под залог судна или судна вместе с грузом - последний вид ссуды применялся в крупных морских коммерческих предприятиях. С XIII в. процентная ставка в ведущих коммерческих странах, например в Италии и Южной Германии, упала до 10, 12 или 17 процентов для коммерческих предприятий, а в других странах, например в Англии и иногда во Франции, поднялась до 15, 20, 25, 43, 50 и даже 80 процентов.

Бумажные деньги, которые уже были в обращении у византийцев и арабов, появились и на Западе через посредство итальянцев, южнофранцузских торговцев, каталонцев и фламандцев в виде кредитных и платежных писем - предшественников современных чеков, а также в форме переводных векселей и «ярмарочных» векселей, позволявших торговцу не платить наличными. На крупных ярмарках была введена система расчетов путем оплаты или зачета долгов, в которой платежи могли быть отсрочены и существовало комиссионное вознаграждение за них. С помощью этих средств торговлю можно было вести на гораздо более обширной территории.

Обменом денег и банковскими операциями стал заниматься особый слой людей - менялы и банкиры. Первые должны были определять соотношение между бесчисленными монетами того времени, и их роль стала уменьшаться по мере увеличения оборота бумажной валюты. А вот значение вторых все возрастало. Предоставив евреям обслуживать простой народ и играть главную роль в предоставлении займов под обеспечение или залог, что было рискованно и оттого невозможно без получения процентных платежей (сумма которых иногда доходила до 80 процентов), а потому считалось ростовщичеством, навлекало на заимодавцев ненависть народа и обращало против них алчность правителей; христианские заимодатели повсюду объединялись и внедряли новые формы кредитования. Рядовые менялы-евреи становились жертвами высылки, конфискации или резни, а христианские банкиры-аристократы процветали в аббатствах, в тысячах торговых домов рыцарей-храмовников и, главным образом, в бесчисленных конторах ломбардцев и кагорцев.

Орден храмовников (тамплиеры), имевший деловые связи по всему Востоку и по всему Западу, осваивал крупные операции с международным капиталом в то же время, что и итальянские банкиры, но итальянцы вступили в состязание с рыцарями, одолели их и в 1307 г. завладели большей частью коммерции ордена. Торговые города Италии, которые с XII в. стали активно выполнять функцию посредников между левантийской торговлей и торговлей стран Запада, объединились, чтобы поставить все разнообразные формы кредита на службу коммерции. Во всех городах центральной и северной частей полуострова - в Венеции, Кремоне, Болонье, Пьяченце, Парме, Асти, Кьяри, Генуе, Лукке, Сиене, Пистойе, Риме, Пизе, Флоренции - возникали одна за другой компании купцов-банкиров. Первоначально они состояли из членов одной семьи или из граждан одного и того же города и скоро стали объединяться в союзы и картели для борьбы между собой за рынки или для господства на рынках. В их распоряжении была мощь объединенного капитала, которую обеспечивало заключение союза, и сильная гибкая организационная система, и потому они раскинули сеть своих агентств от Сирии и Кипра до Северной Африки и Западной Европы. Почти 300 лет христианский мир был обязан считаться с этими могущественными капиталистами из Ломбардии, Тосканы или Кагора (Каора), поскольку без этих семей - Риккарди, Барди, Перуцци, Скали и других им подобных - стало невозможно вести крупномасштабные торговые операции. С середины XIII в. первое место среди них занимали флорентийцы, затмевавшие своих конкурентов из Сиены и Лукки.

Этих людей было огромное множество и в Леванте, и в странах Запада, а их экономическая деятельность была такой же непрерывной, как разнообразной. Они имели отделения своих компаний в Акре и Фамагусте, в Южной Италии, а также во Франции, где они полностью господствовали на ярмарках Шампани и Парижа, в котором имели шестнадцать торговых домов. Они были хозяевами фламандского рынка в Брюгге и английского рынка в Лондоне, а также проникали в Центральную и Северную Европу. Они занимались и собственной оптовой торговлей, и транспортным делом, и торговали как товарами широкого потребления, так и предметами роскоши. Они покупали и продавали зерно, вино, растительное масло, пряности, сахар, сырье, например дерево, шерсть, шелк, хлопок, лен, коноплю, металлы, краски, а также лекарства, промышленные товары, например шерстяные изделия, льняные и хлопчатобумажные ткани, обработанные металлы и кожу, стеклянные изделия, произведения искусства и картины. Они организовывали перевозку грузов по суше и по морю. Они занимались территориальным и морским страхованием. Они возглавляли или организовывали крупные промышленные и коммерческие предприятия. Они получали деньги по переводным векселям и погашали долги. Они открывали текущие счета и решали торговые дела с помощью трансферта или клиринга. Они выставляли и акцептовали переводные векселя. Они, вместе с рыцарями-храмовниками, первыми создали депозитные и учетные банки и организовали государственный и частный кредит. Они принимали в депозит деньги и ценные предметы с условием возвратить их по требованию вкладчика и выдавали квитанции. Они выдавали заем не только под векселя, но и под закладные на недвижимость и под товары, по ставкам от 4 до 175 процентов. Их клиентурой были все богатые или хотя бы обеспеченные слои общества, а также корпорации. Среди их должников были муниципальные республики, например Флоренция и Генуя, коммуны, например Руан, а также епископы и аббаты. В XIII в. архиепископ Кельнский был должен итальянским банкирам больше 40 тысяч фунтов стерлингов, а каждый французский и английский епископ был должен им много сотен фунтов. Самые могущественные правители того времени - графы Фландрии и Шампани и герцоги Бургундские - занимали у них крупные для того времени суммы денег. Папы, императоры, короли Неаполя, Франции и Англии были у них в долгу. Всего за один год они ссудили королю Франции Карлу IV около 2 миллионов франков. Они дали взаймы 240 тысяч фунтов стерлингов Эдуарду I и более 400 тысяч Эдуарду III, который в 1340 г. был должен им уже около 1 миллиона 400 тысяч фунтов стерлингов, «стоимость целого королевства», и был вынужден объявить себя банкротом, поскольку другого выхода не было.

Эти защищенные властью римских пап банкиры, чье положение было прочным благодаря их христианской вере и мощной организации, получали от правителей привилегии и льготы и даже влияли на политическую жизнь с помощью растущего могущества денег. Они предлагали папам и королям все ресурсы своей организации для формирования налоговой системы, поставляли им администраторов и финансовых агентов. Ловкие, находчивые и совершенно неразборчивые в средствах, они оказывали ценные услуги в дипломатических делах. Богатство обеспечивало им высокое, а по сути дела даже господствующее положение в обществе, особенно в итальянских коммунах и в высших слоях европейского общества. Этому обществу они привили привычку к щедрости и даже роскоши и интерес к наукам и искусству, а по отношению к простому народу вели себя со всем высокомерием, характерным для нуворишей. Они дали среднему классу стран Запада первые уроки коммерции и кредита, дерзко проложили новые пути для торговли и открыли новое широкое поле для экономической деятельности. Народ, с которого они, по французской поговорке, «стригли шерсть и сдирали шкуру», их ненавидел, правители то преследовали, то обирали, то использовали в своих целях, и все же они заняли свое место, став одной из необходимых составных частей нового общества.

Торговля шла не только на ежедневных и еженедельных рынках городских и сельских округов, где происходил обмен местных продуктов на рыночных площадях или в специальных зданиях, хотя таких рынков с каждым годом становилось все больше и всюду для них строили здания. Коммерческая деятельность происходила также на ярмарках, высокая активность которых стала характерной особенностью этого периода Средних веков. К этим ярмаркам много дней шли по дорогам длинные караваны, в которых объединялись купцы всех национальностей. Тяжело нагруженные возы сопровождала вооруженная охрана, вместе с которой ехал и сам хозяин с копьем и щитом. Правители государств так обогащались благодаря ярмаркам, что государственная власть спешила предоставить им особое покровительство, различные виды защиты и привилегии - например, полную свободу торговать и освобождение от самых обременительных налогов. Церковь благословляла ярмарки, брала их под свою защиту и открывала их религиозными церемониями. Существовали особые суды для поддержания порядка на ярмарках и обеспечения справедливости сделок, похожие на те, что были прикреплены к знаменитым ярмаркам Шампани, и дела в этих судах рассматривали канцлеры или хранители ярмарок. В дипломатических соглашениях предусматривались охранные грамоты для купцов, чтобы купцам было легче приходить на заседания такого суда. Находясь в помещении суда, они пользовались таким же правом убежища, как в святом месте, и были ограждены от права государства забирать в казну выморочное имущество и преследовать граждан враждебной страны, а также от всех других видов преследования. Ради купцов власти однажды отменили сборы, которыми облагались продовольственные продукты и жилые помещения. На самых знаменитых из этих ярмарок встречались коммерсанты из всех стран Востока и Запада. Каждая страна старалась организовать свои собственные ярмарки. В Англии ярмарочным городом стал Стаурбридж, в Германии Ахен, Франкфурт и Констанц, в Нидерландах Лилль, Месен, Ипр и Брюгге, в Кастилии Севилья и Медина-дель-Кампо, в Италии Бари, Лукка и Венеция.

Но главным образом они процветали в Франции, на перекрестке дорог, которые вели во все крупные области Запада, особенно в Ниме, Бокере и Бордо, Шалон-сюр-Сон, Кане, Руане, Корби и Амьене. В этом отношении были знамениты по всему миру две французские провинции - Иль-де-Франс и Шампань. Каждый год с 11 по 24 июня (это время называлось Ленди ) толпы торговцев съезжались на равнину Сен-Дени. Еще больше купцов приезжало на крупнейшие ярмарки Шампани, которые проводились раз в год, одна вслед за другой, с января по октябрь, и каждая длилась от шестнадцати до пятидесяти дней. Эти ярмарки происходили в Ланьи, Бар-сюр-Об и, в первую очередь, в Провене и Труа.

Шампанские ярмарки имели огромное значение со второй половины XII в. до середины XIV в. Встречи коммерсантов на этих равнинах верхней Сены и Марны, где пересекались великие европейские пути, соединявшие средиземноморские страны с землями, расположенными вдоль побережий Ла-Манша и Северного моря или на берегах Рейна и Роны, привлекали оптовых торговцев и мелких странствующих продавцов из всех народов Европы - от левантинцев, итальянцев и испанцев до фламандцев, немцев, англичан и шотландцев, не говоря уже о самих французах. На этих ярмарках, обладавших драгоценными привилегиями и находившихся под особой защитой церкви и графов Шампанских, купцам были гарантированы и безопасность передвижения по стране, и безопасность сделок. Караванам предоставляли проводников и охрану, любого, кто попытался бы помешать движению направлявшихся туда путников, ожидало церковное наказание, нечто вроде коммерческого отлучения. Пользование привилегиями и порядок обеспечивала официальная организация под управлением канцлера или стража ярмарок ( garde des foires ), которым помогали шерифы, нотариусы, маклеры, оценщики, зазывалы, носильщики и стражники-сержанты». Ярмарки были священными местами международной торговли, где товары продавались и покупались выгоднее благодаря более низким тарифам и где всем разновидностям коммерции была предоставлена полная свобода. Купцы любой национальности и даже любой веры были здесь недоступны для оскорбительных и жестоких прав на выморочное имущество и на преследование купцов из враждебной страны, на казнь за долги и на физическое принуждение. Здесь они свободно могли заключать сделки любого рода, даже денежные. Печать стража ярмарок гарантировала подлинность заключенных ими контрактов, и тексты этих контрактов составляли нотариусы, подчиненные канцлеру. Правосудие здесь тоже было особое - быстро бравшееся за дело и скоро его решавшее, приспособленное к их нуждам.

По этим причинам в города Шампани приходили многочисленные купеческие караваны. Среди приезжавших купцов преобладали итальянцы и фламандцы, объединявшиеся под властью своих консулов или под властью старшин, которых называли капитанами. Здесь они находили множество огромных многоэтажных погребов (настоящие подземные города!) и галереи, похожие на восточный крытый рынок сук, крыши которых опирались на мощные столбы - так что им было где разместить огромные груды своих товаров. Товары распаковывали в течение восьми дней после открытия ярмарки. Затем начиналась торговля, причем согласно установленному расписанию, которое называлось деления, в первые двенадцать дней продавались и обменивались всевозможные ткани, шерстяные изделия, шелка, муслины, хлопчатобумажные ткани, ковры, сукна с Востока и Запада. Затем сержанты кричали « Наге! Наге! » («Кончай торговлю!»). После этого начиналась ярмарка кож, шкур и мехов. Она продолжалась восемь дней и закрывалась таким же образом. За эти два отрезка времени совершалось бесчисленное множество сделок в торговле лошадьми, скотом, винами, зерном, сельдями, солью, жиром, салом и прочими товарами, продаваемыми на вес ( avoir du poids ), а также сырьем - шерстью, льном, коноплей, шелком-сырцом и прежде всего красящими веществами, лекарствами, пряностями и сахаром. На эти ярмарки приходили закупать нужные товары толпы клиентов - оптовые и розничные торговцы, разносчики и обычные покупатели от феодалов и жителей поселков до крестьян.

Самой необычной и характерной особенностью этих больших собраний было то, что на них можно было не только открыто вести крупную международную торговлю товарами, но и торговать самими деньгами. Кредитные операции здесь можно было осуществлять совершенно свободно. На двенадцатый день даже начиналась ярмарка менял и банкиров. В течение четырех недель они держали на ярмарке свои прилавки или столики, мешочки с деньгами и весы, чтобы взвешивать слитки и монеты, а в течение еще пятнадцати дней они занимались погашением долгов и проверкой счетов, накопившихся с начала ярмарки.

Существовали специальные курьеры ( coureurs de hare ), разносившие адресатам указания банкиров и банковских домов, сообщения об обменных курсах и курсах валют, тратты (чеки) и распоряжения о платежах. В последние две недели появлялись «курьеры по платежам», которые сообщали представителям банков, какая сумма должна быть собрана или выплачена. Выдавалось огромное количество займов, поскольку в эти дни их было разрешено предоставлять, а процентная ставка по ним колебалась от 6 до 30 процентов, и принималось много платежей не только от купцов, но и от дворян-должников, живших по всему Западу. Законы разрешали заимодателю подать жалобу в суд на непослушного должника и взыскание долгов.

Переводные векселя, которые назывались «ярмарочные письма», выдавались и оплачивались и при необходимости скреплялись официальной печатью. Практиковались переуступка долгов, клиринг и отсрочка платежа до другой ярмарки. Именно здесь возникла первая крупная международная биржа и был открыт первый международный рынок продуктов. В продолжение всего времени ярмарок на них толпились люди со всех концов мира. Они толкали друг друга на улицах городов Шампани, останавливались у лотков, проталкивались один мимо другого, чтобы попасть на представления шутов и жонглеров, теснились в кабачках, которые были полны женщин легкого поведения. Следует отметить необычную терпимость: на ярмарках были разрешены азартные игры, и за незаконные удовольствия не полагалось никакого наказания тому, кто не занимался ими профессионально.

Во всех отношениях ярмарки обладали невероятной притягательной силой, и их расцвет был одним из важнейших шагов на пути прогресса западной торговли. Они соединяли разные сословия и народы и способствовали установлению мира в христианской Европе. Они открыли путь для идей коммерческого законодательства, которые были шире, чем концепции гражданского права. Они выводили торговлю на уровень целой страны и международный уровень и этим порождали в людях дух предприимчивости. Они во многом способствовали прекращению экономической изоляции, в которой Запад жил во время раннего Средневековья, на них начался неудержимый процесс формирования денежной экономики.

Морская торговля, которая была очень слабой в первые пять столетий Средневековья, стала развиваться со времени Крестовых походов и переживала прогресс, подобный тому, который происходил в сухопутной торговле благодаря ярмаркам. Плавание по морям стало легче, поскольку Запад стал чем-то вроде единой христианской республики и потому, что западные народы проникли в страны Севера и Леванта. Судоходство стало более активным и менее опасным. Ненавистное торговцам право на разбитые суда, позволявшее отобрать у владельца принадлежащий ему груз, если тот находился на потерпевшем крушение корабле, было отменено в Италии, Каталонии, Франции и Англии. Было ограничено и упорядочено применение патентов, которые разрешали нападать на суда жителей какой-нибудь страны, делая судовладельцев ответственными за провинности их соотечественника или группы соотечественников. Были составлены сборники морских законов - например, кодекс города Трани и Марсельский кодекс, сборники обычаев Тортосы и Барселоны, Олеронские свитки (свод законов, который стал основой морского права многих европейских стран, в том числе Англии и Франции. Составлен в XII в. на французском острове Олерон в Бискайском заливе. - Пер. ) и Законы Висбю (сборник морских законов, составленный в конце XIV в. под влиянием Олеронских свитков в городе Висбю на острове Готланд. Также стал одной из основ европейского морского права. - Пер. ), которые регулировали вооружение кораблей, работу лоцманов, морские риски и портовые сборы. Для защиты торговли и для разрешения возникающих в связи с ней судебных споров были созданы особые суды - морские консульства на кораблях, обычные консульства, морские суды, mercanzie, и адмиралтейские суды в приморских городах. Появились морские страховые полисы, по которым в страховом случае выплачивалась стоимость кораблей и груза, а правительства западных стран объявили войну пиратам, однако эта война шла неравномерно - то сильнее, то слабее, а потому власти не всегда имели успех, хотя временами действовали очень энергично.

В это же время началось строительство маяков и были приняты меры для поддержания в хорошем состоянии портов. Шло строительство верфей, главным образом в Венеции, Генуе, Марселе и Барселоне. Наряду с малотоннажными судами кораблестроители спускали на воду транспортные корабли грузоподъемностью от 500 до 600 тонн ( ussiers ), которые могли перевозить от 1 тысячи до 1500 пассажиров. Для защиты торговли государства Запада создавали свои первые флоты. Самыми сильными флотами обладали Венеция, Пиза, а также Генуя, которая в 1293 г. имела 200 кораблей с 25 тысячами моряков. Каталонцы создавали свой флот в XIII веке, французские короли из династии Капетингов делали это тогда же, и в результате Франция имела сначала 118, а позже 200 кораблей и на них 20 тысяч моряков. Быстро развивалось морское судовождение благодаря использованию компаса. Он был заимствован у арабов (точнее, у моряков с подвластных арабам земель, у сирийских мореплавателей. - Ред. ) и усовершенствован сицилийскими моряками, которые первыми догадались закрепить магнитную стрелку на вращающемся стержне. Итальянцы и каталонцы составили первые карты морей. Хотя навигация продолжалась только шесть месяцев в году, весну и лето, она приобрела огромные размеры, несмотря на высокую цену фрахта, на непоследовательность и постоянные изменения налоговых законов и обычаев.

Интересы коммерции заставляли государства заключать друг с другом первые торговые соглашения и даже вынуждали христиан первыми начинать переговоры о заключении соглашений с мусульманами. Власти приморских стран добивались, чтобы их подданным предоставляли в иностранных городах отдельные кварталы для проживания и склады, а иногда, как в Леванте, и судебные привилегии, за соблюдением которых должны были следить консулы и старшины, а также охранные грамоты и гарантии безопасности. Государства, где была развита коммерция, уже вели между собой жестокую экономическую борьбу, которая часто определяла основное направление их политики. Торговля стала теперь одним из великих источников богатства, и потому в нее шли самые энергичные и сообразительные представители народов Запада. Средиземное море, которое тысячу лет было колыбелью цивилизации, снова стало центром самой активной коммерческой деятельности, оттеснив с первого места путь по Дунаю, который связывал жителей Запада с византийским Востоком в Средние века. Крестовые походы превратили это море в «латинское озеро», где могли без всяких ограничений соперничать между собой итальянские республики и города Прованса, Лангедока и Каталонии. Республики разместили конторы своих торговых домов во всех городах Леванта, в Египте, в Киликии (Малой Армении), на Кипре, в Константинополе, Барселоне, Нарбоне, Монпелье, Арле, Сен-Жиле, Марселе. Больше всех обогатились Генуя, Пиза и Венеция, которые наживались на перевозке по морю крестоносцев и паломников или на торговле восточными товарами. Их жители отправлялись в Александрию, Тир, Фамагусту, Трапезунд и Константинополь за пряностями, сахарными сладостями и сладкими винами, лекарствами и красителями, жемчугом и драгоценными камнями, духами и изделиями из фарфора, шелками и тканями с золотыми и серебряными нитями, муслинами и хлопчатобумажными материями, коврами, стеклянными изделиями, оружием из дамасской стали и ювелирными украшениями, поступавшими с Востока. На Черном и Каспийском морях они скупали зерно, рыбу, шкуры и, несмотря на запреты, даже рабов, которыми тоже торговали. Они привозили в Левант продукцию Запада - зерно, шерстяные изделия, льняные ткани и необработанные металлы.

Венеция своим величием была обязана торговле. Этот город на островах в лагуне возник еще в V в., но возвысился, когда подчинил своей власти Адриатику (1002) и добился в 1082 г. хартии о привилегиях, которая дала его гражданам право в течение 100 лет беспошлинно торговать в землях, подвластных Восточной Римской империи. В 1204 г. (когда горе-крестоносцы 4-го Крестового похода захватили по наущению Венеции Константинополь. - Ред. ) Венеция создала обширную колониальную империю на островах Эгейского моря, овладела ключами от Дарданелл и Босфора и попыталась забрать в свои руки не только торговлю с Левантом, но и торговлю на Черном и Азовском морях, где она основала контору своих купцов в городе Тана (в устье реки Дон близ совр. города Азов), и попыталась начать плодотворную торговлю с Дальним Востоком, послав туда для разведки торговых путей своих путешественников, из которых самым знаменитым стал Марко Поло.

Генуя также основала фактории от Корсики до города Кафы (совр. Феодосия (Феодосией была и с VI в. до н. э. (основание) до XIII в.), где генуэзцы и евреи, а с 1475 г. турки занимались работорговлей - скупали оптом захваченных татарами на русских землях пленников, а затем перепродавали в страны Средиземноморья и Ближнего и Среднего Востока. Всего в период с середины XIII в. до 1770 - начала 1780-х гг. (ликвидация последнего осколка Золотой Орды - Крымского ханства) через Крым, в основном через Кафу, было вывезено на продажу от 4 до 7 миллионов рабов (в основном русских, в том числе украинцев). Именно прекращение притока рабов отсюда после утверждения господства на Черном море Османской империи (1453-1475) привело западноевропейцев к необходимости поиска рабов в Африке, что сильно стимулировало Великие географические открытия. - Ред. ) на краю Великой Русской равнины, обосновалась на Хиосе, а в 1261 г. стала господствовать в торговле с Византией, где ее союзники, семья Палеолог, сумели восстановить Византийскую империю (изгнав крестоносцев из Константинополя). Она спорила с Венецией за рынки Леванта, а за рынки Северной Африки и Испании с жителями Пизы и в конце концов победила пизанцев. Генуя построила себе флот на Каспийском море, пыталась монополизировать торговлю с Россией и выжать в свой карман доходы от значительной части торговли со Средней Азией. Венецианцы и генуэзцы приобрели на этой торговле огромные богатства, но во второй половине XII в. были вынуждены очень неуклюже отказаться от своей доли в этой торговле и уступить ее купцам из Прованса, Лангедока и Каталонии.

На востоке и в центре христианской Европы Испания, Западная Франция, Нидерланды и Германия упорно расчищали себе места в ряду коммерческих государств, и каждое из этих мест становилось все больше. Во всех этих краях и сухопутная, и морская торговля приобрела невиданный прежде размах. Купцы непрерывным потоком двигались по двум великим международным торговым путям. Один из этих путей - по реке По, затем через Альпы и по Дунаю - связывал Геную и Венецию с Веной, Аугсбургом, Нюрнбергом и Констанцем, другой - по Роне и Соне - соединял средиземноморскую и левантийскую (то есть государства крестоносцев в Леванте. - Ред. ) Европу с Западной Европой через коммерческие центры Шампани, Иль-де-Франс и Фландрии, а по рекам Маас и Мозель даже с рейнскими землями. Морские пути Атлантики, на которых в раннем Средневековье было так мало народу, теперь оживились и наполнили радостной жизнью порты Галисии и Бискайи, через которые в страны Запада отправляли соль, вино, растительное масло, свинец, олово и железо. Но главным было то, что стали активно работать французские порты. В XII в. ожил Бордо, одновременно с ним развивалась Байонна и была основана Ла-Рошель. Нант, Руан, Онфлер и Дьеп тоже обогатились благодаря торговле с Британскими островами и Нидерландами. Соль, зерно, вино, мед, фрукты, шерсть, конопля, воск и французские льняные ткани активно обменивались на шерсть, шкуры, необработанные кожи, жир, соленое мясо, медь, свинец и олово из Англии и изделия фландрских мануфактур. Вскоре преимущества такой торговли привлекли внимание итальянцев, и те в начале XIV в. тоже установили торговые связи с Нидерландами с помощью венецианских галер, которые раз в год отправлялись в Слейс, порт города Брюгге.

Англия, которой было достаточно богатства, имевшегося у нее как у привилегированной сельскохозяйственной страны, еще не предчувствовала свою будущую судьбу торгового государства. А вот Германия пыталась стать сильной на море. Торговые города севера страны, из которых самым активным был Любек, объединились в великий союз, известный под названием Ганза, в XIII в. (1241 г.). Они желали стать монополистами на двух морях, которые христианские народы Запада лишь недавно открыли для себя, - Северном и Балтийском. По этим морям купцы доставляли в страны Запада рыбу и, что было важнее всего, сырье - лес, жир, деготь, шкуры, кожу и меха, приобретенные в обмен на продукцию, произведенную в Леванте, и на товары из Южной и Западной Европы.

За 250 лет торговля вышла далеко за те пределы, которых достигла в античную эпоху, преобразовала христианскую Европу и произвела настоящий переворот в истории труда.

Создав множество новых рынков, она способствовала развитию промышленного и сельскохозяйственного производства. Прежняя экономика, где хозяйственная жизнь была ограничена пределами поместья, была вынуждена изменяться и становиться открытой для прогресса. Рост потребления, возникновение связей с другими странами, рост объемов и усложнение структуры движимого имущества - все это заставляло владельцев земельного капитала приспосабливаться к новым условиям экономической жизни, распахивать новые поля и стараться увеличить доход со своих земельных владений путем освоения остававшихся нетронутыми земель, чтобы спастись от разорения, которое постоянно угрожало беспечным или недостаточно предприимчивым землевладельцам. Промышленные мастерские стали действовать активнее: теперь они работали не только на местный рынок, но также на рынки регионального и национального уровня, а иногда даже для международного рынка. Торговля толкала промышленность вперед, снабжая ее капиталом, сырьем, заказами и путями сбыта продукции, и этим развивала одновременно предприимчивость и разделение труда.

Возникла и становилась все мощнее новая сила - движимый капитал. Она изменила природу торговли и оборота товаров, заменила натуральную экономику денежной, придала экономическим отношениям величайшую гибкость, огромное разнообразие и необычайную широту и, путем накопления коммерческих прибылей, способствовала возникновению, возрождению и постоянному росту мобильных и высокодоходных разновидностей богатства. Эта сила открыла путь формам экономической деятельности, которые были намного выше всех форм феодальной экономики, и в то же время усиливала торговые и промышленные слои общества, которые становились соперниками феодалов, а иногда и равными феодалам. Именно благодаря этому плодотворному движению рабочие и крестьяне, которые теперь были необходимыми орудиями экономического прогресса, смогли осознать, как велика их сила, и добиться для себя свободы. Это преобразование экономики и общества христианского Запада в значительной мере было результатом коммерческой революции, которая началась в конце XI в. потом шла все быстрее.





 

Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Добавить материал | Нашёл ошибку | Наверх