Я так же могу быть беспощадным, как я могу быть любящим. Это определяется тем, как...

Я так же могу быть беспощадным, как я могу быть любящим. Это определяется тем, как я отношусь к этому. Я даю то, что я получаю; если кто-то желает быть моим другом, то и я тоже желаю этого; но если кто-то желает убить меня, то я убиваю их, если они пытаются сделать это, и не даю им пощады, если они ошибаются! Я не принимаю всерьез все угрозы убийства, выдвигаемые мне. В любом случае, если кто-то действительно имеет в виду то, что говорит, то это выходит у них плохо! И если я не воспринимаю их всерьез и оказывается, что на самом деле они серьезны — как с угрозами убить меня — тогда я беспощаден! В первую очередь я сразу убил бы тех, кто угрожают мне, чтобы показать, что нужно не угрожать другому, а вместо этого действовать. Но пока иудеохристиане имеют власть, так поступать нельзя — к сожалению.

Слабаки угрожают, а настоящие мужчины действуют! Нам не нужны слабаки, которые впустую кидаются угрозами без какого-либо результата!

Это не имеет ничего общего со «злом». Сражаться со своими врагами — это не «зло», это инстинкт самосохранения, который есть у всех людей!

Беспощадность — это такая сторона человека, к которой мы должны относиться так же, как и к другим, так называемым «положительным» сторонам. Нет ни «злых» людей, ни «добрых», все мы просто люди. У нас есть люди с честью и люди без чести. Именно чувство чести делает человека ценным, а не его способность подавлять так называемые «злые» стороны в себе! Человек, который не может быть беспощадным, — это больной и духовно ущербный человек!

«Зло» — само по себе смехотворное понятие. Нет ничего «доброго» или «злого», есть хорошее и плохое! Запомни это. Хорошее для одного — плохое для другого. Никогда не бывает чего-то только хорошего или только плохого!

В старонорвежском языке не было слова «злой» или «злость»! Есть «illr», что означает «плохой», есть «bol», что означает «несчастье», «ущерб» или то, что причиняет боль. Слово «злой» произошло от старонорвежского слова «ond», что означает дух, душу, дыхание, дуновение. Теперь мы знаем, что иудеохристиане зовут духовное вдохновение одержимостью демоном, и по-нимаем, почему они дали именно этому слову это идиотское значение.

В язычестве нет ничего «доброго» и «злого». Мы, как сказал Ницше, «Jenseits von Gut und Bose» (по ту сторону добра и зла)! Мы не хотим казаться «добрыми», и мы не говорим, что те, с кем мы боремся — «злые». Мы — германцы, и мы боремся против всего негерманского или всего того, что не гармонирует с нашей германской натурой и что пытается причинить нам вред. Для нас германское — это лучшее, а все остальное — плохое. Но мы также осознаём, что для других народов германское — плохое и их собственное — хорошее, за исключением общих вещей, естественно. Но даже то, что у нас общее, у нас тоже своё; большинство имеет гордость, но только у нас есть германская гордость! У других есть своя собственная гордость, или вообще никакой. Мы не можем гордиться тем, что мы римляне, ибо мы не римляне; так же и они не могут гордиться тем, что они германцы, ибо они не германцы. Должно быть что-то одно.

Нас сильно уважали, когда мы были германцами. Римляне боялись furor teutonicus (германской ярости), и в эпоху викингов вся Европа молилась еврейскому «богу» о спасении от гнева норманнов! Сегодня мы опять можем слышать молитвы о спасении от варварства норманнов дома и в церквях Европы. Ибо некоторые из нас опять начали жить, как гордые германцы.





 

Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Добавить материал | Нашёл ошибку | Наверх